Победа разума
Шрифт:
– Присаживайся.
Он указал на круглый журнальный столик в углу кабинета, вокруг которого стояли четыре кресла. Семен осмотрелся. В кабинете стояли еще два стула, приставленные к столу. Вся центральная часть кабинета была пустой.
– Садись, садись, не стесняйся.
Марк сел в одно из кресел. Семен сел рядом с ним.
– Документы есть?
– Какие документы?
– Удостоверяющие личность.
– С собой нет.
– Что-нибудь помнишь?
– Почти ничего. Только несколько драк и пожар. А может это было извержение вулкана?
– Понятно.
– Напоминаю,
– Спасибо, включи в список участников Дашу Савельеву – ответил Марк и продолжал, обращаясь к Семену – Ну, что будем делать?
Семен пожал плечами.
– Марина, как Роберто? – спросил Марк по связи.
– Реанимировали.
– Он в сознании? Ходить может? Пусть зайдет ко мне.
– Но он еще не совсем…
– Пусть идет, какой есть. Дайте ему дежурный трансфер.
Роберто возник в кабинете как призрак.
– Садись, рассказывай с самого начала.
– Шел я, точно не помню где, а глина, слякоть и кустарник вдоль дороги. Тут вылезают из кустов трое и на меня с кулачищами как боксерские перчатки. Ну, думаю, сейчас они из моего божьего дара яичницу сделают. И надо же, поскользнулся, покатился в самую грязь, перевалялся в глине, как черт. Весь пояс в комьях глины, ни один инструмент в руки не взять. Линг так глиной забит, что крепкое словцо не вставить. Хорошо, что трансфер у меня…
– Роберто, можно без подробностей, говори по существу.
– Ну, оказался я на LZ-3728, маленький такой городок, не помню название.
– Заборск, – подсказал Семен.
– Верно, Заборск. Встретил там Семена. Ну, выпили с ним. А дальше понятное дело…
– Ты раньше знал Семена?
– Нет.
– Как же вы встретились?
– Я его по чертовой чешуе узнал. Он сказал, что Дашу Савельеву знает, ну и все.
LZ-3728, говоришь, Даша. Стоп-стоп.
В руках у Марка появился пульт, похожий на пульт управления телевизором. Семен видел однажды такой в кино. В центре кабинета замелькали объемные картины. И вдруг Семен увидел свое лицо, искаженное болью и яростью. Он стоял в деревенской рубашке с толстым березовым колом в руке. На заднем плане виднелся овин.
– Это ты?
Семен кивнул.
– Люся, попроси Дашу немедленно зайти ко мне, где бы она ни была.
Сердце Семена вдруг тревожно забилось. Через секунду в кабинет вошла Даша, как будто бы она ждала за дверью. Одета она была в свою кожаную тройку.
– Вызывали? Семен! Бог ты мой!
Она подошла к Семену и протянула ему обе руки. Семен встал.
– Господи, что у тебя с руками, ободрал то как!
– Это он нехорошим дядям на портреты маркеры ставил, – пояснил Роберто.
Даша пропустила замечание Роберто мимо ушей.
– Какими судьбами? – спросила Даша, обращаясь к Семену.
– А вот какими судьбами, я хочу у тебя спросить. Да вы присаживайтесь.
– Марк, неужели ты думаешь, что я вчера…
– Нет, не думаю. Когда ты видела Семена в последний раз?
– Месяц назад, или около того, точно не помню. Подождите, как
– Это ты передала ему защитный скафандр?
– Да, мы гуляли, стало холодно, и я решила, что…
– Они гуляли! Ты передала скафандр, ничего Семену не объяснив?
– Я хотела…
Марк оторвал от полупальто Семена один лепесток, повертел его в руках и бросил в центр кабинета. Лепесток закружился, оставляя за собой радужный шлейф. В радужном вихре стал рождаться неясный силуэт, и через секунду перед ними стоял атлетического сложения великан с дубиной в руках. Кроме набедренной повязки из обрывка шкуры никакой другой одежды на нем не было.
– Ну зачем же так, Марк? – сказала Даша.
Свирепо глядя на Семена и вращая дубиной над головой, великан стал приближаться. На его теле рельефно заиграли мышцы. Было в его облике что-то мучительно знакомое. Роберто фыркнул, сдерживая смех. Семен встал, заслоняя Дашу. Дикарь попытался подрезать Семена косым резким ударом. Но Семен уклонился, чуть не перевернув журнальный столик. И как бьет-то грамотно, подлец! Когда дубина с грохотом ударилась об пол, Семен со всей силы ударил по ней ногой, стараясь выбить ее из рук дикаря. Дубина сломалась, и в руках дикаря остался короткий обломок. Семен нырнул вниз, перекатился по полу, подхватив второй обломок дубины, вскочил, лихорадочно соображая, как попроще нейтрализовать такого верзилу. Великан оказался с Семеном одного роста. Семен уже занес дубину для удара и онемел: перед ним стоял он сам, только в одежде дикаря. Как же он сразу не узнал самого себя? Дикарь не размахиваясь, тычком послал дубину в сторону Семена. Не успев уклониться, Семен получил удар дубиной в лицо. Удар оказался удивительно слабым. Дубина, будто наткнувшись на невидимую преграду, лишь мягко толкнула его в лицо. Дикарь размахнулся обломком дубины и вдруг неподвижно замер, не завершив удар.
– Даша, кто тебя просил вмешиваться!
– Нельзя так издеваться над человеком. Он же совсем не подготовлен.
– То-то и оно.
Марк встал, подошел к Семену, взял из его рук обломок дубины и бросил его на пол, затем вырвал еще один лепесток из полупальто Семена и, повертев в руках, бросил его в сторону дикаря. Окутавшись радужным вихрем, неподвижная фигура исчезла.
– Прости за этот цирк. Садись, не обижайся. Скажу честно, ориентируешься ты прекрасно, я просто поражен, – и, обращаясь к Даше, продолжал – Ты понимаешь теперь, к каким последствиям могли привести твои художества?
– Но я хотела все объяснить, сразу с RX-3152 вернулась к Семену.
– Из эпицентра! И устроила лазарет с Семеном в роли терапевта. Могу себе представить.
Семену показалось, что Даша покраснела.
– Да все нормально было, – сказал Семен.
– Это я вижу. По конечному результату: один в реанимации, второй – в карцере. Только Даша отделалась легким испугом.
– Так она же женщина, а с них и взятки гладки.
Даша ткнула Роберто кулачком в плечо.
– Э, э, полегче, еще не склепано.