Почему нет?

Хилл Алекс

Еще через минуту получаю в руку прохладный бокал, короткий звон стекла вибрирует в груди.

– За доверие, – мягко произносит Ярослав.

– Что может быть важнее, когда лишаешься девственности, пусть и моральной? – сдавленно усмехаюсь и делаю небольшой глоток.

– Как на вкус?

– Неплохо.

– Вроде армянское.

– Ну ты и лис, – хихикаю я.

– Это почему?

– Да потому что! – вскрикиваю с веселым возмущением. – Как ты вообще это делаешь?

– Что делаю? – Он невинно

хлопает глазами.

– Вот это! – обвожу пальцем его лицо. – Все замечаешь, подмечаешь. Просчитываешь. Понимаешь с полуслова, говоришь ровно то, что нужно. Нельзя быть таким идеальным!

Он отпивает немного вина и ставит бокал рядом с моим бедром, с силой сжимая тонкую ножку.

– Я не идеален. Никто не идеален.

– Могу спорить с тобой до утра.

– Я думал, у нас другой план.

Да, и в этом плане есть очевидный косяк – Ясмина!

– Яр, мне жаль, что… что все так коряво. Я была уверена, что готова.

– А вот этого не надо, не оправдывайся. Ты имеешь право чувствовать то, что чувствуешь. И ты мне ничего не должна.

В комнату из прихожей сочится свет, разбавляя полумрак мягким сиянием. Рассматриваю Ярослава, взгляд которого все еще тонет в бокале, и нелепая досада оседает на сердце. Мы уже так далеко зашли.

– Я правда хочу тебя, – импульсивное признание слетает с моих губ.

– Меня убеждаешь или себя? – Он в очередной раз умело остужает мой пыл.

Делаю еще пару внушительных глотков. Его проницательность просто бьет все рекорды.

– Думаю, нас обоих.

– Давно у тебя не было секса, Ясь?

– А у тебя?

– Месяца четыре, – с легкостью отвечает он.

– Ого…

– Ты удивляешься тому, что это долго или…

– Конечно, долго. Ты же… ты…

– Что? – тихо смеется он. – Молод и безрассуден? Думаешь, это все, что нужно, чтобы склеить девчонку?

– Да!

– Нет, – твердо заявляет он. – Мне нужны чувства. Необязательно влюбленность, но хоть что-то схожее. Симпатия, влечение. Искра. А такое бывает нечасто.

– И скольких искрящихся ты нашел?

– Шестерых.

Глупо моргаю пару раз и вновь тяну бокал к губам.

– Ты мне не веришь? – пытливо спрашивает Ярослав. – Считаешь, что все малолетки трахаются направо и налево только потому, что гормоны по яйцам бьют?

– Ну-у-у… да?

– Ну-у-у… нет. А ты поэтому сегодня ко мне пришла? Рассчитывала на трах, бах и готово?

– Нет, – глухо отзываюсь я.

– Тогда почему?

Молчу. Не знаю, что ответить. Как это сформулировать?

– Ясь, поговори со мной. Доверие, помнишь? Мы заодно. У меня нет намерений лечить тебя или судить. Советы раздавать или направлять. Я просто хочу, чтобы нам обоим было хорошо, а пока ты там сама с собой битвы ведешь, это непросто.

Облизываю губы, смакуя сладость

вина, но в горле горечь и соль. Ярослав прав. Опять! Наш последний секс с Сережей был за три недели до моего отъезда, и он напоминал сотый просмотр фильма, который раньше жутко нравился, но теперь, зная все диалоги и сцены наизусть, ты больше не испытываешь прежних эмоций. Чистая механика с привкусом разочарования из-за того, что ты безвозвратно изменился и больше не можешь любить то, что прежде делало тебя счастливым. И теперь какая-то часть меня хочет обнулить этот опыт, отодвинуть его подальше, перекрыв новым, а другая банально трусит, изнывая от боли в еще совсем свежей ране.

– По факту последний секс у меня был три месяца назад. А по сути… чтобы прям с чувствами и искрами, где-то год. Может, даже больше.

– У тебя был только он? Бывший муж, – уточняет Ярослав.

– Мы начали встречаться в шестнадцать, – напоминаю я.

– Мало ли.

– Я ему не изменяла.

– Верю, – без капли сомнений отвечает он. – А кого ты представляешь, когда…

Округляю глаза. Ярослав отпивает немного вина и крутит ножку в пальцах.

– Я вот думал о тебе. Пару раз.

Он поднимает взгляд, и я хватаю ртом воздух. Его откровения такие бесстыдные и интимные, что тело вновь охватывает легкая дрожь.

– Правда? – недоверчиво переспрашиваю я.

– Ну, может, не пару.

– Меньше?

– Это вряд ли.

Раскручиваю вино в бокале и делаю глоток. Спина расслабляется под теплой тяжестью волнующих ощущений.

– Тебя это смущает? – дерзко говорит Яр.

– Не знаю.

– Пугает?

– Не совсем. В какой-то мере это даже комплимент.

– О-о-о… это он.

Улыбка появляется на моих губах, и Ярослав тоже улыбается. Черт! А он и правда хорош. Чувствую себя куда раскованнее и спокойнее. Я его привлекаю, и, похоже, давно. Это она, искра. Все как он и сказал. И ее достаточно, чтобы немного согреться, но не обжечься.

– Вот поэтому я к тебе и пришла, – отвечаю на вопрос, что прозвучал ранее, наконец-то все поняв. – Мне с тобой легко. Не всегда, но… сейчас только с тобой я могу быть честной. Могу быть просто собой.

– Рад это слышать.

– Серьезно? И тебе не тяжело? Вряд ли моя компания так уж…

– Я похож на страдальца? – перебивает он серьезно.

– То есть тебя ничего не смущает?

– Я же здесь.

– Да, но… ты делаешь это для меня.

– И это смущает тебя? Чего ты боишься, Ясь? Что я влюблюсь? Начну требовать отношений, серьезности? Заставлю тебя принимать сложные решения? Или ты боишься сама влюбиться в двадцатилетнего и требовать все это от меня?