Победитель приходит первым

Иевлев Геннадий Васильевич

— Поздно! — Опять донёсся бесстрастный голос Рапп Рутта. — Флайбот слишком слаб, чтобы противостоять зову портатора. Мы у него в плену.

— И грузовик, тоже? — Выкрикнул Ромм, крутя головой по стёклам летательного аппарата, но грузового корабля нигде не наблюдалось. — Где он?

— Над нами, но он ещё в состоянии противостоять втягивающей силе канала перемещения. Ты был чересчур нетороплив, избавляясь от скафандра. — Пояснил анхеот.

Ромм повернул голову в сторону лобового стекла — практически вся его площадь была окрашена в

яркий синий цвет…

Тёмная улица. Дождь. Сон. Я сплю. Я должен проснуться. Иначе не вернусь. Никогда!..

— Проклятье! — Откинувшись в кресле, Ромм покатал головой по его спинке: в бессилии от безысходности.

Глава четвёртая Победитель приходит первым

1

С глаз Ромма будто сошла пелена, так как век до самого канала перемещения он не смыкал, а сидел немигающим взглядом уставившись в лобовое стекло, будто заворожённый сияющей за ним синевой. Он покрутил головой. В салоне флайбота было очень и очень сумеречно. Пробивающийся через его стёкла бледный, неизвестно чем генерируемый свет, едва рассеивал мрак, но всё же позволил ему увидеть контуры обстановки салона. Никаких точек ни далёких, ни близких звёзд за стёклами не было. Однозначно, флайбот никуда не двигался.

— Где мы? — Прохрипел Ромм, поворачивая голову в сторону серого контура кресла пилота и тут же вцепился руками в подлокотники, так как почувствовал, что летит из кресла вверх.

— Мы с чем-то столкнулись. — Пришёл бесстрастный ответ анхеота.

— Мы мертвы? — Удивился Ромм, аккуратно возвращая себя в кресло, так как в салоне была невесомость.

— Надеюсь, что нет.

— Тогда, с чего…

— Перед нами какая-то большая масса. — Продолжал говорить Рапп Рутт своим бесстрастным голосом, будто не слыша реплики Ромма.

— «Креот»? — Удивление Ромма выросло до бесконечности. — Он тоже не смог уйти?

— Это не «Креот». Но скорее всего — это тоже космический корабль или что-то подобное.

— Контурианский охотник?

— Нет. У него совсем другая энергетика. Я такую чувствую впервые.

— Что…

Лёгкий шорох заставил Ромма прервать диалог с анхеотом и прислушаться. Шорох повторился. Ромм повернул голову в сторону соседнего кресла.

— Это ты шуршишь? — Негромко произнёс он на языке турутов.

— Нет. — Пришёл такой же тихий ответ.

Шорохи стали громче. Теперь они шли потоком и стало понятно, что они идут извне, будто кто-то чем-то трёт снаружи по корпусу флайбота.

Ромм повернул голову в ту сторону, откуда, как ему казалось шли шорохи и тут же вжался в спинку кресла, на него, через боковое стекло, смотрел человек в шлеме. Причём стекло шлема было настолько прозрачно, что черты лица человека просматривались вполне отчётливо. Определённо, это был молодой мужчина, с какими-то знакомыми Ромму чертами лица.

— Он нас видит. — Ни к кому не обращаясь, сам не зная, толи

спрашивая, толи констатируя увиденное, произнёс Ромм на универсальном языке.

— Он не может видеть нас. — Пришёл бесстрастный ответ Рапп Рутта. — Стёкла односторонней поляризации.

— Как это од-д…

Ромм оборвал свою мысль, вспомнив, что снаружи окна у флайбота, действительно, не просматриваются, как бы их нет, вовсе.

Будто подтверждая слова Рапп Рутта, шлем с внешней стороны стекла отдалился и вместо него появились две руки в светлых перчатках. Ромм тут же почувствовал, что флайбот пришёл в движение.

Прошло несколько мгновений и темнота в салоне начала рассеиваться. Ромм покрутил головой — в боковом стекле со стороны Илии появились звёзды, которых с каждым мгновением становилось всё больше и больше. У него тут же сложилось мнение, что звёзды ему знакомы. Ромм всмотрелся в них, его сердце встрепенулось — это были звёзды пространства Сетранской системы. Он был дома.

— Рапп! Портатор далеко? — Заговорил Ромм взволнованным голосом. — Ты чувствуешь его?

— Зачем он тебе? — В голосе анхеота послышались нотки удивления. — Хочешь вернуться?

— Нет! Но я хочу знать, где он. — Едва ли не выкрикнул Ромм.

— Я его не чувствую. — Пришёл бесстрастный ответ Рапп Рутта.

— Ты хочешь сказать, что нас в очередной раз вышвырнуло неизвестно куда? — В голосе Ромма послышались нотки тревоги.

— Как я понимаю, куда нас вышвырнуло, тебе известно? — В голосе анхеота вновь послышалось удивление.

— Я имею ввиду, почему нас всегда вышвыривает очень далеко от портатора? Это неестественно. Не соответствует теории пространственных перемещений, с которой я знаком. — Попытался слукавить Ромм, хотя ни о какой теории пространственных перемещений никогда не слышал, не то, чтобы знал её.

— Спроси у неё.

Ромм медленно повернул голову в сторону Илии.

— Почему корабли вышедшие из вашего канала перемещения оказываются очень далеко от портатора? — Произнёс он на языке турутов.

— Чтобы вы не смогли найти его. — Пришёл обескураживающий ответ туруты.

— Мы можем просканировать пространство, не такое уж оно и большое. — Возмутился Ромм.

— Для экипажей неизвестных кораблей задействуется задержка пробуждения на пять-шесть часов. Это очень большое пространство.

Ответ туруты тут же вверг Ромма в уныние: как далеко они оказались от портатора, можно было лишь гадать и потому, быстро его найти ему навряд ли удастся, а если портатор ещё и мобильный, что скорее всего так и было, то шанс, практически, будет равен нулю.

— Но вы подвергаете экипажи необоснованной угрозе? — Заговорил он с возмущением, тут же поняв, что они чудом остались живы, оказавшись над ледяным океаном Туруты. — Корабль за пять часов окажется, где угодно.

— Вас никто не заставляет соваться в наш канал перемещения без приглашения. — С нескрываемой иронией произнесла Илия.