Поцелуев мост
Шрифт:
Я не видела смысла в том, чтобы передавать Игорю Ренатины домыслы.
– Нет, она ничего не говорила. – Я спохватилась, что пауза затянулась.
Однако похоже, Рената права. Царский подарок Игоря, новый журнал тому подтверждение. Разве будет нормальный бизнесмен дарить постороннему человеку дело? Такой дар
– Если откажешься принять журнал, моя жизнь потеряет всякий смысл.
– Что за упаднические высказывания? А твое акционерное общество? И потом… Я хочу знать, чем я должна расплачиваться за этот дар.
– Дар есть дар. За него не платят.
– В жизни за все приходится платить. Так уж устроен мир. Явно или неявно, но платить. Я должна знать, чего ты ожидаешь от меня.
– Мне ничего не надо. Лишь бы ты получила удовольствие от этого дела.
– И ты больше не настаиваешь на моем возвращении к тебе?
– Нет, разумеется.
Я ощутила растерянность и даже остановилась. Я приготовилась к отпору, но атаки не последовало. Игорь воспользовался остановкой и буднично попросил:
– Смотри-ка, тучи опять набежали, сейчас дождь начнется. Отбуксируй меня, пожалуйста, к моей тачке. – Игорь демонстративно взглянул на часы. – Мне через полчаса надо быть в банке на другом конце города.
Я вновь покатила коляску. Игорь с легкостью, опершись на мгновение на одну ногу, переместился из коляски на водительское сиденье. Потом споро сложил коляску и перекинул ее на сиденье рядом с собой. Он успел вовремя – первые капли дождя уже брызнули на капот машины и на меня. Я поспешно раскрыла зонт и попрощалась с Игорем. Но он уже отомкнул запор задней дверцы:
– Садись,
До моего дома было рукой подать, и мне хотелось пройти пешком, чтобы обдумать последствия нашей сегодняшней встречи и делового предложения Игоря. Тем более, что и дождь моросил слабый. Я поблагодарила и отказалась. Игорь высунулся из салона машины под дождь:
– Ну, тогда… тогда просто присядь. Пережди, пока туча пройдет. И мне не так страшно будет, если гроза разразится, – робко улыбнулся он.
Шутливые слова Игоря не отражали его чувств, но в глазах светилась не просьба – мольба. И плотина, возведенная мною в последние годы, не выдержала. Семь лет я твердила себе, что избавилась от злой любви к этому человеку! Бежать, бежать без оглядки…
Я и не помнила, как оказалась в машине, за спиной Игоря. Коротко стриженный затылок, припорошенный инеем седины, заметно оттопыренные уши вызвали во мне новый прилив нежности к этому человеку. Я поняла, почему прежде Игорь носил длинные волосы: пытался скрыть свою лопоухость. Еще больше он боялся открыть свою душу и неизменно прикрывал шуткой боль и страх перед одиночеством. Ирония звучала даже в его любовных признаниях, потому я не верила им. Но сейчас Игорь молчал.
Дождь набрал силу, и тяжелые крупные капли забарабанили по тонкой крыше автомобиля. Я положила руки на плечи моего единственного, моего самого любимого человека. Склонилась к нему, понимая безнадежность сопротивления. Игорь, вполоборота, насколько позволял его больной позвоночник, тоже потянулся ко мне. Глаза его были прикрыты, губы вздрагивали в томительном ожидании. Наши души плыли навстречу друг другу, пока Поцелуев мост не сомкнул их.