Победитель
Шрифт:
На Октавию Торнвил трудно надавить. Правительница Сириуса на редкость упряма и высокомерна. Мать не приемлет ультиматумы. Она ни при каких обстоятельствах не согласилась бы пойти на уступки. Жизнь дочерей для нее не главная ценность. Потому мятежники использовали иную тактику. Негодяи «поработали» с разумом Ланы. Октавия не позволит сканировать мозг девушки. Эта процедура рискованная, с непредсказуемыми последствиями. Гораздо проще вести за ней постоянное наблюдение. Впрочем, нельзя исключать вариант, что сестра заключила с заговорщиками взаимовыгодную сделку. Она очень сильно изменилась. Эвис чувствовала в ней что-то чужое, холодное,
На столе стоял графин с тонизирующим напитком. Аланка наполнила стакан и поднесла его к губам. На мгновение девушка замерла. Мелькнула мысль об отравлении. Но Эвис ее сразу отвергла. Убийство герцогини Видог в планы похитителей вряд ли входило. Аланка им нужна живой и здоровой. Стоп! А как же гвардейцы, крензеры, горги? Безупречно выстроенная логическая цепочка рассыпалась в прах.
Эвис чересчур зациклилась на младшей сестре. Что если лесная глушь всего лишь совпадение? Между Велией и Ноктеном нет ни малейшей связи. Лана исчезла из горящего дворца, рядом с ней никого не было, Эвис же сопровождала многочисленная охрана. И как бы ни старались мятежники, мутантов и насекомых им не подкупить. Крензеры и горги беззаветно преданы Октавии Торнвил. Значит, все это устроила мать. Спрятала старшую дочь подальше от заговорщиков и прессы. Метод радикальный, но эффективный. Врагов у графини предостаточно. Угроза покушения вполне реальна.
Девушка утолила жажду, поставила стакан на место. Вкус у напитка приятный, чуть кисловатый. Новая версия ближе к истине. Однако и в ней есть нестыковки. Эвис не спорила с майором Фарли и покорно подчинились приказу матери. Тем не менее, устройство было запущено, и аланка, войдя в катер, потеряла сознание. Что это? Четкое, неукоснительное соблюдение инструкции или дополнительная мера предосторожности? Кто принял такое решение и почему? Определить, куда летит машина, девушка все равно бы не смогла. Боялись ее строптивого нрава? Ерунда. Аланка не стала бы устраивать скандал в катере. Ругаться с исполнителями бесполезно.
Эвис недовольно поморщилась. Очередной тупик. После некоторой паузы девушка двинулась к двери. Если она права, за ней должны были находиться громилы Аклина. Мутанты не отступали от герцогини ни на шаг. Ручка опустилась мягко, плавно. Дверь оказалась не заперта. Эвис выглянула из комнаты. Длинный широкий коридор. В нем ни души. Неожиданный поворот событий. Разве пленницу не надо охранять? Еще один вопрос без ответа. А почему бы тогда не сбежать?
Аланка подалась вперед, но вовремя остановилась. Только сейчас девушка сообразила, что на ней лишь ночная рубашка. Нет даже нижнего белья. Эвис представила, как ее раздевали офицеры службы безопасности. Сцена мерзкая, отвратительная. Обнаженное, беспомощное тело герцогини Видог «лапали» какие-то мужланы. На щеках девушки вспыхнул румянец. Она была возмущена бесцеремонностью контрразведчиков. Чрезмерной стеснительностью аланка не отличалась, однако во всем нужно знать меру. Люди Фарли явно превысили свои полномочия.
Эвис резко распахнула створки шкафа. На полках аккуратные стопки белья, на вешалках платья и костюмы, в нижней части обувь. Хорошо хоть так. Босиком в лесу делать нечего. Настроение чуть улучшилось. Но прежде надо принять душ, словно грязь, смыть с себя чужие прикосновения. К подобному обращению девушка не привыкла, кожа буквально горела. Прохладные струи воды окончательно успокоили аланку. Эвис надо научиться контролировать эмоции, не обращать
Стоя перед зеркалом, девушка сушила волосы. Без ложной скромности можно сказать, что у нее идеальная, безупречная фигура. Тонкая талия, округлая линия бедер, стройные ноги. Грудь красивая, упругая, кожа гладкая бархатистая. Нет ни пятен, ни шрамов. Впрочем, аланка недолго любовалась собой. Эвис следовало поспешить. Похитители где-то рядом и скоро появятся. Девушка не хотела предстать перед ними в голом виде. Она герцогиня Видог и об этом не стоило забывать.
Аланка надела легкое голубое платье, изящные кожаные туфли и вышла из комнаты. Странно, но Эвис не испытывала ни малейшего страха. Вряд ли ей сейчас что-либо угрожает. Пройдя по коридору метров тридцать, девушка оказалась на просторной открытой веранде. В глаза ударил яркий свет. Огромный белый диск Сириуса пылал над верхушками деревьев. Аланка инстинктивно зажмурилась.
– Доброе утро, ваше высочество, - раздался справа приятный мужской голос.
Эвис повернулась к незнакомцу. Возле небольшого круглого стола стоял старик лет семидесяти. Среднего роста, худощавый, чуть сутулый. Внешность ничем не примечательная. Узкое продолговатое лицо, серые усталые глаза, тонкий прямой нос, тщательно выбритый заостренный подбородок. В темных волосах мужчины обильная седина. Одет незнакомец просто, обыденно. Серая рубашка, широкие брюки, удобные сандалии.
– А оно доброе? – язвительно заметила девушка.
– С какой стороны посмотреть, - пожал плечами старик. – Если в целом, то не очень. Для вас же наверняка...
– Сомневаюсь, - холодно отреагировала аланка.
– Вы чересчур категоричны, - дружелюбно улыбнулся мужчина. – Я, кстати, не представился. Меня зовут Торн Клевил.
– Никогда не слышала, - отрицательно покачала головой Эвис.
– Разумеется, - произнес Верховный Хранитель. – Наша организация себя не афиширует. Мы стараемся держаться в тени, в политику не вмешиваемся.
– Неужели? – девушка пристально посмотрела на Клевила.
На его лице не дрогнул ни один мускул. Абсолютное самообладание.
– Предлагаю позавтракать, - проговорил Торн. – Вам нужно восстановить силы.
Сервировка стола отвечала самым строгим требованиям: белая скатерть, салфетки, сверкающие ножи и вилки. На тарелках мясо, хлеб, фрукты, три вида салата. В хрустальном графине тонизирующий напиток. Голод действительно чувствовался, отказываться было глупо.
– Почему бы и нет, - бесстрастно сказала аланка. – Вы ведь меня не отравите. В этом нет смысла. Я нужна вам в качестве пленницы.
Клевил жестом предложил герцогине сесть.
– Простите, что не ухаживаю за вами, - произнес Верховный Хранитель. – Возраст не позволяет. Кавалер из меня теперь плохой.
– Не волнуйтесь, - усмехнулась Эвис, - я не такая уж изнеженная особа. Обслужить себя сумею.
На несколько минут воцарилась тишина. Девушка ела неторопливо, размеренно. В ее положении инициативу лучше не проявлять. Кроме того, разыгрался аппетит. Мясо было приготовлено великолепно. Собеседник, наоборот, почти не притронулся к пище. Он медленно, лениво потягивал напиток. На аланку старик не смотрел. Куда больше его привлекал окружающий пейзаж. Порой даже казалось, что мужчина забыл о существовании Эвис. Но стоило девушке подумать об этом, как Торн тут же проговорил: