Побочный ущерб

Поповкин Кирилл

– А Рыжик? Разве спасая наши головы ты не подставил её под удар?

– Нет. Как я уже говорил – Эльза незаменима для проекта. Она опытный флотский офицер и ценнейшее приобретение корпорации за последние несколько лет как инженер-проектировщик защитных барьеров. Кроме того, она наследница графа Бейли - человека с немалым влиянием среди депутатов Евростага. В совете директоров сидят карьеристы, которые не станут обращать на себя недовольство фигуры такого масштаба. С другой стороны, всегда можно сослаться на моё или директорское влияние, которое вынудило девушку “поступить вопреки совести.”

–

И поэтому должны быть прямые доказательства противоположного, - Ковалев скривился, - Политика, и правда. Но ты же понимаешь, что если Эльза узнает, у тебя возникнет огромная куча проблем личного толка?

– Когда она принесет мне результаты своих изысканий, я устрою ей разнос и придумаю какое-нибудь небольшое наказание, которое будет неожиданно мягким благодаря ценности добытой информации.

Юрген погасил проектор и взял со стола свою фуражку, давая понять, что совещание окончено. Остальные тоже начали собираться, но Ивашкин всё-таки задал ещё один вопрос:

– Почему вы так уверены в ценности этой самой добытой информации, капитан?

– Я уже говорил, мистер Ивашкин, - блондин обернулся уже в дверях, его губы исказились в подобие улыбки, - Эльза Бейли редко ошибается.

***

– Цикл генератора искажений завершен, эмиссия ноль восемь ноль, дрейф, – Эдвард Нисбет уточнил показания, – в пределах полутора тысяч километров.

Эльза сверила показания через БИЦ, кивнула

– Отличная работа, штурман, - она повернулась к другому офицеру, - Мисс Мастерс, я надеюсь, что вы со свойственной вам предусмотрительностью уже проложили курс до станции?

– Так точно, мэм – девушка сияла от гордости.

Эльза была подключена к системам корабля напрямую и её мимика была весьма скупой, но её аватарка на командном чате усмехнулась:

– Как быстро растут чужие дети.

– Неужели нет ошибок в расчете курса?

– Никаких. Более того – выход из искажения мы произведи очень чисто, на уровне слаженной флотской команды.

Юрген улыбнулся.

– В стрессовой ситуации люди учатся быстрее.

Он выпрямился и поправил фуражку.

– Ну что ж, мистер Нисбет, ускорение сто двадцать g. Мистер Клейн, откройте коммуникационные каналы.

– Есть, сэр.

– И включите картинку с передних камер, этого зрелища вы ещё не видели.

Овальная стена бронекапсулы мостика подернулась цифровой рябью и превратилась в гигантский панорамный монитор, программа визуализации быстро подобрала подходящий ракурс и увеличение, и теперь каждый на мостике мог увидеть конечную цель их следования.

Вокруг огромной звезды класса F8 вращалась только одна планета. Величественный серебристо-голубой газовый гигант занимал добрую треть экрана. Даже с такого расстояния можно было легко заметить чудовищные шторма, бушевавшие в его атмосфере и частые проблески молний, мелькавшие между боками никогда не рассеивающихся туч. Занимавшие на экране по паре сантиметров, в реальности эти молнии должны были протягиваться на тысячи километров. Буйство стихии не затихало ни на сутки из долгого, составлявшего почти двести стандартных лет года, и, наверное, поэтому планета получила имя в честь древнего божества гроз и молний Зевса.[1]

Планета неуклонно приближалась и вот

автоматические камеры захватили в объектив массивный спутник, висевший над терминатором ночной и дневной стороны.

Спутник этот не казался особенно большим в сравнении с гигантским Зевсом, но камера увеличила масштаб и показала его во всей красе. Впрочем, называть объект «спутником» было несколько неправильно. Космическая станция «Деметра» (естественно, ещё одна шутка “какого-то любителя древней Греции”) являла собой цилиндр в пятнадцать километров высотой и в три – диаметром основания, что делало её один из самых крупных искусственных объектов, находящихся в частном пользовании. Но уникальной в ней были не только размеры - все сто кубических километров были плотно забиты лабораториями, производственными цехами, испытательными полигонами и автоматизированными заводами, принадлежащими корпорации Вэнь Индастриз.

Ещё пятьдесят лет назад, когда Алистер Рихтер Вэнь выбил эксклюзивные подряды у министерства обороны, он знал, что строительство такой станции будет неизбежно, ведь лучший способ защиты от шпионажа – изоляция. Лучший способ быстрого взаимодействия между различными отраслями – собрать всех специалистов под одной крышей. Остальное было просто деталями – сколько времени потребуется на постройку, какой размер и возможности расширения должны быть у комплекса. И вот, спустя почти тридцать три года, строительство этой станции началось. Естественно, в строжайшем секрете.

– Облучение градарами дальнего обнаружения, сэр – раздался голос Ивашкина.

Юрген кивнул

– Активируйте ИСЧ, вышлите наши коды безопасности.

– Так точно, сэр, - отозвался оператор ИнОб.

Снова потекли минуты ожидания. Наконец на экране загорелся сигнал разрешения стыковки.

– Рулевой, тягу на ноль.

– Исполняю, - Эдвард Нисбет провел необходимые операции со своей консолью и мягкая, почти незаметная вибрация корпуса погасла вместе с тем как потухли плазменные факелы реактивных двигателей.

– Капитан, разрешите задать вопрос, - произнесла Леони Мартель.

– Задавайте, тактик.

– Запрос ИСЧ пришел не со станции, а с какого-то другого объекта на орбите Зевса. Когда мы покидали Деметру, я не видела объектов с таким мощным массивом сенсоров, который позволял бы считывать подробную информацию о корабле с такой дистанции. У корпорации есть какие-то оборонительные объекты или я просто неправильно локализовала источник сигнала?

– Чужие дети растут очень быстро, Юрген. Объяснять будешь? – усмехнулась на закрытом канале Эльза.

– Излишне быстро, я бы сказал. Да, объяснить придётся. Мистер Ивашкин, вы можете изолировать эту часть протокола мостика?

– Конечно, капитан. Я уже поставил блок и пришлю конечный файл на жесткий носитель.

– Спасибо.

Он повернулся к девушке и заговорил уже вслух:

– Вы локализовали источник правильно, мисс Мартель. Сигнал пришел отсюда, – Юрген изменил ракурс камеры и на стене мостика появилось изображение крупного, около семиста метров в диаметре шарообразного спутника.