Шрифт:
ПРОЛОГ
В автобусе, вышедшем из расположения парашютно-десантного полка, царило веселье.
Концерт удался на славу! Офицеры и солдаты обеспечили полный аншлаг.
Это было предпоследнее выступление небольшой концертной бригады в ходе ее турне по войсковым частям, дислоцирующимся в Чечне. Оставался мотострелковый полк, чьи две боевые машины пехоты сейчас спереди и сзади сопровождали автобус. В салоне громко играл магнитофон, обслуживающий концерты персонал позволил себе открыть бутылку прохладного шампанского,
Артисты, откинувшись на сиденьях камуфлированного «пазика», перешучивались, делясь впечатлениями о том приеме, который они встретили в частях, смеясь, обсуждали маленькие казусы, имевшие место во время выступлений. Впереди полчаса пути, столько же на настройку аппаратуры, два часа выступлений, банкет. И поутру на боевой «вертушке» в Моздок, откуда специальным рейсом домой, в Москву!
Все, включая водителя-срочника, ожидающего скорого весеннего дембеля, находились в прекрасном расположении духа. Солдат радовался более других. Еще бы! Он сфотографировался с такими звездами эстрады, которых в его родной деревне лишь по телевизору и видели. А он с ними запросто, по-свойски, в обнимку!
Вот будет кайф, когда он разложит эти фото перед своими родными, соседями, пацанами, девахами! Водитель улыбался во все лицо, при этом аккуратно и осторожно ведя свой автобус. Это был его последний рейс на службе. Замена из молодых уже прибыла, осталось передать «ПАЗ», и можно доставать из каптерки свой дембельский чемодан!
Колонна двигалась неспешно, но бойко.
И, казалось, какая здесь может быть война? Где-то она, возможно, и полыхает локальными очагами, но здесь спокойно несут службу солдаты и офицеры двух полков. А вокруг такие красивые горы, небольшие, но густые рощи, чистейшие горные ручьи. Яркое, окрашивающее хребты в золотистые тона, теплое солнце. В этой идиллии даже думать о войне не хотелось.
Но ВОЙНА была рядом, в каких-то ста метрах, за ближайшим поворотом, в такой красивой «зеленке», за покрытыми цветами земляными валунами.
И оскалила она свои волчьи клыки внезапно.
Автобус вдруг тряхнуло так, что повылетали все стекла салона, аппаратура покатилась вперед, но была остановлена каркасами сидений. Мысль о том, уж не врезался ли, зазевавшись, водитель во впереди идущую бронированную машину, разлетелась в прах одновременно с прогремевшим впереди сильнейшим взрывом, ударной волной выбившим окна «ПАЗа». Солдат едва успел спрятать голову за панель приборов.
Авангардная боевая машина пехоты с десантом на броне взлетела в воздух от взрыва мощной противотанковой мины. Он видел, как изуродованные фрагменты человеческих тел солдат, секундами раньше бесшабашно сидевших на броне, разбросало вместе с оплавленными кусками железа вокруг искореженной, охваченной огнем «БМП-2» на десятки метров!
Буквально тут же несколько взрывов раздалось сзади, и с обеих сторон дороги, не задевая, правда, автобус, ударил интенсивный пулеметно-автоматный огонь.
Молодая певица завизжала.
Мужчина в возрасте,
– Всем на пол и к аппаратуре! Лежать, не двигаясь!
Взрывы и стрельба прекратились так же внезапно, как и начались.
Наступила тишина, заполнившая округу смрадом горящего рядом железа и того, что осталось от человеческих тел.
Девушка, певица, приподняла к окну голову и вновь в ужасе закричала:
– Мамочка! Там бородатые вооруженные чеченцы! Совсем близко! Они идут убивать нас! Не хочу, мама!!!
Часть I. ЦЕПНАЯ РЕАКЦИЯ
ГЛАВА 1
Махачкала. 25 апреля. 0 часов 47 минут
Шасси транспортного «Ил-76» с бортовым номером 066 мягко коснулись плит бетонки взлетно-посадочной полосы Дагестанского республиканского аэропорта. Экипаж, переложив реверс на двигателях, начал торможение. Но, вместо того чтобы, сбросив скорость, свернуть к аэровокзалу, лайнер повернул вправо, и борт медленно двинулся к ремонтным ангарам. В один из которых, не останавливаясь, и въехал. Моторы смолкли, сзади открылся трап. По нему в две колонны, экипированные по боевому расчету, вышли пятьдесят человек, одетых в камуфлированные костюмы.
Вышли и тут же построились возле фюзеляжа.
Плотный крепкий высокий офицер в черном берете пошел на доклад к ожидающей немного в стороне группе из трех человек, облаченных в гражданскую одежду. Но в них без труда узнавались люди военные. Навстречу высокому человеку в берете сделал шаг один из штатских.
Командир прибывшего подразделения доложил:
– Товарищ полковник, диверсионно-штурмовой отряд «Кавказ» согласно приказу директора Службы «Виртус» в ваше распоряжение прибыл в полном составе и готовности к выполнению задачи, которая ему будет поставлена! Командир отряда подполковник Железнов!
Глеб Чекалин, резидент Службы Х-4, или «Виртус», по Северо-Кавказскому региону, протянул руку сослуживцу:
– Здравствуй, Ваня! Как там Москва?
– Здравствуй, Глеб, а что может стать со столицей? Стояла, стоит и будет стоять назло врагам!
– Каракурт как?
– Генерал Кауров? Рвет и мечет в кадрах! Постоянно грозится Феликсу уйти в отставку, если тот не переведет его на оперативную работу, но Борисову удается сбить с него боевой пыл!
Глеб улыбнулся:
– Узнаю Каракурта! Его уже не изменишь, не мытьем, так катаньем, но уйдет из кадров, да и, если честно, не место Каурову в штабе! Он боец, воин! Ему бой нужен, а не кипы бумаг!
– Тебе ли не знать его, ты же с ним вместе работал по «Южному склону»?
– Точно, ту операцию вместе со Стасом прошли. Я у него дублером был, как-то подменял его. Это когда… Ну, ты знаешь о его трагедии.
– Знаю! Он тебе огромный привет передавал!
– Вот за это большое спасибо! Но достаточно предисловий и лирики, займемся делом.