Победа. Том первый
Шрифт:
— Спросите даму, — пожав плечами, ответил Воронов.
— Я не хочу танцевать, — резко сказала Урсула.
— Но, детка… — начал было немец.
— Не хочу! — повторила она.
— Грубо, детка! — мягко произнес немец. — Хорошо, — добавил он другим тоном. — Мы запомним, кто, где, когда и с кем танцевал, и вспомним об этом, когда чарли уйдут. Ведь они не будут здесь вечно. Не правда ли, майнхэрр?
Он явно обращался к Воронову за сочувствием.
Воронов ничего не ответил. К столику, за которым он томился, пробирались Брайт, Стюарт, а за ними еще человек пять
— Знакомься, Майкл, — сказал Брайт, когда все они подошли к столику. — Это наши друзья. Газетные акулы и шакалы. Рассаживайтесь, ребята!
Но за столом было только два свободных стула.
— Мне пора! — сказала Урсула, приподнимаясь со своего места.
— Останьтесь, Урсула, — вежливо и вместе с тем властно произнес Стюарт.
Она покорно опустилась на стул.
Итак, мест не хватало. Вытащив из своей сумки несколько пачек сигарет, Брайт уверенно направился к соседнему столику, за которым сидели трое немцев в штатском. Один из них только что приглашал Урсулу танцевать.
Подойдя к столу, Брайт бросил на него сигареты и громко сказал:
— For Sie. And now get out. Got it? Heraus! Take a walk! Spazieren! O'key? [11]
Немец в потертом, лоснящемся пиджаке быстро ответил:
— Jawohl, mein Herr! [12]
Все трое встали и пошли к выходу, рассовывая по карманам пачки сигарет.
Воронов невольно взглянул на Урсулу. В глазах ее он прочел не осуждение, а скорее злорадство.
11
Это для вас. А теперь выкатывайтесь! Понятно? Валяйте отсюда! Прогуляйтесь! Ясно? (смесь англ, и нем.)
12
Слушаюсь, господин! (нем.)
В конце концов все расселись. Некоторые по двое на одном стуле. Брайт вытащил из своей поистине бездонной сумки две бутылки виски.
— Мистер Воронов, — сказал Стюарт, — все это ваши коллеги — американские и английские журналисты. Вы видели их сегодня утром около Цецилиенхофа.
Воронов не помнил ни одного из них, но наклонил голову в знак согласия.
— У нас назревает бунт, мистер Воронов, — продолжал Стюарт, — Мы были бы рады поговорить с вами, прежде чем что-нибудь предпринять…
В отличие от Брайта, Стюарт говорил неторопливо.
— Конечно, — продолжал он, — удобнее было бы поговорить в пресс-клубе, но советские журналисты туда не ходят. Вы игнорируете нас по собственной инициативе или выполняете приказ? — Стюарт спросил это с деланным простодушием.
Несколько минут назад все мысли Воронова были заняты странной Урсулой. Когда Стюарт заговорил, Воронов подумал, что сейчас можно будет наконец приступить к тому, ради чего он сюда и приехал, — к дружеской беседе о предстоящей Конференции.
Но, судя по вопросу Стюарта, дело поворачивалось совсем другой стороной. «Впрочем, — подумал Воронов, — может быть, остальные вовсе не разделяют
— Во-первых, — стараясь говорить в тон Стюарту, ответил Воронов, — я не знаю, где находится ваш пресс-клуб. Во-вторых, меня туда никто не приглашал.
— А вы бы пришли? — спросил один из американцев, высокий худой человек средних лет с волосами, подстриженными ежиком.
— Почему бы и нет?
Воронов ответил совершенно искренне. Он и в самом деле с удовольствием побывал бы в пресс-клубе, о существовании которого уже слышал от Брайта.
— Но раз уж мы встретились здесь… — начал Стюарт.
— Какой черт «встретились», — с насмешливой укоризной прервал его Брайт. — Вы же впились в меня, как пиявки, чтобы я притащил его сюда.
— Мы действительно попросили об этом Чарли, когда узнали, что у вас с ним установился профессиональный контакт, — сказал американец с волосами ежиком.
Со всех сторон раздались одобрительные возгласы.
Многих, видимо, шокировал тон, каким Стюарт задал свой вопрос.
— Вы были в Торгау, сэр?
Воронов внимательно посмотрел на спрашивающего.
Это был невысокий широкоплечий человек в английской военной форме.
— Был.
— Не исключено, что мы встречались! — с явным удовольствием сказал англичанин.
— У вас богатая фантазия, сэр, — вмешался в разговор Стюарт. — Насколько мне известно, в Торгау англичан не было. Русские встретились там с американцами. Может быть, вы, Джеймс, служили тогда у американцев?
— Я служил и служу в английской армии, сэр, — повышая голос, ответил тот, кого Стюарт назвал Джеймсом. — Когда вы протирали брюки на Флит-стрит в Лондоне, я высадился с союзными войсками в Европе. А в Торгау был как английский журналист с армией Брэдли.
— Не терпелось встретиться с русскими? — усмехнулся Стюарт.
— No comment! [13] — сухо ответил англичанин.
Раздался одобрительный смех.
— Давайте говорить прямо, — сказал Стюарт, явно стараясь ввести разговор в прежнее русло, неприятное для Воронова. — Здесь происходит нечестная игра. Все, что касается Конференции, наглухо засекречено вашими властями.
13
Комментариев не будет! (англ.)
— Почему нашими? — Воронов решил выиграть время.
— Вам нужны факты? — воскликнул Стюарт. — Пожалуйста. Мы были заранее извещены о том, когда прибудут президент Трумэн и наш премьер. Вы, очевидно, тоже.
Воронов кивнул.
— Ну вот! — торжествующе произнес Стюарт. — А мы до сих пор не знаем, прибыл ли маршал Сталин.
— Прибыл. Сегодня днем.
Сказав это, Воронов тут же внутренне одернул себя: может быть, приезд Сталина все еще держится в секрете.
С другой стороны, он не хотел, чтобы западная пресса спекулировала на том, что ее представителям ничего не известно о прибытии Сталина. Воронов уже видел перед собой газетный заголовок: "Трумэн и Черчилль на месте. Где Сталин?! "