По ту сторону...
Шрифт:
– Все его знали, просто забыли, он подмигнул расстроенному Косте, не переживай чадо, что ни будь, придумаем, через час совет, там все и решим, он хлопнул в ладоши, а теперь Иванна, мы отправляемся домой, и пошел к выходу.
– Ой мамочки, пирог-то мой, совсем сгорел, подскакивая к печке, заголосила она. Верховный повернулся, и втянув в себя воздух, в котором чувствовалась горчинка, от подгоревшей выпечки, улыбнулся и довольно произнес.
– Ладно, доедай пирог, собирай свои вещи не спеша, ипат доставит тебя на совет, от туда и поедем
Когда дверь за ним закрылась, молодые люди долго сидели, молча смотря друг на друга.
– Я буду скучать, грустно произнес Костя. Ива хмыкнула.
– Ты думаешь, я тебе это позволю, верховный же ясно дал понять, что ты будешь меня охранять, а со мной скучать не придется. Улыбнувшись, она подошла к парню, и откинула его уже отросшую челку.
– Это же лучше, чем если бы мне память стерли? Он улыбнулся.
– Несомненно лучше, но теперь ты важная шишка, и я у тебя в подчинении.
– Ха-ха-ха, да теперь ты от меня точно не отвертишься. Она прижалась к нему и тихо спросила.
– Мне не будет грозить опасность, в доме верховного?
– Нет, это самое безопасное место, и я понимаю, почему он так решил, двух лун вполне достаточно, чтобы о тебе узнали все, и начали к тебе, достойно относится. Ипат хоть высокое звание, но выше верховного нет. Он отстранился от неё, и сказал.
– Ну что, давай собирать вещи, у нас минут сорок, может еще, что ни будь успеем? Прикусив губу, сдерживая улыбку, спросил он.
– Да, времени маловато, хотя что там собирать то, если что, потом мне привезешь и взяв его за руку торопливо повела наверх.!
Глава 18
Зал советов сегодня выглядел торжественно, вокруг все было украшено цветами, в центре лежал большой красный ковер, вокруг полукругом расставлены столы и кресла. Всего их было двенадцать, это количество мест, которых с последнего совета на одно стало больше, очень заинтересовало людей, что неспешно входили в помещение. Советники не понимали, что происходит, и от этого шум в зале, напоминал осиный рой.
Все заняли свои места, только два кресла пустовали, ну одно для верховного, который созвал совет, а кому принадлежит лишнее кресло? Все смотрели, на хмурого, главного советника, и на довольного ипата, но те не спешили, делится информацией. В зал очень бодрой походкой и довольной улыбкой, вошел верховный, все кто работал с ним, бок обок уже много лет, не узнавали своего верховного, он как будто бы помолодел, походка стала легкой, улыбка не сходила с его лица, и глаза горели изумрудным цветом, освещая все вокруг.
– Добрых дней вам советники. Я счастлив приветствовать вас, давно не видел, соскучился. Сегодня у нас очень торжественное собрание, мы будем приветствовать, нового ведающего, верней новую. Все вокруг зашумели
– Это та дева, что привел ипат? Начали они выкрикивать, со своих мест.
– Да, но позвольте мне вначале исповедать, предысторию, появившейся здесь девы.
Я верховный Ирия, прошу вас
– Почему же, ни кто не знал твоего сына? Спросил Ефим.
– А вот в этом, и заключается мой грех. Вы все его знали и любили, его нельзя было не любить, всхлипнув, сказал верховный.
– Но мне, пришлось стереть его, из памяти всех жителей Ирия, он остался только в моей, и в памяти моей почившей Настасьюшки, что не выдержала горя. Все в зале резко притихли.
– Но зачем? Спросил опешивший Аркадий.
– Для того, чтобы в Ирии был мир и спокойствие.
– А, это чтобы мы все не разбежались, как твой сын, насмешливо спросил, главный советник. Верховный недовольно посмотрел на него, но все же ответил.
– Может быть и так, но дело сделано, время не вернуть. Зато теперь, я нашел Степушкину дочь, что жила по ту сторону, и хочу вам представить, нового члена нашего совета. Он направил руку к входу, где стояла девушка, и, поманив её рукой, торжественно произнес.
– Иванна, пройди и познакомься со своими собратьями. Она шла на негнущихся ногах, её била мелкая дрожь, в горле пересохло, и чувствовала при этом себя букашкой, на которую в микроскоп смотрит, целая делегация ученных. Девушка подошла к верховному, и встала рядом с ним, он обнял её по отечески, и сказал ей на ухо, как правильно надо поздороваться.
– Добрых дней, вам советники! Сказала она твердым голосом, и сама удивилась тому, что он у неё не дрожал, потому что из нутрии её била мелкая, нервная дрожь.
Все вокруг опять загудели, и радостно поприветствовали, новую ведающую.
Когда страсти улеглись, советники стали интересоваться у верховного, какие планы у него на девушку, он с доброй улыбкой отвечал, что время покажет, пока о наследовании его титула не идет речи, Иванне требуется обучение, и они этим в ближайшее время займутся.
– Ну а теперече, вам как моим советникам, надобно выдумать, как Иванушку представить народу, люди должны уразуметь, что нашлась моя потерянная внуча.
– А это обязательно? Можно же просто назвать её советником, и как всегда сказать, что ты выбрал из народа одаренную деву, сказал Ефим.
– Нет, Иванна моя кровь и плоть, и это должно быть ведомо всякому.
– Может, скажем, что она воспитывалась в монастыре, что находится на окраине горы? Предложила Вероника. Ива хмыкнула, как то на монастырскую послушницу, она не тянет, видимо, об этом подумали и остальные.