Плохая привычка

Наверное, единственная суперспособность, которой я могу позавидовать, — это способность моего мужа мгновенно засыпать. Едва его голова касается подушки, он засыпает. В последнее время я часто шучу о том, что он напоминает мне мои старые куклы, которые закрывают глаза, стоит им принять горизонтальное положение.

Но Серёжу не веселят мои шутки. Сложно сказать, почему. Последнее время он слишком погружен в работу, в свой бизнес. А мне остаётся лишь понимать и быть мудрой, как учила

мама. Но каждый раз, ощущая его холод за ужином и абсолютное равнодушие, когда я что-то рассказываю, мне хочется тайно заглянуть в его телефон и найти там что-то, что объяснит его отстраненность, которая из месяца в месяц всё очевиднее и болезненнее для меня.

Конечно, я думаю о том, что у него появилась другая. Любая на моем месте подумала бы точно так же и испытывала бы те же подозрения и желание найти в его телефоне подтверждение своим догадкам.

Но я мысленно бью себя по рукам и запрещаю себе опускаться до того, чтобы шерстить сообщения и телефонную книгу мужа. Я хочу ему доверять, хочу верить. За одиннадцать лет, что мы женаты, он ни разу не дал мне повода для ревности. Едва ли где-то можно найти более надежного мужчину, чем мой муж.

Да, он красив. Да, он следит за собой и не даёт себе слабины, регулярно занимаясь спортом.

Он всегда был таким. Сколько его помню, ежедневную пробежку он пропускал только по причине, если был болен. Пробежка по городу для него — способ подумать, отвлечься и просто перезагрузиться.

Я тоже пробовала бегать с ним, но не выдерживала темпов. В итоге, до дома Серёжа бежал со мной, висящей на его спине, как обезьянка. Не скажу, что мне это не нравилось, но и издеваться над мужем подобным образом на регулярной основе мне не хотелось.

Придвинувшись ближе в Серёже, спящему на животе лицом от меня, я привычно закинула ногу, согнутую в колене, на его поясницу и прижалась к теплому боку. Задумчиво запустила пальцы во взлохмаченные волосы на его макушке и начала пропускать между пальцами. Взгляд, то и дело, возвращался к тумбочке, где лежал телефон.

Я знаю пароль. Серёжа его никогда не скрывал, не прятал. Иногда ему звонят или пишут при мне. Если у Серёжи заняты руки или он сам чем-то занят, он просит меня ответить за него или прочитать вслух смс. И раньше меня никогда не тянуло заглянуть в его телефон без него, чтобы что-то там найти.

Но последние месяцы Серёжиной холодности, которую он маскирует натянутыми улыбками, вымывают привычную, казалось бы, надёжную почву из-под ног. Я начала прислушиваться к его телефонным разговорам, хотя раньше точно знала, что в них ничего интересного для меня нет. А теперь даже в названиях статей, которые озвучивает Сережа при разговоре, я ищу тайный шифр.

Наверное, я просто тронулась головой от стабильности, которая существует в моей жизни долгие одиннадцать лет.

Мужу нужно верить и доверять, иначе зачем с ним быть? В чем тогда счастье?

Выкинув из головы мысли о его телефоне, я чмокнула Серёжу в плечо и отвернулась от него, заняв привычную позу для сна.

Привычная утренняя суета.

Стёпка

в своей комнате заканчивает сборы на тренировку, а Серёжа за моей спиной уже собран и явно психует, поглядывая на наручные часы.

— Ты куда-то опаздываешь? — спросила я мужа.

Серёжа несколько растерялся, будто я вырвала его из мыслей и коротко посмотрел мне в глаза.

— Не опаздываю, — качнул он головой и даже попытался улыбнуться. Но как-то натянуто и сухо.

Я понимала, что последние месяцы у него на работе что-то не ладилось. По крайней мере, он сам мне об этом часто говорил. Это же читалось ежедневно на его лице и отражалось на нашей интимной жизни — она почти пропала.

Всё чаще вечером Серёжа возвращался домой крайне уставшим, принимал душ, ужинал, играл или просто болтал о чем-то с нашим сыном в его комнате, и ложился спать без сил.

Секс у нас, конечно, случался. Но для Серёжи он иногда заканчивался не так, как должен был. Мой муж словно настолько был погружен в мысли о работе (или ещё о чем-то), что не мог выкинуть их с головы даже в моменты нашей близости. Это читалось в его отрешенном взгляде и собранных морщинках на лбу. Будто он мысленно пытался собрать кубик Рубика, а не занимался любовью. Телом со мной, но мыслями где-то очень далеко.

Ещё раз глянув на мужа, который смотрел куда-то в пол, я распылила вокруг себя облако новых духов. Они мне очень нравились, а вот Серёже, судя по тому, как он снова нахмурился и почесал нос, они пришлись не по вкусу. Уже который раз я замечаю это, но не понимаю, почему. Раньше ему нравился любой мой парфюм, но сейчас он явно ищет место, где моими духами пахнет меньше всего.

Да, в этот раз я выбрала более пудровый аромат, чем обычно. Раньше я любила сладкие духи, но с возрастом, когда тебе уже тридцать два, ты понимаешь, что не хочешь и не можешь пахнуть так же приторно и ярко, как в шестнадцать, двадцать или даже в двадцать пять. Отсюда мой выбор и пал на более благородный и глубокий аромат. Который, похожу, по вкусу пришёлся всем, кроме моего мужа.

— Тебе не нравится запах моего нового парфюма? — спросила я его, не выдержав.

— Хорошие, — ответил он обтекаемо и прочистил горло, снова натянуто мне улыбнувшись.

Ладно. Это всё тяжелые будни, связанные с его работой. Кризис уйдёт, и со временем он «распробует» этот аромат.

Наконец, когда мы все собрались, Серёжа открыл нам дверь, выпустил из квартиры и мы, спустившись вниз, спокойно устроились в его машине.

Ещё пара дней, и моя машинка освободится из автосервиса, и я смогу сама ездить на работу без опозданий.

У Серёжи свой бизнес, и он может себе позволить иногда опоздать, поэтому на тренировки Стёпку чаще всего возит он. А вот я работаю на «дядю». И «дядя» этот достаточно суровый и не терпящий нарушений дисциплины. И, судя по тому, что его машина уже стоит рядом с моим пустующим парковочным местом, мне сейчас точно влетит за то, что я до сих пор не в своем кабинете.

Чмокнув Серёжу в гладковыбритую щеку, я, цокая шпильками по асфальту парковки, спешу в свой офис и мысленно готовлюсь к тому, что мне сейчас с самого утра придётся обороняться от гнева начальственного.