По воле богов

Дворец гудел, как потревоженный улей тарагайских ос. День и правда был знаменательный. Клан Одариан один из первых принимал делегацию людей. ЛЮДЕЙ! Когда такое было, чтобы мы, Пьющие кровь, создавали союзы с деликатесами?! Но воля богов была недвусмысленна. Пятьсот лет назад Мрак покинул собственный мир, оставив его новым богам. С тех пор столько

произошло изменений, что старики схватились за голову. И главное, это возведение людей в ранг равных нам рас.

Первыми восстали демоны, не желая признавать власть вчерашнего собрата и его жены, бывшей человеком. Вечный Кианэл был краток. Он подавил мятеж и вынудил встать на колени перед своей супругой Пресветлой Мэйгрид. Свет во Мраке?! Даже люди, находившиеся ранее в ранге охраняемого стада, отнеслись с недоверием к своей покровительнице. Но прошло двести с небольшим лет, и они расползлись по миру, плодясь и множась, закрепляясь на новых позициях. Каждого, кто покушался на человека, ждала встреча с самой Пресветлой. Люди стали неприкосновенны, они проникли в торговлю, политику, их королевства и княжества укреплялись с каждым годом. Они пытались создавать союзы с доменами демонов, с кланами Пьющих кровь, со стаями оборотней. Но эти союзы высмеивались, делегации выпроваживались. Кому нужны люди? Слабые, хрупкие. Их короткий век напоминает жизнь мотыльков. Родились, вспорхнули, опылили своих женщин и сдохли.

И тогда вмешался Вечный. Первыми пошли на союзы с людьми дроу. Эти дети подземелий, враждовавшие почти со всеми расами, не признававшие власть демонов, отрицавшие права доменов на земли, которые занимали королевства дроу, сделали этот шаг. Возможно, это было в противовес остальным народам Мрака, но они выиграли! Торговля принесла подземным немыслимые прибыли, люди укрепились за счет их оружия. Люди стали единственными, кого дроу пропускали на свои территории, не взимая немыслимой дани. Они даже стали смешиваться с людьми, вступая в браки. Их отпрыски основали Сумрачное княжество, которому благоволила Пресветлая. И именно с этим княжеством решил заключить союз клан Одариан.

Внешне жители княжества походили на людей. Может, немного смуглей, чем их остальные собратья. Черты лица разнились, но все же это были люди, которым досталась сила и ловкость дроу. И все равно слишком слабые. Глава клана Одариан решил одним из первых среди Пьющих кровь исполнить волю богов. Благоволение их велико, гнев страшен. И теперь мы готовились встретить тех, на кого еще две-три сотни лет назад смотрели с глубоким презрением.

Я, Эль Одариан, до сих пор не могу воспринять их хотя бы вполовину равными нам. Мой брат, сын второй жены нашего отца, главы клана, Элион ненавидит их даже больше меня, но отец велел терпеть, сжать клыки и терпеть. Выдавливать из себя лицемерные улыбки, что может быть хуже?

В покои вошла мать.

 - Эльмина, все уж собрались в парадной зале, и ждет тебя отец.

Желает он, чтоб ты стояла рядом, когда прибудут гости во дворец.

Я повернулась к ней и решительно взглянула в чуть раскосые темно-зеленые глаза.

– Не выйду, мать, так и скажи отцу.

Мне мерзки эти существа, что отравляют мир своим дыханьем.

Мне оскорбительны тепло их тел, нескладность их фигур.

Не выйду! Иных пусть ищут дур.

Она недовольно покачала головой.

– Отец твой будет в гневе, дочь. Должна ты быть покорной,

послушной и не вздорной. Одариан ты!

Честь клана - не пустые звуки.

– Честь клана, дочь его главы - слова, лишь праздные слова!

И какова же им цена, коль в гости едет к нам еда,

и пожимаем мясу руки?

– Дочь!

– Мать?

Она не выдержала моего взгляда и отвернулась.

– Быть по сему, скажу, что будешь позже.

Сказав это, мать развернулась и вышла. Я оскалилась, глядя ей вслед. Третья жена моего отца была из младшей ветви клана. Одна из слабейших. Почему глава клана обратил внимание на такую, наверное, не понял никто. И, тем не менее, моя мать оставалась любимейшей из трех жен Эльмара Одариана, а я его любимым ребенком. Вторая жена отца наиболее сильная, и я бы хотела быть такой же, как Элион. Он могуществен, красив, невероятно силен и вынослив. А я дочь своей матери, даже цвет глаз унаследовала от нее. И ростом ниже всех Пьющих кровь нашего клана. Тоньше всех, совершенно хрупкая. Меня это убивает! Наверное, если бы не белая кожа и клыки, я была бы похожа на человеческую женщину. Это тоже меня убивает. Может, поэтому я не хочу оказаться рядом с толпой деликатесов, что сейчас пересекает нашу границу.

Послышался звук шагов, я обернулась. Это был Элион. Он остановился у двери, опираясь плечом на косяк. Я приветливо улыбнулась ему.

– Идем, сестра, так повелел отец.

Я решительно мотнула головой.

– Не сделаю я шага. Хоть миру пусть придет конец.

Брат отлепился от косяка и не менее твердо ответил:

– Так надо, Эль. И хоть претит мне эта встреча самому.

Но нужно это нашему отцу.

– Я ненавижу ЭТИХ!

– Как мне слова твои понятны, они правдивы и приятны,

но мы должны, так лорд наш первый приказал.

– Но выдержать позор как не сказал.

Его едва уловимые шаги приблизились ко мне и тонкие белые руки, в которых пряталась неимоверная сила, легли мне на плечи. Брат прижал меня к своей груди и склонил голову, целуя в макушку.

– Малыш, так надо, то нужда, не воля.

Будь умницей сестра, слова мои услышь.

– Мне не по нраву прозвище - малыш!

Воскликнула я и вырвалась из объятий Элиона. Брат усмехнулся и сделал вид, что качает младенца. Но стоило мне и вовсе разозлиться, как поддразнивать меня закончил и произнес с легкой улыбкой, снова приближаясь ко мне.

– Сестра, есть новость у меня одна, приятной быть тебе должна она.

Сегодня Ройх, прославленный любитель крови,

просил отца о вашем с ним союзе.