Плохие постельные истории
Шрифт:
2-й Элвис: И что?
1-й Элвис: И то, – ничего не будет! (Надевает штаны, нервничает).
2-й Элвис: Да?
1-й Элвис: Да!Только если ты…
2-й Элвис: Что?
1-й Элвис: Только если… (Снова спускает штаны).
2-й Элвис: Что?
1-й Элвис: Может, я тогда… давай я тебя…
2-й Элвис: Нет… я не могу… у меня, я наелся, наелся в ресторане, я так и расчитывал, ты не подумай, что это я из-за
1-й Элвис: Мне будет неприятно…
2-й Элвис: Да… (Резко привстаёт, начинает надевать штаны).
1-й Элвис: Надо же…
2-й Элвис (останавливается): Что?
1-й Элвис: Я раньше думал, думал, что у меня действительно ничего нет… а так, получается, раз я в чём-то уверен… значит у меня есть вера… раз я уверен…
2-й Элвис: Уверен?
1-й Элвис: Да.
2-й Элвис: Точно?
1-й Элвис: Да.
Второй Элвис продолжает одеваться.
1-й Элвис: Ты знаешь, я работаю в женском журнале, сейчас я работаю в женском журнале, я придумываю для них тесты, тесты, по которым можно определить, как правильно питаться, чем заниматься, как изменить жизнь к лучшему…
2-й Элвис: И что?
1-й Элвис: Я ничего в этом не понимаю… ничего, ровным счётом ничего, а мне говорят, делай побольше ссылок на всякие восточные учения, это модно, этому поверят… кто-то раскрутил, понимаешь, кто-то раскрутил в сознании людей, что быть счастливым – это хорошо, что есть свинину нельзя,.. вот я отлично понимаю, что всё это сделал кто-то… обычный, такой же, как я, ты… я это понимаю, понимаю и всё равно не могу… ничего не могу поделать… я должен соблюдать определённую модель поведения, которую придумали, утвердили, раскрутили…
2-й Элвис: Всё дело в продюсере…
1-й Элвис: Да?
2-й Элвис: Тогда видишь, тогда рынок был не так заполнен, конкуренция слабая, –мощный продюсер и всё, – веками миллионы людей не едят свинину и молятся головой к закату…
1-й Элвис: К восходу…
2-й Элвис: Да? (Резко смеётся). Видишь, как – уже всё стирается, привычка, всё на «автомате» когда, может произойти сбой… вот в этот момент, какой-нибудь другой мощный продюсер, если подключится, то всё, – объедимся мы с тобой свинины, и молиться будем на одном языке, – главное поймать этот момент, когда вдруг на какое-то мгновение все всё забудут…
1-й Элвис: А может…
2-й Элвис: Что?
1-й Элвис: Прямо сейчас взять и забыть… всё…
2-й Элвис: И выключить свет…
1-й Элвис: И выключить свет…
2-й Элвис: Всё равно, – Он всё увидит…
1-й Элвис: Он всё увидит…
Большая фиолетовая комната, огромная кровать-аэродром в стиле «Хай-тек».На кровати сидит женщина средних лет с большими горящими от
Женщина: Не надо…
Солдат смотрит на женщину хитрым взглядом, дико ухмыляется.
Женщина: Останься в ботинках… прыгай, прыгай ко мне!
Солдат прыгает к женщине, стягивает с себя форму.
Солдат: Они грязные, пропахнем…
Женщина: Хорошо… Хорошо…
Солдат не может расстегнуть брюки, нервничает.
Солдат: О, господи, что ж такое!
Женщина: Не надо!
Солдат:Что?
Женщина: Не говори так… а то мне придётся пить «Маалокс»!
Солдат: Чё?
Женщина: Вся эта религиозная тема, – у меня от неё хронический гастрит, из-за одного ангела у меня хронический гастрит, он привил мне отвращение ко всему, что связано с религией!
Солдат: Ангел?..
Женщина: Ангел… из-за него я не могу молиться, из-за него небо никогда не услышит мои просьбы, из-за него меня просто не существует для неба, и когда я возношу к нему глаза, или кто-то начинает говорить про Господа, мне приходится пить «Маалокс»!
Солдат: Так я же не в таком смысле, я просто, что штаны не расстёгиваются… это не связано с религией, это моё, «о Господи»…
Женщина: Не важно, живот уже заболел…
Солдат (растеряно): Да? А у меня грибок, на ноге, только грибок…
Женщина: Ну и славно… грибок (лижет ботинки солдата) … если бы грибок развивался сильнее, все люди давно б превратились в труху, – его не остановить, он неизлечим, но пока… пока слишком слаб, чтобы пойти по всему телу… (Женщина гладит шрам на животе солдата) . Шрам?.. От чего?
Солдат: Да… отец напивался абсента и метал ножи, как Хемингуэй, только тот метал их в бильярдный стол, а отец в меня!
Женщина: Он писатель?
Солдат: Кто?
Женщина: Твой отец.
Солдат: Писатель… какой он писатель! Он пидарас, мой отец пидарас!
Женщина: То есть писатель…
Солдат (отвернувшись в сторону, как-будто что-то вспомнив): Пидарас…
Женщина: Ты его ненавидишь?
Солдат: Я его ненавижу! Он метал в меня ножи! Он всё всегда делал по-своему, писатель… Он отрастил бороду, стал рыбачить, пить абсент и метать ножи, он всё делал, как этот Хемингуэй, которого он обожал!
Женщина: Но ведь Хэмингуэй не был педерастом!
Солдат: Значит его обманули! Он верил каждой сплетне, каждой статье в бульварной газете! Ха! Вот это да! Хэмингуэй не был педерастом!