Побег
Шрифт:
Анжела кивнула и с интересом навострила уши, ожидая рассказа.
– Альфо и я начало нашей жизни встретили в королевском дворце, при дворе герцога Кадиса. Герцог подарил нас капитану корабля. Разумеется, не просто так – от капитана ждали, что он вернется с кораблем, полным золота… Но когда корабль уже плыл обратно, он потерпел крушение. Капитан открыл нашу клетку, чтобы мы могли спастись…
Лала внезапно замолчала, словно ей стало трудно говорить. Продолжил Альфо.
– Тогда-то мы и поняли, что такое подрезанные крылья.
– Нам не просто подрезали перья на крыльях – они отрезали нам рулевые перья, и мы не могли держать равновесие. Летали только по прямой и совсем недолго, – добавила Лала.
– Это еще более жестоко, – тихо сказал Эсперо. – Отпустили, зная, что вы не сможете улететь…
– Вот именно! – кивнул Альфо.
– Как же вы спаслись? – спросила Эстрелла.
– Нас спас боцман. Корабль начал тонуть, и тогда он засунул нас в клетку и взял с собой в шлюпку. Мы благополучно добрались до берега, а вскоре боцман нанялся на другой корабль.
Там тоже не слишком хорошо относились к птицам, но зато были ленивы – и потому никто и не вспомнил, что нам надо подрезать отросшие перья. Мы чувствовали, как они отрастают, каждый день понемногу – это было прекрасное ощущение. Это означало, что, когда придет время, мы полетим. Мы даже не стали пытаться перекусить прутья нашей клетки. – Альфо хихикнул. – Когда на море был штиль, боцман выносил нас на палубу, открывал клетку и привязывал нас к корабельному канату.
Корасон вздрогнула:
– Звучит не слишком радостно. Канат – это ведь веревка, верно?
– Мы знаем, что такое веревки, – грустно промолвил Эсперо.
– Веревки для нас – ничто! – ответил Альфо и схватил большой орех в крепкой скорлупе. Раздался громкий треск – и орех разломился пополам.
Лала восторженно вздохнула, вспоминая пережитое счастье.
– Мы были сильны и готовы ко всему. Мы были готовы лететь. Несколько ударов клювом – и мы были свободны.
Эстрелла зачарованно прошептала:
– Это как мой первый галоп там, на берегу… Самый первый раз! Я ведь никогда до этого не стояла на твердой земле. Я была лошадью по рождению – но на самом деле осознала себя ею только на земле. Рожденная бегать…
– А куда ты идешь теперь, на своих прекрасных, крепких ногах? – с любопытством спросила Лала, и лошади тоже с интересом уставились на юную Эстреллу.
Молодая лошадка нервно сглотнула.
– Далеко на севере есть место… Там растет сладкая и сочная трава. Там целые моря травы, и совсем нет людей. Там лошади могут жить… свободными. Это – То Место.
– То Место…. – прошептали лошади, и сердце Эстреллы наполнилось восторгом. Ее друзья не видели той вспышки в глазах умирающей Перлины – но они начали понимать, о чем идет речь. Теперь она знала – они вместе и будут вместе на протяжении всего пути к Земле Сладких Трав. На пути в То Место.
Помолчав,
– Когда вы найдете свой истинный дом, вы поймете это. Потому что вы не будете чувствовать себя там чужаками. Там не нужно будет ничему учиться. Только забывать старые уроки. Там не будет… клетки.
– Забывать…. – вздохнула Анжела.
– Без клетки…. – эхом откликнулась Корасон.
А Эстрелла и Селесто про себя недоумевали: что же такое, интересно, клетка? Может быть, стойло? Или что-то вроде корабельного гамака?
Глава восьмая
Сломанные ноги
Ара и попугаи вскоре улетели искать свои любимые орехи, и джунгли сразу потускнели и притихли без их жизнерадостной болтовни.
К вечеру следующего дня лошади заметили, что заросли стали не такими густыми. Они остановились возле огромного баньяна, с ветвей которого свисал настоящий занавес из лиан и цветущих орхидей. Эсперо предположил, что они наконец-то выходят из джунглей на открытое пространство…
И в это момент он уловил странный, знакомый и тревожный запах, заставивший нервничать и его самого, и двух старших кобыл. Сквозь тонкий аромат тропических цветов, сквозь запах зелени пробивался металлический резкий запах, смешанный со сладким зловонием гниения…
– Лошади! Это лошади! – внезапно вскрикнула Анжела.
– Грулло! Старый мой верный друг Грулло! – вторила ей Корасон.
Они заржали и кинулись вперед, сквозь зеленый занавес, свисающий с баньяна, а Эсперо внезапно понял, что это был за запах. Пробиваясь сквозь знакомый, теплый аромат лошадей, он тревожно сигналил об опасности. Запах крови! Запах мертвых людей!
– Погодите! Погодите, глупые!
Эсперо в отчаянии оглянулся на Эстреллу и Селесто.
– Их надо остановить, пока не поздно!
Эсперо, Эстрелла и Селесто кинулись вслед за Анжелой и Корасон. Они настигли их быстро – обе кобылы стояли на опушке леса и смотрели на раскинувшуюся перед ними поляну. Анжела и Корасон дрожали, уши нервно вздрагивали, они с отвращением ловили металлический запах крови…
….которой были залиты камни, усыпавшие поляну.
Эсперо шарахнулся назад с громким ржанием, перепуганный Селесто присел на задние ноги и попятился, а Эстрелла почувствовала, как темной волной поднимается в ней невообразимый ужас.
Кровь. Кровь была повсюду. Эстрелла мгновенно вспомнила, как окрасилась алым вода в море, когда страшная белая тень схватила Перлину.
Кровью были залиты не только камни на земле. Алые потеки украшали грубо вырезанные каменные статуи. Это были фигуры довольно жуткого вида: лица у них были человеческие, а туловища – животных или огромных змей.
– Чья же это кровь? – простонал Эсперо.
Они в ужасе оглядывались по сторонам, но не видели ничего и никого. Ни людей. Ни лошадей.