Под чёрным флагом
Шрифт:
– Хата сгорела полностью?
– Да, но баня цела. Еще обе тачки сгорели. Наша «девятка» и джип этого борова. Я отправил туда Санягу и Мотю. Пусть улаживают вопросы с пожарниками. Им заявили, что по пьянке случайно хату сами спалили. Ментов вроде получается пока не вызывать, денег пожарным отстегнули немеряно. Но существует опасность, что кто-то из местных может настучать.
– Это уже не страшно, главное – сами не стали заяву корябать, – «Рваный» был в бешенстве и одновременно растерян. Странное стечение двух разных чувств. – Ты что-нибудь понимаешь?
– Если
– Чушь какая-то. Когда заказывают, то исполняют, а не разговоры говорят. Ни хрена не понимаю. А что боров? Не обосрался от страха?
– Как ни странно, ведет себя достойно. Трясется, конечно, машину, говорит, жалко. А так ничего…
– Что же происходит? За три дня – два таких ЧП. Может быть, это все же Анвар? Ни хрена понять не могу.
– Я тоже, – согласился Иванов.
– Анвара исключать теперь уже нельзя. Он очень хитрый. Может специально сыграть под дилетантов. А ведь такая игра в высшей степени может говорить о профессионализме. Вот только смысл в чем? Башка кругом идет… ты можешь быстрее ехать?!
– Володя, на спидометр посмотри, сто семьдесят летим. Или хочешь уйти раньше отпущенной этими тварями недели?
«Рваный» в бешенстве зыркнул на своего помощника:
– Юморить вздумал? Я тебе сейчас устрою «Аншлаг» с Винокуром! А кстати, – вдруг вспомнил Быстров, – ты таксистом уже успел заняться?
– Да когда? Только сегодня собрался к нему на хату съездить. Вот тебя передам Саняге с Мотей и отправлюсь к нему.
– По результату сразу мне позвони. И если выцепишь его, вези сразу к нам. Хотя, чувствую, что это пустышка. Неужели все-таки Анвар?
– Давай не будем гадать. Разберусь!
– И все-таки я ни хрена не понимаю – что же происходит-то?!
Через тридцать минут они въезжали в Бронницы. Пожарных машин уже не было. Ментов тоже, что радовало. Все шестеро: три проститутки, Саняга с Мотей и Боров бродили по пепелищу. Делали вид, что осматривают место происшествия.
– Вот дебилы, лучше бы Вовану помогли. Где он, кстати? – обратился Быстров к Кириллу.
– Был в бане. Кажется, уснул… или уже сознание потерял. Надо срочно лекаря.
– Мотя, срочно дуй в деревню, должен же здесь быть медпункт, – приказал шеф. – И тащи сюда за любые деньги какого-нибудь лепилу. Да не пешком, придурок, «Приору» свою возьми. А я пока с девочками покалякаю. А ты, Кирилл, в город к таксисту. И жду от тебя звонка. Мы тут подразберемся и в офис мотанем. Встретимся там.
Кирилл кивнул и, развернувшись, погнал в город.
Исаков, Лобунько, Чапай, Осокин
Друзья спали недолго, первым проснулся таксист Исаков. Видимо, давала о себе знать рана и перенесенная в домашних условиях операция. Он лежал молча. Чувствовалось, что поднялась небольшая температура. Саня предупреждал, после операции какое-то время так и будет. Это не страшно. А вот если она будет не проходить и подниматься, нужно будет обязательно обратиться к
Исаков осторожно выглянул в окно. «Восьмерка» стояла там же, где её и оставили, никому не мешая и не перегораживая проезд по двору. Друзья стали собираться.
– Не спешите, давайте хоть чайку выпьем, – предложил хозяин.
Они не отказались, хотя в принципе уже торопились на базу.
– Саша, – обратился к Чапаю Исаков, – если тебя все же кто-нибудь вычислит, я имею в виду бандитов, ты абсолютно ничего не скрывай. Так и объясни, что обратился старый друг по таксисткой практике и попросил помочь, так как получил огнестрельную рану, а в больницу идти боялся. Не хотел нарываться на полицию. А ты по старой дружбе не смог отказать, и сделал всё, что мог. Лишних вопросов не задавал, а мы ничего толком и не рассказывали. А сейчас мы допьем чай и смотаемся. Сам, конечно, очень тебя прошу, никому об этом инциденте не рассказывай. И нам можешь навредить, а самое главное – себе. Сам понимаешь… а твои хирургические способности мы тебе сейчас компенсируем.
Анатолий достал из кармана пять тысяч рублей одной купюрой и протянул Саньке. Тот брать деньги отказался, но Исаков просто положил их под кружку на стол:
– Никакие возражения не принимаются. Ты даже не представляешь, насколько выручил нас. Теперь, вероятно, мы долго не увидимся… может быть, никогда. А может, и сведет еще судьба. В любом случае мы, а особенно я, перед тобой в долгу. Счастья тебе и здоровья!
Друзья обнялись и тезки вышли из квартиры. Во дворе всё было спокойно, ничего подозрительного мужчины не обнаружили. Машинка завелась, как часики, и они отправились на базу. Как и прежде – спрятали её во дворах, но так, чтобы она была видна из их окна, и поднялись в свою берлогу.
Исаков сразу прилег под одеяло, все же температура вещь неприятная, тем более даже невысокую Толян переносил болезненно. Он выпил пару таблеток, которые дал ему Чапай. Вроде легче стало.
Лобунько посмотрел на друга и сделал определенный вывод:
– Всё, лимит времени вышел. Надо связаться с твоим сыщиком. Звони ему прямо сейчас, но уже с моего телефона. Тот, с которого ты звонил Чапаю, надо выбрасывать. Береженого Бог бережет.
Толян с ним согласился и набрал секретный номер Осокина, который был предназначен также только для связи с ним:
– Привет, это я. Записывай адрес, надо срочно встречаться.
Через полчаса детектив стучался к ним в дверь, звонок не работал.
Увидев на кровати бледного Исакова, Сергей был немало удивлен:
– Ну, вы, блин, даёте, – фразой из кинофильма приветствовал Сергей двух друзей. – Но для начала знакомимся, Сергей, – он протянул руку Лобунько, которую тот пожал и тоже представился. – Ну, а теперь рассказывайте по порядку, что у вас произошло, вояки хреновы!