Плохой парень
Шрифт:
— Однако оба эти дела связаны между собой, сэр.
— Разумеется, связаны, — согласился Маклафлин. — Где сейчас находится пистолет? — спросил он у Жервез.
— Его повезли в Бирмингем, сэр, в отдел судебной экспертизы.
Маклафлин удовлетворенно кивнул.
— Я настаиваю на том, чтобы присутствовать на всех допросах, связанных с этим делом, — потребовал Чамберс.
— Вот видите, Редж, — едва заметно усмехнулся Маклафлин, — вы уже называете его «этим делом». По-моему, так вы вносите некоторую путаницу. У нас есть инцидент, связанный с применением тазера в ходе служебной операции. Это одно. Но в первую очередь мы ведем расследование в
— Как бы то ни было, — заметила Жервез, — очень скоро журналисты вцепятся в нас мертвой хваткой. Уж они своего не упустят, и в ход пойдет все разом: и тазер, и этот самый пистолет. Нас разберут по косточкам, и мы должны быть к этому готовы. Вопросы возникнут у всех, начиная от отдела внутренних расследований и заканчивая правительственными пресс…
— Да-да, — оборвал ее Маклафлин, потирая наморщенный лоб. — Я отлично это понимаю, поверьте, Катрин. Не надо мне об этом напоминать, благодарю вас. Я также отлично понимаю, что мое мнение очень мало значит для суперинтенданта Чамберса. Однако пока что я здесь командую, и у меня нет никаких возражений против того, чтобы вы допросили Эрин Дойл. Но в ходе допроса строго придерживайтесь одной темы — как у нее в комнате оказалось незарегистрированное оружие. Чем скорее мы это выясним, тем лучше.
— Как насчет моего присутствия на допросе? — Чамберс упорно пытался отстоять свои позиции.
Прежде чем Маклафлин успел ему ответить, в дверь тихонько постучали. Энни знала, что Маклафлин категорически запретил беспокоить их во время совещания, и не удивилась, когда он грозно рявкнул:
— В чем дело?
Дверь открылась, и Гарри Поттер опасливо просунул голову в зал. Физиономия у него была мрачная.
— Прошу прощения, что прерываю вас, мэм, — сказал он, обращаясь к Жервез, — но в больнице сочли, что вас нужно известить. Мистер Дойл умер десять минут назад. Я сожалею, мэм.
В тот вечер Трейси Бэнкс приехала домой с работы в половине шестого, уставшая, разгоряченная и злая. Вся Отли-роуд, начиная от Ориджинал-Оук, превратилась в сплошную пробку, и автобусу понадобился целый час, чтобы доползти до ее остановки. У них в книжном магазине тоже выдался напряженный денек. На вечер была намечена встреча знаменитого автора детективов с читателями, и Трейси беспрерывно созванивалась с разными издателями, которые уже давным-давно обещали прислать им его книги, но почему-то этого не сделали. Ну, теперь это не ее головная боль. Пошли они к чертям, подумала Трейси. Пускай Шона, менеджер вечерней смены, сама все улаживает. В конце концов, это она сегодня пойдет с писателем и его свитой на шикарный обед в дорогущий ресторан. А Трейси мечтала только об одном — выкурить косячок и провести остаток дня в тишине. Надо надеяться, что Эрин еще у родителей. С тех пор как она уехала к ним в прошлые выходные, в доме стало куда спокойнее. Меньше всего на свете Трейси хотела бы сейчас выяснять отношения.
Разросшийся сад придает дому куда более внушительный вид, привычно отметила Трейси, подходя
Нет, они очень неплохо ладили друг с другом, хотя и нарочно трудно было бы собрать вместе трех менее похожих людей, чем Эрин, Трейси и Роуз. Эрин — жуткая неряха, никогда за собой не прибирает. Роуз — тихий книжный червь, свои вещи она держит в относительном порядке, но на общий бардак ей плевать, она попросту его не замечает, живет отрешенно в собственном мирке. Как описать себя, Трейси толком не знала, но в последние дни она беспрерывно злилась — без всякого отчетливого повода — и была не слишком-то довольна тем, как складывается жизнь. То есть, по правде говоря, она была оченьэтим недовольна. Все должно быть как-то иначе, черт его знает — как, но точно иначе. Все — начиная с имени: ее, например, теперь даже зовут не Трейси, а Франческа.
Но, несмотря ни на что, жили они дружно, больших скандалов не возникало, хотя Трейси в один прекрасный день осознала: как ни крути, а все равно заканчивается тем, что именно она за всеми убирает. Не потому, что ей так нравится, а просто вечный беспорядок бесит только ее. Они сто раз это обсуждали, соседки обещали, что будут за собой следить, и ничего не менялось. Роуз, правда, старалась по мере сил.
Роуз поселилась здесь недавно, вместо Ясмин, которая два месяца назад вышла замуж. Что до Эрин, то ее Трейси знала еще с Иствейла, когда они были совсем маленькие и Дойлы жили через дорогу. Они были одногодки, вместе ходили в школу и в университет, и обе в итоге осели в Лидсе, где ни та, ни другая не получили работу, о которой мечтали бы и они сами, и их родители.
Когда Трейси вошла в гостиную, Роуз вскочила и быстренько затушила сигарету. У них жесткое правило — в доме не курить, и обычно Роуз выходила на задний дворик, а потому Трейси сразу поняла: что-то не так. О боги, только не надо нам никаких душевных страданий и нервных срывов.
— Что случилось? — спросила она.
Роуз принялась ходить взад-вперед, судорожно сжимая кулачки, чего прежде за ней не наблюдалось.
— К нам сегодня полиция приходила, вот что случилось.
— Полиция? И чего они хотели?
Роуз остановилась, поглядела на Трейси и двинулась дальше:
— Всего лишь «обыскать помещение», не более того.
— Обыскать? А они не…
— Нет. Расслабься. Их по большей части интересовала комната Эрин, и вообще они, похоже, очень торопились.
— Почему? Что они искали-то?
— Мне они не докладывали.
Трейси взъерошила волосы и решительно устремилась на кухню, бормоча:
— Господи, мне нужен косяк!
— Ничего нету, — сообщила Роуз ей в спину.
— Ты о чем? Как это «нету»?
— Ну, я… Я спустила все в унитаз.
— В унитаз! Роуз, да там было граммов пятнадцать отличной травы! О чем ты думала?
— О том, что они могут прийти еще раз, понимаешь? И как следует проверить все банки на кухне. Тебе хорошо — тебя тут не было. Ты не знаешь, каково это, когда по всему дому рыщут полицейские и задают всякие вопросы. И смотрят на тебя так, точно ни единому твоему слову не верят.