Плюс один

Керис Оксана

— Что гораздо важнее, в Поттере нет никакого крестража.

— Как нет?

— А вот так. Три раза поисковые заклятия пускал. Никакой темной магии в мальчишке нет. Вообще. Все перепробовал. Даже залез в библиотеку Принцев в Гринготсе и поискал другие заклинания. Есть три заклинания на определение крестража и полсотни на определение различных остатков темной магии. Кстати, вот еще. Я уверен, что о наличии крестража в Гарри Поттере Дамблдор знал с самого начала. Они, на самом деле, легко определяются, если ты к ним так близко стоишь. Особенно чародеем уровня нашего великого волшебника. И сам он не единожды намекал, что их связывает больше,

чем пророчество. Знает, но не смог извлечь. Попробуй достань крестраж из живого мальчика.

— Может ядом василиска вытравился? — предположила я.

— Не мог. Нужно испортить хранилище крестража, а не просто ядом его полить.

— Не поняла тебя.

— А что тут понимать? Нужно ему было прямо в лоб зубом вдарить, чтобы крестраж уничтожился. Либо Поттер должен был действительно умереть. Это сложно, так просто и не объяснишь. Но у Принцев есть ну очень подробная книга именно о крестражах. Только не о их создании, как большинство темной литературы, а скорее их всестороннее изучение. Она, кстати, на русском написана. Уж не знаю где Принцы ее сперли.

— У Принцев в Гринготсе библиотека? — уточнила я.

— Ну да. Денег не осталось, а книги они копили веками, это их маленький бзик. В сейфе книги и то, что заработал Снейп.

— Весело. А Луна богатая наследница, оказывается.

— Да? И кого же?

— Мама была из Клиффордов.

— Ого. Ничего себе.

— Ого?

— Клиффорды были знаменитыми изобретателями. Преуспели в алхимии и чарах. А твой папа, как подсказывает память Снейпа, был сыном известного создателя рунных схем. Скорее всего, брак заключали с надеждой, что из тебя получится хороший артефактор.

— Откуда Снейп знает моего отца?

— Так Эйлин, может быть, и вышла замуж за магла, но воспитание сыну давала вполне аристократическое. Любой аристократ должен назубок знать лучших специалистов в том или ином деле.

— А Артефактор…

— Специалист широкого профиля. Его основные специализации — руны, нумерология, алхимия и чары. Но Руны и нумерология, вообще-то весьма схожи. Их и разделили-то из-за слишком большого объема, но до сих пор берут лишь в паре.

— В теории я могу стать артефактором?

— Думаю, да. По крайней мере, родовые особенности явно привязаны к телу. У меня такая скорость запоминания теперь, что я сам себя боюсь.

— Я вообще-то тоже быстро понимаю как рунная схема будет работать, но думала что это мое собственное образное мышление хорошо работает. Ладно, с этим разберусь. Что делать-то будем? Какие планы.

— Учиться.

— Серьезно?

— А что остается делать? Ты вот еще попробуй к Поттеру в доверие втереться, но ты с этим и так хорошо справляешься. Учи защиту. Когда придешь в следующий раз, я тебе книг подкину. Можете в этом своем клубе заклинания оттуда разбирать. Поттеру дай. Снейп его, конечно, ненавидел, но необоснованно. Я за эти уроки к нему присмотрелся — талантливый парень. А они его на амбразуру кидают.

— И все? Учиться?

— Веселись пока. Я в книгах пороюсь, зелья впрок наварю.

— О, можно с тобой?

— Свою новую соседку попроси, — усмехнулся он, — Или к Слагхорну напросись. Он любит помогать красивым талантливым девушкам. Скажи, что аптечку готовишь, у магов считается хорошим тоном иметь зелья собственного приготовления.

— Они лучше действуют?

— В медицине этому доказательства не нашли, но эффект плацебо бесценен. Если им кажется, что лучше работает, медики

позволяют. На самом деле, хорошо развивает. Учит сосредотачиваться, внимание развивает и интуицию.

— Так я же к тебе еще в субботу приду.

— Ну да. Книги дам, если что новое появится — скажу. Но если я буду уделять тебе слишком много внимания, Дамблдор заинтересуется, а мне это сейчас очень не нужно. У него из-за проклятия бессонница, он несколько рассеян, но осторожность не помешает.

Я встала, собрала со стола подписанные бланки и журнал отчетности — глупо думать, что за кружком по интересам совсем уж не следят.

— И… Луна… я понимаю, что твоя любовь к мини родилась в школе и не умерла вплоть до твоих двадцати четырех… но это мир магии, не порть нервы чистокровным.

— Вот еще. То, что они от мира маглов оторваны, это их проблемы. Я себе еще короткие топы купила. Жаль, что здесь так холодно.

Рус лишь покачал головой. Он не желает мириться с моей огромной любовью к мини юбкам и коротким шортам. Но наше препирательство по этому поводу уже вошло у меня в привычку.

На историю магии я опять бежала. В коридоре врезалась в Поттера.

— Привет! Опаздываю на историю.

— Привет! Опаздываю на трансфигурацию, — с хохотом прокричал мне вслед Поттер.

Вообще-то я надеялась, что он тайный ход прокричит, но раз нет, то бежим по главной лестнице наверх, кабинет Бинса был рядом. Может тут и нечего сокращать?

На моем привычном месте, кроме беглянки со Слизерина, обнаружилась и Саманта. Я пролезла на свое место чуть ли не ползком, но вроде успела. Залезая между девушками, я спешно выкладывала на стол пергамент и самопишущее перо. Если его правильно заколдовать, то оно будет конспектировать все, что говорит Бинс. Правда, вместе с уроком будет записывать его «Кхм-кхм» и «Да, вы можете выйти». Но это мелочи. Уж если я как-то универ закончила, прогуляв восемьдесят процентов пар, то и историю магии за день до экзамена выучу.

— Ну что, сильно зверствовал? — тихонечко спросила Саманта.

— Прочитал лекцию о том, что мы все идиоты, и он рад, что мы хоть чему-то решили научиться.

— А можно мне к вам? — раздался тихий голосок Кэтрин, второй забитой девчонки на пятом курсе.

— Думаю, одного слизеринца бравые гриффиндорцы перенесут, — за меня ответила Саманта.

Я бы тоже включила эту девчонку. Просто у нее такой несчастный вид и я часто видела, как она плачет в коридоре. Уж не знаю за что ее так слизеринцы не любят, но никогда не понимала, как могут в школе кого-то забивать и унижать. У меня в прошлой жизни была нормальная средняя школа. Мы пили водку в туалете, прогуливали уроки, курили и пробирались на взрослые дискотеки. Но избиение и унижение — такого не видела. Чуть позже, когда в университете записалась добровольцем для присмотра за детьми на международной олимпиаде по физике, поняла что не везде так радужно. Пост-советское пространство привозило на соревнование крутых ботаников. Они так же бухали, слушали рок, встречались с девчонками и были нормальными парнями с мозгами. Такие же довольные и веселые парни приезжали из стран Азии, ближнего и дальнего Востока. Но ученики из Англии, Франции, США… это были реально забитые дети, которые совершенно не умели общаться с ровесниками, не общались даже с членами своей команды и производили жалкое впечатление забитых парней. Быть может, крутые и умные парни из этих стран просто не хотели участвовать в олимпиадах?