По головам - 4

Георгиевич Ярослав

— Не хочешь, не говори. Ладно. Но не забудь сказать, зачем меня сюда позвал. Мне ведь интересно. И правда, очень интересно… Едва ли не со времён падения Разрушителя никто не пытался вызвать меня для приватной беседы. Последние годы мы все — каждый сам по себе.

Дит развернулся.

— Есть дело. Поэтому позвал. Тебе понравится.

— Война? Много крови? Я угадала?

— Да. Война. Много крови.

— И, конечно же — раз ты заинтересован в этом, там будет много душ, которые ты заберёшь в свою Преисподнюю с концами?

— Разумеется.

— Мне

это не нравится. Те, кого ты забираешь — больше никогда не воюют. Мне больше по душе, когда они остаются здесь. Возвращаются раз за разом. И бой продолжается вечно!

— После Катастрофы мир испортился.

— Я в курсе.

— Простые смертные перестали рождаться. Перестали умирать. Перестали взрослеть и стариться. То, что происходит — лишь маленькая капля по сравнению с тем потоком, что был раньше.

— Есть же тени…

— Да. Но их мало. И они слишком дорожат своими бесценными жизнями… Редко бьются реально насмерть. Это не дело.

— О, да. Хреново, когда пусто в Преисподней. Не так ли?

— Мне это совсем не нравится. Я хочу, чтобы было, как раньше.

— А я — не хочу. Меня всё устраивает!

— Точно — всё? Скажи, когда была последняя большая война?

— Да вот на днях буквально…

— Не смеши. По сравнению с баталиями прошлого — это одно издевательство. Жалкое подобие. Фарс.

— Ну…

— Я хочу большую войну, Эн. Настоящую. Такую, чтобы как раньше — планета на планету, звезда на звезду, флот на флот. Чтобы миллионы разумных грызли друг другу глотки, чтобы души убиенных шли сплошным потоком.

— Хм…

— Не говори, что тебе не нравится. Ещё как нравится! Ты этого хочешь, я вижу, как загорелись твои глаза. Я вижу, как твои губы готовы припасть к реке крови. Это то, ради чего ты живёшь. Твоя страсть. Зачем тебе сдерживать себя, Эн? Поддайся страсти!

— Да… Красавчик. Ты и правда знаешь, как возбудить девушку.

— Это выгодно нам обоим. Это хороший вариант. Это правильно.

— Подозреваю, больше всего это выгодно именно тебе…

— Разумеется. Но и тебе тоже. Надо встряхнуть этот мир. Он слишком… Закостенел. Застоялся. В древности больным пускали кровь, чтобы вылечить. Сейчас надо сделать так же, но для всего мира. Нельзя допустить, чтобы он избежал войны. Надо привести его к этому за руку и помочь всё сделать самым правильным образом.

— Ты прав, старый кусок тухлятины! — говорящего перебил ещё один, другой, посторонний голос.

Оба — и девушка, и скелет — резко обернулись к старику, застывшему напротив них.

— Что вы смотрите на меня так удивлённо? — старик облокотился на посох, который сжимал в руках, и усмехнулся. — Думаете, так сложно было вас выследить? Я, конечно, потерял много силы… Алтари разрушены, паства разбежалась, а жрец и вовсе остался только один… Но я всё ещё что-то могу. И, святое разрушение, полностью поддерживаю предыдущего оратора. В этом мире стало слишком много порядка! Надо внести в него чуточку хаоса. Это и в моих интересах тоже. Не меньше, чем в ваших.

— Никто не заключит с тобой союза, Разрушитель. Ты сумасшедший. Неуправляемый.

Никто давно тебе не поклоняется, потому что твои действия невозможно предсказать. Ты издеваешься даже над своими верными последователями!

Старик рассмеялся, и смех его звучал действительно безумно.

— Знаю. Но мне плевать! Вы всё равно никуда не денетесь от меня. Потому что я могу вам всё сломать, очень просто. И… Ты, — Бог Хаоса ткнул пальцем в грудь девушки. — Руки прочь от того, что принадлежало мне.

Амазонка в ответ рассмеялась.

— То, что упало на землю — уже ничьё! Попробуй запрети, старый сумасшедший…

— Разрушу. Сломаю.

— И всё опять вернётся в состояния равновесия… Нет, ты не сделаешь это. Слишком высоки ставки.

— Сделаю, легко. Я — сам Хаос. У меня своя логика.

Амазонка ненадолго задумалась, потом сказала:

— Ладно. Уговорил. Даю тебе отсрочку… Попробуй её вернуть. Но готова спорить, у тебя не получится.

Глава 3

Пауза немного затянулась.

Я баюкал на руках племянника. Огнедар даже начал улыбаться и смотрел на меня спокойно и без подозрения, как на своего. Возможность транслировать эмоции напрямую — отличное подспорье в общении с маленькими детьми.

Сестра стояла напротив, не зная, что говорить и что делать. Девушка старалась этого не показывать, но она была на грани. Последние события, что бы там у неё ни произошло, дались ей нелегко.

Все остальные обступили нас и тем более не представляли, куда себя девать. Кроме троих тамплиеров — нашей неразлучной парочки и телохранителя Снежаны, которые как-то незаметно разошлись в стороны и заняли удобные позиции. Не потому, что нам что-то угрожало, скорее просто по привычке.

Повернувшись к Луцию, я показал ему на племянника.

— Для тебя приоритеты меняются. С этого момента защита Огнедара… И его матери — первоочередная задача. Сам я, если что, как-нибудь отобьюсь.

— Но…

— Не обсуждается. Сестра!

— Темнозар?

— Тебе надо собрать какие-то вещи перед тем, как покинешь это место навсегда? Мы улетаем.

— А ты не хочешь меня спросить — хочу я этого, или нет?..

— Ты имеешь в виду — не хочу ли я спросить тебя, как высоко ты ценишь безопасность своего сына? По-моему, ответ очевиден.

— А с чего ты взял, что с тобой ему будет безопаснее? Ты хочешь вернуть нас на Ирий, да? Не там ли недавно наше поместье осаждали, а семью перебили? Окончательной смертью?

— Где угодно безопаснее, чем тут. На планете, где чужие боевики заходят в твою квартиру, как домой. И забирают… Самое дорогое.

— Но моя учёба…

— Десять докладных только за последний семестр. Пятнадцать долгов. Два академических отпуска. Не сосчитать, сколько прогулов и замечаний. Тебя не отчислили только потому, что казна рода регулярно перечисляла круглую сумму администрации и определённым людям. Так что не говори, что ты здесь ради учёбы. Нет. Бежала от опеки родителей? Хотела свободы?