Почему поют русалки
Шрифт:
– Это ложь! – Голос Аткинсона поднялся до крика. – Наглая ложь. Ничего подобного не было. – Он выхватил из кармана платок и прижал к губам. – Слышите меня? Ничего подобного не было.
Себастьян неторопливо поднялся на ноги.
– К сожалению, кое-кто не сомневается, что подобное было. И если вы не поможете нам схватить убийцу, ваш сын, который сейчас играет в сквере перед домом, окажется в большой опасности.
– Как я могу помочь вам схватить убийцу, если понятия не имею, кто он? Вы думаете, я, зная имя, скрыл бы его от вас?
Себастьян
– События последних нескольких дней убедили меня в одном – существуют люди, готовые пойти на все, что угодно, ради того, чтобы спасти свою жизнь.
Он обернулся к двери.
– Всего доброго, мистер Аткинсон. Мои наилучшие пожелания вашей семье.
ГЛАВА 48
Эйдену О'Коннеллу пришлось одно за другим обходить все злачные места, часто посещаемые великосветскими шалопаями, высматривая высокого мужчину с длинными черными волосами. В ухе золотая серьга, облик – пиратский Расселл Йейтс был обнаружен в клубе «Джексон» на Бонд-стрит. Минуту Эйден спокойно и молча стоял в стороне, наблюдая за боксерским поединком между чемпионом и бывшим пиратом.
Этот человек был подлинной загадкой. Благородного происхождения, обладающий к тому же вполне приличным состоянием, он развлекался тем, что хлестал ром, как шкипер, и совершал отчаянные вылазки под самым носом сторожевых кораблей флота его величества, разыгрывая из себя французского шпиона. Подобными делами занимались и другие, кто из жадности, кто из оскорбленного патриотизма. Расселл Йейтс занимался разбоем ради забавы.
Эйден дождался, пока пират набросил на шею полотенце и оставил ринг, затем бесшумно приблизился к нему.
– Необходимо поговорить, – сказал он тихо.
Йейтс отнял полотенце от мокрого лица, его глаза сразу загорелись интересом.
– В чем дело?
– У одного из наших общих знакомых возникла необходимость оставить страну.
Когда подали визитную карточку мистера Расселла Йейтса, Кэт была занята тем, что разбирала бумаги в бюро. Первым импульсом было отказать посетителю, объявив, что ее нет дома, но, минуту подумав, она подавила это желание. Ради интересов расследования, предпринятого Себастьяном, этого человека следует принять.
– Какой неожиданный визит, мистер Йейтс, – проворковала Кэт, поднимаясь навстречу гостю, которого Элспет ввела в гостиную – Прошу, садитесь. Должно быть, припомнили что-нибудь любопытное о вашей «Гармонии»?
Йейтс уселся в одно из кресел у камина – крупный мускулистый мужчина, облик которого дышал силой и чертовской отвагой.
– Отнюдь. Прийти к вам меня надоумила тема той интересной беседы, что произошла у меня нынче утром с Эйденом О'Коннеллом. Он утверждает, что вы, мадам, собираетесь отправиться за границу. Навсегда.
Кэт приподняла бровь.
– Но почему он надумал поделиться
– Мистер О'Коннелл и я имели честь содействовать такого рода путешествиям и раньше.
– Ах, понятно. – Кэт грациозно опустилась в кресло напротив посетителя. – И вы можете организовать для меня такую поездку? Я должна уехать не позднее чем в ночь на послезавтра.
– Вы предпочитаете отправиться во Францию, я надеюсь, а не в Америку? Американцы, они так смертельно… э-э…, не провинциальны даже, а, так сказать, колониальны. Я бы даже назвал их несколько ограниченными.
– Да, Францию я нахожу более приятной страной.
Голос Кэт звучал подавленно. Она понимала, как важно, где ей придется жить, покинув Лондон, но не могла заставить себя сосредоточиться на этой заботе. Мысль о жизни без Девлина – где бы она ни протекала – была невыносима. Кэт не могла думать о разлуке с Себастьяном без того, чтобы мысленно не поддаться искушению сказать «да» на любое его предложение.
– У меня есть шлюп, который с завтрашним приливом выходит из Дувра. Через четыре часа он может доставить вас в Кале.
Кэт почувствовала, как боль острым жалом пронзила ее грудь. Одно дело – принять решение о бегстве, и совсем другое – пуститься в него.
– Отлично, – отрезала оно коротко, встала и потянулась к сонетке, чтоб вызвать Элспет. – Теперь, милорд, прошу извинить меня. У меня есть дела, которые нужно уладить до отъезда…
– О'Коннелл также рассказал мне о тех причинах, что гонят вас из Лондона, – продолжал Йейтс.
Она медленно обернулась и взглянула на него.
– Я видел объявление, которое лорд Девлин поместил в утренней «Пост». Не много найдется на свете актрис, которые согласятся расстаться со всем, что дорого – дом, театральная карьера, друзья, – ради спасения возлюбленного. Вы замечательная женщина.
– О, я так не думаю.
– Не сомневался в том. – Он оперся локтями об изящно выгнутые подлокотники кресла, сомкнул перед собой вытянутые кончики пальцев. – В настоящую минуту перед вами три альтернативы. Первая – вы пытаетесь сразиться с лордом Джарвисом. Это не очень умная мысль. Вторая – вы соглашаетесь выйти за виконта Девлина, его жизнь при этом погублена. Альтернатива третья – вы уезжаете из этой страны. Но есть и четвертая.
У нее вырвался короткий нерадостный смешок:
– Это?..
– Мы с вами могли бы помочь друг другу.
Она склонила головку набок и спросила:
– В чем будет заключаться моя помощь вам?
– Объясню. До вас, без сомнения, доходили нелестные слухи обо мне. – Ее заминка вызвала у него усмешку. – О, не конфузьтесь. Этими слухами земля полнится уже не один год. Басни о моих подвигах в южных морях на время затмили их, но только на время. Сплетни возникли вновь, став более злобными и более обидными для меня. Я постоянно чувствую, что за мной наблюдают, и боюсь, моральный климат нашего времени становится все более нетерпимым. Вы не замечали этого?