Плоть и кости

Мэйберри Джонатан

— Что ж, у нас есть одно преимущество, — сказал Бенни, когда они выбрались из оврага. — Оно спасет нас от жнецов.

— С чего ты это взял? — поинтересовалась Никс.

— Ну, разве ты не мать Танксалота, который олицетворяет смерть?

— Танатоса, — поправила она его.

— Именно. Слава его тьме.

— Ух. Не повторяй этот ужас. Кроме того, имя матери Танатоса пишется немного по-другому. [5]

— Ладно, думаю, это имеет огромное значение, — кисло

откликнулся Бенни. — Если они нападут, ты сможешь ослепить их знаниями орфографии и грамматики.

5

Имя матери Танатоса, Nyx, произносится так же, как имя героини Nix.

Никс собралась было ответить, но Бенни вдруг ухватил ее за руку и потянул за дерево. Девушка хотела спросить, в чем дело, но в следующий момент все поняла. Издалека доносился шум моторов, приближавшихся к ним.

Бенни вытащил меч, но держал клинок в тени дерева. Никс достала пистолет, наставив дуло на первого мужчину в группе из трех на квадроциклах, с урчанием подпрыгивавших на усеянной кочками лесной тропе. За рулем было двое мужчин и одна женщина. Скорее всего, жнецы.

Бенни с горечью вспомнил, что у Никс осталось только два патрона.

Она взвела курок, но Бенни прошептал:

— Не надо. Только если они нас заметят.

Прошло несколько томительных секунд, пока квадроциклы продвигались вперед по тропе, рев моторов разрывал тишину. А затем в тридцати метрах от того места, где притаились Бенни и Никс, колонна квадроциклов повернула и двинулась на восток. Рев моторов вскоре затих вдали, жнецы скрылись из виду, а гнетущая тишина вновь наполнила лес.

Никс облегченно выдохнула, прижавшись лбом к руке, все еще сжимавшей пистолет. А затем поставила курок на предохранитель. Бенни вдруг наклонился и поцеловал ее в плечо.

— Они ушли, — сказал он, убирая катану обратно в ножны.

Не поднимая головы, Никс ответила:

— Знаешь, Бенни, было время, возможно, еще вчера, когда звук мотора вызывал радость, сравнимую с предвкушением Рождества. Этот звук доказывал, что мир еще жив и нам есть что искать.

— Да. — Бенни вздохнул. — И помню, что еще совсем недавно мы были счастливы. И даже смеялись.

Никс подняла голову и некоторое время смотрела на него, ее губы приоткрылись, словно она собиралась что-то сказать в ответ. В ее глазах светилась столь глубокая грусть, что Бенни отвел взгляд, чтобы скрыть слезы, внезапно навернувшиеся на глаза.

Они встали и направились в сторону ручья. Некоторое время они молчали. Обнаружив ручей, они двинулись по глинистому берегу к небольшой поляне, где обнаружили окровавленные и разрушенные палатки. Они стояли плечом к плечу у края ручья, не решаясь двинуться дальше.

— Боже… — в ужасе прошептала Никс.

Что-то привлекло внимание Бенни, и он вскарабкался по скользкому склону к лагерю.

Наклонился и поднял дохлого кролика. Зверек был в крови. Он протянул его Никс, но та покачала головой.

— Скорее всего, на них напали, — сказал он. — Поэтому Ева убежала. В суматохе она потеряла родителей. Судя по тому, сколько здесь вещей, в этом лагере было много народу. А мы видели только ее родителей и ту девчонку, Бунтарку.

— Бенни, смотри! — воскликнула Никс, указывая на русло ручья. На противоположном берегу лежало два тела, наполовину погруженных в воду. Они осторожно приблизились и увидели, что эти двое мертвы. И это были не жнецы. Обычные люди, мгновенно погибшие от мощных ударов по голове. Судя по всему, у них был сломан позвоночник, что и не дало им восстать из мертвых. Непреднамеренное милосердие, скрывавшееся в гнусном убийстве.

Двинувшись дальше, они обнаружили неподалеку третье тело и опустились на корточки, чтобы осмотреть его. Это оказалась женщина средних лет, которую убили ударом кинжала в грудь. Склонив голову набок, Никс выругалась.

— Ее не упокоили, — заметила она. — Голова цела, позвоночник тоже.

Бенни тоже внимательно осмотрел труп и кивнул:

— Это происходит и здесь. Не все мертвые восстают.

— Хотелось бы мне знать, что это хорошо, — откликнулась Никс.

— Для Тома — да.

Она опустила глаза, а затем кивнула:

— Прости.

Бенни покачал головой. Они молча поднялись и двинулись дальше вдоль ручья. На пути им попадались другие тела. Множество трупов.

Они оказались на месте ужасного столкновения. То здесь, то там им попадались тела мертвых жнецов, каждого из которых упокоили при помощи кинжалов, повредив спинной мозг. Но все же большинство трупов принадлежало обычным людям. Бенни перестал считать, когда число жертв достигло пятидесяти. Мужчины, женщины, дети.

И никто не выжил.

Ни один человек.

Никс оскалила зубы в жестокой усмешке.

— Что же это за нелюди?

Бенни присел на камень и уставился на свои кеды. Внезапно его осенило.

— Мне кажется, это что-то вроде культа смерти, — заявил он.

Никс резко обернулась к нему:

— Что?

— Ну, ты только подумай, — ответил он. — Что еще это может быть? Ты сказала, что Танатос — это греческий бог смерти, а святой Придурок все время болтал что-то про «дар тьмы». По-моему, все очевидно.

Никс фыркнула:

— Я сказала, что Танатос был одним из греческих богов смерти. Кстати, довольно милосердным, поскольку избавлял от страданий. А эти жнецы не очень-то пытаются облегчить мучения. Кроме того, по-моему, нет ничего глупее, чем устраивать культ смерти после апокалипсиса.

— Возможно, — с сомнением ответил Бенни.

— И что это может означать?

Бенни удивленно уставился на нее:

— Ты серьезно? Ты действительно не понимаешь смысл их действий?

— Смысл их действий?