Под чёрным флагом
Шрифт:
– Извините еще раз, Игорь Викторович, а из какой машины обстреляли ваших людей? – спросил Кирилл.
– Белая питерская «восьмерка», цифры номера 232, – услышав это, Быстров заскрипел зубами. – На борту какая-то надпись типа «спецстрой». Но это всё липа, поверьте мне. Ладно, решайте свои проблемы, я на фирму. Всего доброго!
Он вышел из кабинета. Было слышно, как за ним устремились, топоча тяжелой почему-то обувью, его охранники.
– Что ты обо всём этом думаешь? – спросил у своего помощника «Рваный».
– Я считаю, что тебе необходимо как можно скорее вызвать к нам твоего друга. Именно он сбил мать
– Что-то ты рано ручки опустил, – тихо проговорил «Рваный». – С таксистом-диверсантом разобраться не можешь. Какой ты после этого начальник моей безопасности? Только баб мочить и можешь. Нет, родной мой. Шалого я, конечно, сегодня постараюсь вызвать, но вот когда он приехать сможет? Он без дела в своей столице не сидит. А вот ты мне в течение нескольких часов выясни, почему доктор делал контрольный осмотр именно в этой «Осени» в кабинете заведующей? Если это то, что я предполагаю, то этот таксист сам к нам придёт с повинной головой. Про Хамитского забудь, всё выясняй через персонал магазина, можешь челюсть кому-нибудь сломать. А эта заведующая чтобы сегодня же была у тебя в подвале. Ты понял меня?
– Я считаю это лишним. Не бабу, а мой подвал. Вдруг им известен адрес моей дачи?
– Это твои проблемы. Возьми с собой Санягу с Мотей, стволов у вас достаточно. А если таксист на твоей даче появится, так это как подарок для нас! Действуй!
– Хорошо, Володя, давай с этой стороны попробуем…
Всё оказалось намного проще, чем он рассчитывал. Когда Кирилл зашел в магазин «Осень» и спросил про заведующую, ему рассказали, что она ушла из магазина после 22-х часов и больше сюда не вернётся. Адрес давать не хотели. Тогда он выбрал самую красивенькую и молоденькую девушку и сделал то, что советовал ему его шеф. Он сломал ей челюсть одним несильным ударом в лицо. Причём сделал это с превеликим удовольствием. Через минуту у него был домашний адрес Людмилы. А через час и она сама, избитая и со сломанными рёбрами, лежала без сознания в подвале его дома в деревне Мшага. Саняга и Мотя со стволами находились в доме. Сам Кирилл поехал к Быстрову. Хотя он и высказывал опасения Быстрову по поводу своей дачи, но всё-таки был уверен, что его дом, вернее адрес в Мшаге, никоим образом не может быть известен таксисту.
Не всегда пробуждение бывает радостным
Осокин и Исаков с Лобунько проснулись рано. Была ещё ночь. Вернее, проснулся Исаков, посмотрел на часы и разбудил остальных:
– Парни, вставайте, Людмилы нет, она давно уже должна была прийти. Уже два часа ночи, а она обещала быть после двенадцати.
– Не понял, – удивился Сергей, – ты что, дал ей этот адрес?
– А что мне оставалось делать? Про наши
– Так какого хрена ты молчал до сих пор? – Сергей был в ярости. – Срочно звони в магазин!
Исаков набрал с левой симки номер магазина. Когда ему рассказали о случившемся, он изменился в лице и сбросил звонок:
– Кирилл взял в магазине её домашний адрес, предварительно сломав ради получения этой информации челюсть молоденькой продавщице.
– Ты знаешь, где она живёт?
– Конечно.
– Срочно в машину!
Пока они бегом спускались вниз, Сергей опомнился, что стволы в гараже. А без них ехать на верную смерть смысла не было. Придётся потерять минут пятнадцать. Но и машину надо сменить. Они мчались по ночному городу с бешеной скоростью. Поменяли машины, взяли, что посчитали нужным, и ринулись к дому Людмилы. А вот сейчас уже Исакова трясло, как лихорадочного:
– Если с ней что-нибудь случится, я никогда себе этого не прощу.
– Не ной. Она им нужна живая. Только за живой ты можешь к ним прийти сам. За мёртвую ты будешь мстить. Они это понимают. То, что Кирилла до сих пор не было у вас в общаге, говорит о том, что она пока молчит. Но, если он за неё возьмётся серьёзно, быстро вытащит адрес.
– Не думаю так. Ты её не знаешь.
– Мне достаточно, что я знаю Кирилла.
Еще через пятнадцать минут они были у дома Людмилы и сразу же поняли, что дома никого нет.
Исаков набирал номер телефона девушки, но он был отключен.
– Что же делать? Что делать? – повторял он, как заведенный.
Лобунько предложил ехать сразу к Кириллу в Мшагу. Ведь бандиты не знают, что им известен его адрес, – прописка у Иванова городская. Это самое вероятное место, где её могут держать.
Сергей согласился с ним. Нельзя терять ни минуты. Пока еще ночь, они смогут что-нибудь предпринять. Потом будет с каждым часом всё сложнее и опаснее. Даже если её там и нет, они должны убедиться в этом прямо сейчас.
Еще через пятнадцать минут белая «восьмерка» такси с антенной и флажком и на левых железках, только уже новгородских, въехала в деревню, которая находилась на трассе. Дом Иванова был в стороне от других. Проехали метров двести мимо и поставили машинку на обочине, рядом с каким-то грузовиком. Так что её не очень и заметно было, да и в глаза особо не бросалась.
Заговорил Лобунько:
– Смотрите, в окнах заметен небольшой свет. Предлагаю идти сначала одному мне. Ствол с глушителем я засуну за спину в брюки. Меня внешне бандиты не знают, притворюсь пьяным соседом. Попытаюсь их развести на закусь и выпивку. Вы контролируйте сзади. Врывайтесь, если только услышите выстрел без глушителя. Если повезёт, то я вас сам позову.
Исаков знал возможности своего тёзки, поэтому сразу согласился на этот вариант. Сергей молчал. Он в их делах не разбирался.
Осторожно подошли к дому. Сергей с Исаковым встали чуть в стороне, чтобы их не было видно из окон, а Лобунько поднялся по низенькому крылечку и медленно стал нажимать на дверь. Она оказалась запертой изнутри. Выбирать было не из чего, и он застучал по ней кулаком, на ходу импровизируя пьяным голосом:
– Сосед, сука, открывай! Сейчас яйца вырывать тебе буду. Что ты вчера с моей Никой у магазина обжимался? Открывай, сука!