Победитель
Шрифт:
– Да, дело тогда было на контроле лично у меня, – сказал Отто. – Слишком серьезное происшествие, чтобы провести расследование спустя рукава… Но мы тогда так и не добились окончательного результата. В том районе, куда вывезли вашу сестру и ее секретаря, чуть позже обнаружили заброшенное здание, подвал которого оказался полон трупов. Причем экспертиза показала, что большинство из них перестреляли друг друга. Нескольким оставшимся свернули шеи. Имеются кое-какие причины предполагать, что все пострадавшие были связаны с мерканскими агентами, но никаких однозначных доказательств этой связи мы так и не отыскали. Наши эксперты
Осетр мысленно усмехнулся.
Знал бы ты, Отто, что «орденский морской пехотинец» сидит сейчас за одним столом с тобой!..
Да, именно он, Осетр, и в самом деле, сам того не желая, обрезал тогда фрагербритским безопасникам все концы. И в самом деле профессионально сработал на мерканцев. Но там, увы, иначе и нельзя было: не до жиру – быть бы живу! Либо ты – либо тебя!
– В общем, несмотря на отсутствие доказательств, мы абсолютно уверены, что похитители работали на мерканцев, хоть и являлись нашими гражданами… Последнее-то нам установить удалось. Всякий сброд там обнаружили, лишь один – из чиновников средней руки, он-то и был у похитителей за главного. Но доказать его связь с мерканскими агентами, как я уже сказал, не удалось.
Ну не удалось и не удалось!.. Во всяком случае, Отто не пытался врать, приукрашивая успехи своих безопасников.
И на том спасибо!
– Что поделать, дорогой друг, – сказал Осетр. – В любой стране у безопасников случаются проколы, если против них работают серьезные профессионалы. Мои люди в этом отношении тоже не безгрешны… Вы, наверное, удивляетесь: почему после двух подряд покушений я так спокоен…
– Не без того, – кивнул Отто. – Ваша невозмутимость производит впечатление.
– А между тем все просто! Это уже не первое покушение на меня. Даже взорвать пытались. И, надо сказать, что мои безопасники тогда тоже дали тогда маху. Практически меня спасла чистая случайность.
Король улыбнулся:
– За всякой случайностью стоит судьба. Мне не однажды говорили, что нынешнему росскому императору по жизни везет. Что он – стопроцентный баловень Фортуны. И это, на мой взгляд, прекрасно. Ибо связываться с неудачником – себе дороже. Связаться с неудачником – значит, загубить любое дело на корню. Вы со мной согласны, друг мой?
– Я с вами совершенно согласен. Мне действительно везет по жизни, тьфу-тьфу-тьфу! – Осетр изобразил на физиономии, мягкую, слегка виноватую улыбку. – И никогда неудачники не были моими соратниками.
– Даже те, кто погиб?
– Даже те, кто погиб. Они ведь ушли из жизни, много сделав и многого достигнув. Уж неудачниками-то их не назовешь.
«Красиво поешь, – сказал сам себе Осетр. – Вот только большой вопрос: как бы отнеслись к твоим словами погибшие?»
Ему было ясно, что Найден и дядя отнеслись бы нормально. Да и Железный Генерал, наверное, – тоже. Ведь главной своей жизненной цели Всеволод Андреевич добился, и ему не о чем было жалеть. Да и пал от в честной схватке.
Вновь подал голос браслет.
– Извините, дорогой друг. – Осетр перевел связь на акустику, снял браслет с руки и приложил к уху.
Его императорское величество снова беспокоил
Маршал доложил, что десантники с «Осмотрительного» уже высаживаются на обшивку неизвестного корабля.
– Отлично, продолжайте. Мы с его величеством Отто Тринадцатым очень скоро прибудем туда же.
– Есть! – Мосальский отключился.
– Скоро неприятельский корабль будет в наших руках, – сказал Осетр королю. И улыбнулся: – Велите седлать коней, ваше величество.
Глава двадцать пятая
Личный малый транссистемник фрагербритского короля носил название «Мьёллнир».
Он напоминал молот [4] не больше, чем «Святой Георгий-Победоносец» Георгия-Победоносца-человека.
Именно на этом молоте Остромир Первый и Отто Тринадцатый полетели к захваченному неизвестному кораблю.
К этому времени на борту вовсю действовала призовая команда. Судя по тому, что шлюз на линкоре работал, росские спецы уже сумели разобраться в устройстве кое-какого оборудования.
4
Мьёллнир – в германо-скандинавской мифологии молот бога Тора.
Их величества находились в обсервационном зале транссистемника и наблюдали за подходом к линкору.
Ни названия корабля, ни мерканского флага на обшивке не наблюдалось.
– Кто бы это ни оказался, – сказал Отто, – но, похоже, работали эти парни под видом пиратов.
– Да, – кивнул Осетр. – Позаботились о том, чтобы нельзя было узнать государственную принадлежность по видеозаписи. Возможность захвата корабля противником, видимо, не предусматривалась.
– В общем-то, задумано достаточно неглупо. Обычно после боя в космическом пространстве от погибшего корабля остаются только обломки, которые не так-то просто собрать и по которым нескоро разберешься, кому принадлежало уничтоженное судно. Надо создавать комиссию экспертов, обязательно включать в нее экспертов противной стороны, иначе обвинят в подтасовке фактов. Пока суть да дело, немало времени пройдет… И вот что еще интересно. Как они вообще рискнули пойти в прямую атаку на Вайсбург? При наличии планетной артиллерии, а также в присутствии наших и ваших боевых кораблей.
– Думаю, у капитанов просто не выдержали нервы, – предположил Осетр. – Вполне возможно, что им был отдан приказ любой ценой сорвать подписание договора. Сначала попробовали заранее подготовленное покушение на росского императора. А когда оно дважды сорвалось, у них не осталось иного выхода, кроме как попытаться уничтожить нас с помощью корабельной артиллерии. Удалось бы – победителя не судят. Не удалось – с мертвых взятки гладки. Вы правы: обвинить Орден в случившемся оказалось бы крайне непросто.
– То есть вы, мой друг, все-таки полагаете, что это мерканцы?
– Полагаю, они, – сказал Осетр.
«Не было счастья, да несчастье помогло, – подумал он. – Кто знал, что у Яаскеляйнена не хватит мощи отправить в зажарку и второй линкор? И что у него хватит ума не добивать недобитого…»
– Да, наверное, вы правы, – сказал Отто, наблюдая, как видеопласт заполняется приближающим бортом захваченного корабля.
– Прибыли, ваши величества! – доложил по переговорнику капитан транссистемника.