Победа Смерти

Сологуб Федор Кузьмич

Королева молча склоняется рядом с королем на ступени, и зачарованным смотрит взором на зрелище.

ДУЛЬЦИНЕЯ. Люби меня, милый Дагоберт.

ДАГОБЕРТ. Ты красавица, милая Альдонса. И ты умеешь очаровать. Вот сидят на ступенях они, зачарованные тобою. Ты и меня зачаруешь, хитрая Альдонса?

ДУЛЬЦИНЕЯ. Не зови меня Альдонсою. Я Дульцинея.

ДАГОБЕРТ. Все знают, что ты — Альдонса. Но мне все равно. Я буду звать тебя, как ты хочешь. Меня от этого не убудет.

Обнимает

Дульцинею и хочет её поцеловать. Дульцинея отстраняется. Говорит тихо:

ДУЛЬЦИНЕЯ. И ты мне не веришь. И самая страшная насмешка надо мною в том, что ты назовешь меня именем, которое принадлежит мне, но которому ты не веришь. Такой любви мне не надо. Вернись к своей милой.

Дагоберт садится рядом с Ортрудою, обнимает её и дремлет на её плече.

ДУЛЬЦИНЕЯ. Опять зрелище остается зрелищем, и не становится мистериею. Опять не увенчана, не воспета, не полюблена истинная красота этого мира, очаровательница Дульцинея, во образе змеиноокой Альдонсы. И великая во мне усталость, и великая тоска. Но не могу и не хочу оставить моего замысла. Неутомимая, буду стремиться к тому, чтобы увенчана была красота и низвергнуто безобразие. Неустанно в разных образах явлюсь поэту, любовнику и королю. Воспой меня, — скажу, — полюби меня, увенчай меня. Иди ко мне, иди за мною. Только я жива в жизни и в смерти, только во мне жизнь, только мне последняя победа. Вот, приму образ рабыни и Альгисту пошлю на великий подвиг, на исполнение моего вечного замысла. С её девственной свежестью сочетаю мои вечные чары, — победа ли жизни, победа ли смерти, но победа будет моя.

Победа Смерти

Действующие лица:

КОРОЛЬ ХЛОДОВЕГ.

БЕРТА, его жена.

АЛЬГИСТА, её служанка.

МАЛЬГИСТА, мать Альгисты.

ЭТЕЛЬБЕРТ, брат Берты.

ЛИНГАРД, паж.

Рыцари, дамы, пажи, слуги и служанки.

Действие первое

Те же сени слабо освещены факелами, вставленными в железные кольца у колонн. Из дверей в зале слышатся громкие голоса пирующих, песни, смех, звон бокалов.

Песня (в зале).

В чаше крепкое виноГорько! горько! горько!Королева под фатой —За туманом зорька.Но в фате для короляРазвернется складка.Целовать жену в устаСладко! сладко! сладко!

Альгиста и Мальгиста стоят близ входа в столовую, таясь за колонною. Альгиста закрыла свое лицо серым покрывалом. Говорят тихо:

МАЛЬГИСТА. Милая дочь моя Альгиста, ты не боишься?

АЛЬГИСТА. Я не боюсь.

МАЛЬГИСТА. Настало

время совершить великий наш замысел, увенчать красоту и низвергнуть безобразие.

АЛЬГИСТА. Безобразная и злая, глупая и жадная, достойная дочь многих поколений королей жестоких и коварных, она веселится и торжествует. Она хочет быть королевою — зачем?

МАЛЬГИСТА. Нет, не Берта хромая, дочь кровожадного короля Коломана, — ты, моя прекрасная Альгиста, достойна быть королевою.

АЛЬГИСТА. Я буду королевою. И не будет Альгисты, и забудется имя Альгисты, — а я буду королевою.

МАЛЬГИСТА. Может быть, последний раз называю я тебя моею дочерью. Дай же мне еще раз поцеловать лицо моей Альгисты, цветущие розами уста моей милой дочери. Завтра я склонюсь пред тобою, как рабыня перед госпожой.

Альгиста быстро откидывает покрывало. Любуется ею мать, целует её прекрасное лицо. Альгиста закрывается.

АЛЬГИСТА. Я стояла здесь долго одна, прячась в темном углу за столпами. Здесь, передо мною, после венчального торжества, с королем прощались рыцари, привезшие королевну нашу Берту. Ушли, уехали, и теперь только мы две остались при ней. Потом смотрела я, как здешний король, и Берта, и гости вошли в тот зал и сели за стол. Сидят и пируют, а я стою одна и смотрю. С моего места видно мне лицо короля, и рядом с ним БЕРТА.

МАЛЬГИСТА. Госпожа наша Берта, следуя древнему обыкновению, сидит, покрытая левантскою тканью, расшитою золотом.

АЛЬГИСТА. Пусть Берта закрыта своею златотканною вуалью, — я знаю, я помню её изрытое оспою лицо, я знаю, что одна нога госпожи моей короче, чем другая, и хитро сделанными золотыми каблуками она скрывает это.

МАЛЬГИСТАтихо смеётся и говорит шепотом. Много пышных обрядов придумали владыки, чтобы возвеличить себя выше нас. Их тщеславие и нам иногда на пользу. Король Хлодовег еще не видел лица госпожи нашей.

АЛЬГИСТА. Я знаю. Хотели обмануть здешнего короля. Увидел бы завтра утром, да уж поздно было бы. Не прогонишь разделившую ложе, хоть бы и противна она была.

МАЛЬГИСТА. Нет, мы дадим ему жену прекрасную и мудрую. Он упился вином. Сейчас он не увидит её лица во мраке опочивальни, а потом не поймет, кто чем его обманул.

АЛЬГИСТА. Обман и коварство не нами начаты. Владыки увенчанные и сильные открыли путь коварства и зла.

МАЛЬГИСТА. Пир кончается. Уйду. Не надо, чтобы меня увидели с тобою.

Поспешно целует Альгисту и уходит. Из столовой выходит паж ЛИНГАРД.

ЛИНГАРД. Устал. Хоть на пол сесть. Легко сказать, — с утра на ногах.

Идёт в тот угол, где Альгиста.

ЛИНГАРД. Да тут кто-то есть. Кто ты?

АЛЬГИСТА,притворно глухим голосом. Я служанка королевы Берты, Альгиста.

ЛИНГАРД. Что ты тут делаешь впотьмах? Пировала бы с другими девушками. Они все пьяны. Или и ты устала? Отдохнем, посидим вместе.