Плоть орхидеи
Шрифт:
На миг он залюбовался, горло перехватило – красота и беспомощность девушки наполняли его состраданием и изумлением. Он больше не стеснялся, потому что смотрел на нее скорее как на произведение искусства, чем как на живую женщину.
Он не слышал, как вошел Рой, и не знал, что тот тоже внимательно разглядывает лежащую на кровати полуобнаженную красавицу.
Стив приподнял ее, чтобы надеть на нее пижамную куртку.
– Не торопись, – сказал Рой. – Хочу еще посмотреть. Нет, ну надо же – даже лучше, чем я думал!
Стив опустил девушку и обернулся.
– Пошел вон! – с яростью воскликнул
– Тише, не горячись, – ухмыльнулся Рой, не сводя глаз с девушки. – Тебе что, достанется все удовольствие? Дай-ка помогу, это по моей части.
Стив двинулся на брата, сверкая глазами:
– Вон отсюда, и не смей к ней соваться!
Рой поколебался, потом пожал плечами.
– Ладно-ладно, – сказал он, смеясь. – Пока не поправилась – она твоя, а потом придет и мой черед. Я умею обращаться с женщинами. Мне-то она глаза не выцарапает. Я знаю, как укрощать диких кошек вроде нее. Вот увидишь, и тебе меня будет не остановить, олух ты здоровенный. Я с ней еще как позабавлюсь.
Все еще улыбаясь, он медленно прошел по коридору на веранду.
Глава вторая
Прошла неделя.
Стиву она далась нелегко: пришлось и заниматься фермой, и готовить еду, и выхаживать Кэрол. Рой даже не пытался ему помочь и по большей части сидел на высокой скале над дорогой и упорно разглядывал пустую долину.
Стив догадывался, что брат боится кого-то или чего-то, и счел, что страх и нервозность отчасти объясняют его ужасное настроение. Этот вывод, судя по всему, был верным: когда без каких-либо происшествий прошло три дня, Рой стал менее нервным и враждебным и наконец прекратил следить за дорогой. К концу недели он вел себя почти дружелюбно – ну, насколько это было возможно для такого циничного эгоиста, как он. Но Рой по-прежнему запрещал Стиву покидать Голубую гору, пока он там, и Стиву пришлось с этим смириться.
Комнату хозяина дома теперь занимала Кэрол, оба брата переместились во вторую спальню, и у Стива появились новые доказательства того, что Рою не по себе. Тот почти не спал и ночь напролет ворочался, а когда все же отключался, то просыпался от малейшего шороха.
Кэрол же быстро поправлялась. Первые два дня своего пребывания в доме она чувствовала себя очень скверно, и Стив не отходил от нее. Но потом лихорадка прошла, рана начала затягиваться, и силы ее быстро восстанавливались.
Впрочем, память к ней так и не вернулась. Она не помнила, что с ней случилось, не помнила ни Гленвью, ни то, кто она такая. Она по-детски безоглядно доверяла Стиву, и со временем условности, принятые в общении мужчин и женщин, отошли в сторону из-за ее беспомощности, сменившись странными, близкими отношениями, которые озадачивали Стива и пробуждали в Кэрол глубокую привязанность к нему, которая постепенно переросла в любовь.
Стив всегда был застенчив с женщинами. Пока Кэрол болела, он относился к ней как к сестре (притом что родных сестер у него не было) и разрешал ее проблемы, не испытывая никаких эмоций, разве что порой – неловкость. Но когда она начала выздоравливать и так явно давала понять, что влюблена в него, он не знал, что и делать.
Когда Кэрол встала с постели, она принялась беспомощно следовать за Стивом повсюду и не знала покоя, если он был не
Не зная, что творится у нее в голове, Стив предположил, что травма не только стерла ее память, но и каким-то непостижимым образом лишила ее взрослой сдержанности, наделила сознанием ребенка. Он убеждал себя, что ни в коем случае нельзя отвечать на ее любовь и тем более воспользоваться этим, и всячески сдерживал свои чувства, считая, что любовь эта – всего лишь странная причуда ее сознания, которая исчезнет, как только к девушке вернется память.
С другой стороны, Рой быстро сообразил, что Кэрол может стать легкой добычей, и мысль эта не выходила у него из головы. Сама Кэрол не обращала на него внимания, поскольку была постоянно сосредоточена на Стиве, но Рой был уверен, что при возможности заставит ее уступить.
Однажды утром, прогуливаясь у озера, он увидел, как она спускается по тропе меж сосен. Стив был занят в доме, его не было видно, и, пользуясь случаем, Рой преградил ей дорогу.
– Привет, – сказал он, окидывая ее взглядом. Она словно сияла в бледных лучах солнца, и красота ее заставила кровь в его жилах течь быстрее. – Где ты была?
– Кормила лис. – Ее голос звучал абсолютно буднично. – Я ищу Стива. Отойди, ты мешаешь мне пройти.
– Но я хочу с тобой поговорить, – сказал Рой, придвигаясь ближе. – Пора нам узнать друг друга получше.
– Я ищу Стива, – повторила она, пытаясь обойти его, но он ей помешал.
– Да ну его. Ну же, будь хорошей девочкой. Ты мне нравишься. Я многое могу сделать для тебя.
Он схватил ее и притянул ближе. Она не сопротивлялась и не выказывала интереса, взгляд ее все еще был устремлен в сторону дома. Он обнял ее, прижал к себе, чувствуя лицом ее мягкие волосы. Это было все равно что обнимать манекен, но Рой не обращал внимания на ее апатию. Он уже три недели обходился без женщины, и это было долго для него, поэтому ему не было дела до чувств Кэрол, коль скоро она в его руках и не сопротивляется.
– Пожалуйста, отпусти, – серьезно сказала Кэрол. – Я хочу найти Стива.
– Он никуда не убежит, – глухо сказал Рой, повернул ее к себе и заглянул в ее ничего не выражающие глаза, прижался к ее губам своими. Губы у нее были твердые и плотно сжатые, руки безжизненно свисали. Она не сопротивлялась и не подчинялась.
Кровь билась у него в висках, руки блуждали по ее телу, и он запрокинул ее назад, держа в объятиях.
Потом его внезапно развернули, и, с ругательством выпустив Кэрол, он увидел искаженное яростью лицо Стива. Прежде чем он успел схватиться за пистолет, Стив ударил его кулаком в челюсть, и оглушенный Рой тяжело рухнул на сосновую хвою.
– Еще раз попробуешь – шею сломаю, – ровным тоном сказал Стив, обхватил Кэрол за талию и отвел в сторону. – Давай, пойдем домой.
– Почему ты его ударил? – спросила Кэрол, послушно шагая рядом с ним. – Я была не против.
– Я не хотел, чтобы он напугал тебя.
Стив бросил на нее быстрый озадаченный взгляд.
– Я и не испугалась. Но он мне не нравится. Если не хочешь, чтобы он со мной такое делал, я не позволю. Я не знала, что тебе это важно.
– Нет, – сказал Стив, ошарашенный ее словами, – я не хочу, чтобы он снова делал с тобой такое.