Победитель получает...
Шрифт:
— Вот к чему приводит столь приятная тебе непредсказуемость! — язвительно провозгласил Первый. — Разумеется, я мог бы… — будь Первый человеком, он бы кровожадно оскалился, — сделать с этим свихнувшимся модулем что угодно! Но, как видишь, Стражи сочли это “недопустимым вмешательством”! О, мерзкие твари, порождения отвратительного света! Из-за этой девчонки они влезли даже сюда!
— И всё-таки я не понимаю… — продолжал недоумевать Второй. — У модуля не может быть собственной воли! Наверное, это просто какой-нибудь сбой…
— Ещё немного и ты уподобишься жалким
— Что? — заинтересовался Второй. — Неужели возможно восстановление личности?!
— Типун тебе на язык! — как говорят столь ценимые тобой игрушки, — взвился Первый. — Какая там ещё личность?! Её и прежде-то не было! Но… рудименты воли… способны проявить себя, особенно в таких абсурдных условиях, когда наше влияние ограничено!
— Но ты ведь приказал! Приказал модулю доставить игрушку туда, куда было запланировано. Как он мог ослушаться? — продолжал удивляться Второй. — По-моему, ты чего-то недоговариваешь. Рудиментов воли явно недостаточно, чтобы не выполнить прямой приказ.
— Ты же сам видел! Он оказал сопротивление и, несмотря на приказ, поступил по-своему! Что я могу не договаривать? Я и сам хотел бы знать, как такое возможно!
— Но зачем? Почему? — изумился Второй, моментально вызывая историю модуля. — После завершения этой Игры он должен был подняться на новую ступень, возможно стать помощником вербовщика, а там и вербовщиком. Он не мог не знать, что это означает: существование вербовщиков — модулей второй ступени — куда приятнее! Он должен был стремиться провести эту Игру как можно лучше, чтобы заслужить повышение. Я ничего не понимаю… Может быть, он обезумел?
— Ты всё ищешь простых ответов, — укорил Первый. — Он не безумен, ты и сам это прекрасно видишь, во всяком случае, не больше чем все они. И его поступок может иметь только одно объяснение…
— Какое же? — заинтересовался Второй. — Я не вижу здесь никакой логики!
— Логика! — фыркнул Первый. — Разве я утверждал, что его поведение логично? Многие из этих жалких тварей слишком алогичны по своей природе, чтобы даже длительное обучение могло это полностью исправить. У их поступков нет разумного объяснения, но длительное наблюдение позволило выявить некоторые закономерности.
Разве ты не изучал курс аномальных побуждений? Разве не знаешь, что по большей части именно они порождают все те неожиданности, которые тебя развлекают? И здесь мы наблюдаем все признаки тех самых аномальных побуждений. Модуль увлёк игрушку в мир, где
— Но зачем?! — не выдержал нетерпеливый Второй.
— Видимо, он хочет дать игрушке подсказку, хочет, чтобы она догадалась, в чём заключается выигрыш…
— Зачем?!
— Он хочет… помочь ей! — с отвращением и презрением выплюнул Первый.
— Не может быть…
— Ты недооцениваешь роли аномальных побуждений.
— С какой стати ему желать помочь совершенно чужому для него существу? Может быть, между ними есть какая-то связь? Может, они, как там это называют… — родственники?
— Я бы не удивился и такому повороту при твоей беспечности, — отозвался Первый. — Если бы ты занимался Игрой единолично, могло бы произойти всё что угодно! Поэтому я и осуществляю дополнительный контроль. И я лично проверял их! И, поскольку на этот раз игрушка вызывала у меня большие сомнения, я выделил ей самого опытного модуля третьей ступени, которому, кроме того, был обещан переход на вторую ступень после успешного завершения этой Игры, так что он был вдвойне заинтересован в том, чтобы мы остались довольны. Никаких связей между ними нет и быть не могло! Помни о времени, которое постоянно смывает целые поколения этих жалких букашек. Этот модуль у нас уже несколько веков! Он был человеком, когда отдалённые предки игрушки ещё не родились, не говоря уж о ней самой.
— Но что же тогда могло побудить его проявить неповиновение?
— Вот! — Первый указал на какую-то точку в тщательно записанном рисунке Игры. — Первый раунд. Модуль недостаточно быстро справился с переводом и был наказан, как и положено.
— И что же? — Второй внимательно рассматривал рисунок Игры.
— Видишь этот всплеск эмоций игрушки? Как же это у них называется… сострадание, кажется. Совершенно алогичная эмоция! Абсолютно бессмысленная и вредная! Тем не менее, игрушка испытала к модулю сострадание, хотя до этого её эмоции по отношению к нему были исключительно негативными.
Модуль уловил её эмоциональный всплеск. И… взгляни сам — именно начиная с этой точки его состояние начинает меняться, стабильность и управляемость постепенно снижаются. Изменения были незначительными, даже я не обратил на них внимания… Но они постепенно нарастали — и вот результат!
— Сострадание… какая мерзость, — медленно выговорил Второй. — Иногда я начинаю сомневаться, что из этих катастрофически недоразвитых существ выйдет толк… Мне кажется, они годятся только для нашего питания. А ты утверждал, что со временем из них получатся столь же полезные рабы, как серые.
— Я и теперь в этом уверен. Хотя большинство из них, разумеется, годится лишь в пищу, — задумчиво отозвался Первый. — Не забывай, что когда-то и серые проявляли патологические эмоции и побуждения, но, как видишь, всё получилось. Жаль, что теперь они не могут размножаться так же быстро, легко и эффективно, как в прошлом. Хотя, их эксперименты в этой области довольно занимательны, и выделяемая во время них энергия не только годится в пищу, но и почитается некоторыми из нас особым лакомством.