Победитель приходит первым

Иевлев Геннадий Васильевич

Утилизатор повернул голову в сторону, куда указывал Ромм.

— Если весь, то к шефу. Двигуны — сговоримся.

— Весь. Но у шефа я уже был. Вариант не прошёл.

Утилизатор бросил свой инструмент в кучу обломков и направился к кораблю. Ромм последовал за ним.

— Его несколько лет назад уже кто-то хотел купить, но ни один конвертор с грузовиков к нему не подошёл. — Утилизатор повел рукой, в сторону валяющихся здесь кораблей. — Все велики, а специально заказывать — не имеет смысла, дешевле обойдется купить новый грузовик, чем восстановление этого. Жаль конечно. — Он шумно вздохнул. — Он был задуман,

как самый вёрткий корабль цивилизации, для обследования астероидных полей, имел три независимых конвертора, чтобы вертеться волчком среди камней, но от них же и не увернулся. Экипаж весь… — Утилизатор махнул рукой. — Он уже более двадцати лет тут валяется. Все же не то, что этот хлам. — Он вновь повёл рукой вокруг себя. — Как только он оказался на Затре, специалисты из космофлота его долго обследовали, но… — Состроив гримасу, он покачал головой. — В конце-концов занялись новой конструкцией. Так что, дуй к шефу.

Состроив гримасу, Ромм покрутил головой.

— Я на тебя надеюсь.

Утилизатор несколько раз обвел Ромма внимательным взглядом с головы до ног.

— Не похоже что у тебя есть хорошие деньги. Есть у меня мысль, как вытащить его отсюда. Двести тысяч.

— Сто.

— Хорошая мысль стоит двести. Иначе к шефу.

— А почему бы нам не поговорить в другом месте? В хорошем ресторане, например? — Ромм широко улыбнулся.

— Угощаешь, поговорим. — Утилизатор дернул плечами.

— Так, без вопросов. Называй.

— «Гренателль». Сегодня в восемь. — Утилизатор провел руками по своей голове. — Если доживу. Ты лишил меня лекарства. Не придёшь, найду. Пожалеешь. — Он состроил свирепую гримасу.

— Хороший вкус. Не опаздывай. — Произнёс Ромм с широкой усмешкой и повернувшись, пошёл прочь.

Переложив на новую банковскую карточку со своего счёта сто тысяч мир, без пяти восемь вечера, Ромм вошёл в один из самых фешенебельных ресторанов города — «Гренателль». Не видев утилизатора, он занял свободный столик, с видом на входную дверь и едва уселся в кресло, как утилизатор появился перед ним, будто материализовался из воздуха. Определенно, он уже был здесь и где-то незаметно поджидал его. Одет он был в довольно простой костюм, его вид был весьма невзрачен, по которому Ромм без труда определил, что ему весьма непросто.

— Я уже подумал, что ты передумал. — Ромм широко улыбаясь, показал рукой на свободное кресло напротив.

— Шутить изволишь. — Состроив мученическую гримасу, утилизатор сел и тут же схватил за рукав курточки, проходящего мимо стюарда.

— Чистый хоро. И поскорей.

— Минуту. — Стюард аккуратно освободил рукав и ушёл.

На удивление Ромма, стюард вернулся, действительно, быстро. Поставив пузатую керамическую емкость и два куба на стол, он замер в ожидании.

— Чего тебе? — Утилизатор уставился в него своим свирепым взглядом.

— Заказ. — Стюард склонил голову.

— Свободен!

Утилизатор махнул рукой в сторону стюарда и взяв емкость и наполнив кубы, молча выпил из свого его содержимое.

— Плохо!

Он покрутил головой и вновь наполнив свой куб — выпил.

— Всё равно плохо.

Он опять и опять повторял процедуру пока из опрокинутой ёмкости в куб выкатились лишь капли. Ромм подвинул к нему свой куб. Поставив пустую ёмкость, утилизатор двинул куб Ромма ему назад.

— Чужого

не надо. — Откинувшись в кресле, шумно и протяжно вздохнув, он уставился в Ромма заметно помутневшим взглядом.

— Ты кто? — Он вопросительно кивнул головой.

Ромм состроил удивлённую гримасу.

— Так мы же договорились…

— Я помню о чём мы договорились. Ты кто?

— Тебя интересует имя, профессия или что-то ещё?

— Всё.

— Зачем тебе забивать голову разной чепухой? — Ромм дернул плечами и схватил за рукав проходящего мимо стюарда. — Замени! — Взяв пустую ёмкость, он протянул её стюарду.

Стюард молча уставился в Ромма.

Сделав вывод, что стюард сомневается в его платёжеспособности, хоро всё же было одним из самых дорогих вин Затры, Ромм достал свою карточку уровня жизни и сунул её под большой палец, сжимавший пустую ёмкость. Взяв ёмкость и карточку, стюард ушёл.

— Смел!

Губы утилизатора вытянулись в широкой усмешке, которая ещё не успела угаснуть, как вернувшийся стюард поставил на стол пузатую ёмкость и протянул Ромму его карточку. Взяв карточку, Ромм молча кивнул головой в знак благодарности. Негромко хмыкнув, стюард ушёл. Ромм наполнил куб утилизатора.

— Прекрасное вино. — С лёгкой улыбкой произнёс он.

Утилизатор молча выпил. Его заметно шатнуло. Ромм вновь протянул руку к пузатой ёмкости. Утилизатор приподнял свою руку и помахал ею над столом. Ромм убрал руку от керамической ёмкости.

— Что ты хочешь? — Заметно вялым языком произнёс утилизатор.

— Вашу горелую сковороду.

— Двести с доставкой.

— Сто.

Утилизатор откинулся в кресле и помутневшим взглядом уставился в Ромма.

— Ты кто?

— Пилот космического тягача. Думаю, этого достаточно.

— Зачем?

— Что зачем?

— Корабль зачем?

— Я хочу выиграть регату. — Признался Ромм, надеясь, что утилизатор навряд ли это запомнит.

— Смел! — Утилизатор отрыгнул. — Сто без доставки. Не заберёшь завтра до полудня, забудь.

— Это слишком жёсткое условие.

— Согласно плате.

— Хорошо. Я постараюсь.

Утилизатор протянул Ромму правую руку. Ромм было дёрнулся протянуть свою правую руку, чтобы пожать руку утилизатора, но тут же вернул её назад, так как, вдруг, осознал, что рука утилизатора повернута ладонью вниз.

— Карточку. — Прошелестели губы утилизатора.

Ромм, подняв брови, уставился в утилизатора.

— Нет, так нет. — Утилизатор опустил руку и поднялся.

— Подожди. — Ромм достал карточку и бросил её на стол перед утилизатором. — Надеюсь завтра увидимся?

Взяв карточку и недопитую ёмкость с хоро, утилизатор ушёл. Ступал он твёрдо и у Ромма сложилось впечатление, что тот его разыгрывал своим опьянением. Опустошив свой куб, Ромм поднялся и с противоречивыми чувствами покинул роскошный ресторан.

Домой Ромм пошёл пешком, пытаясь продумать варианты своих дальнейших действий — то, что он только что, запросто, отдал практически все свои сбережения, деньги Качура он оставил на своей старой карточке, не входило в его планы и теперь он мог надеяться лишь на порядочность, совершенно, незнакомого ему утилизатора, который уже, возможно, в ближайшем банкомате избавился от чужой карточки и радостно крутит в руках свою, вдруг, потяжелевшую на сто тысяч.