Плохая девочка. 2 в 1

Сокол Елена

В ужасе отшатнувшись, Мариана бросается прочь. А я, наконец, ослабляю хватку. Вика падает на землю, кашляя и матерясь.

– Ты в своем уме?! – Восклицает она, пытаясь подняться на ноги.

Я не удостаиваю ее ответом. Поправляю брюки, торопливо застегиваю ширинку и спешу в дом, оставив Вику одну.

– Эй, ты куда?! – Орет она.

– Потом. – Бросаю через плечо, имея в виду разговор, а не продолжение близости.

Я преодолеваю расстояние до дома в несколько секунд, вхожу и начинаю расталкивать гостей, пытаясь отыскать девчонку.

Но ее нигде не видно. Сердце бьется так сильно, будто вот-вот остановится. Я и сам не знаю, зачем ее ищу, и что хочу сказать, но знаю одно – мне это нужно. И нужно сильнее, чем дышать, видеть или слышать.

В этот момент мне кажется, что если я ее не найду, то умру.

Мариана

– Я хочу попасть на спецкурс к Двинских, – признаюсь Максу. – Я наводила о нем справки, когда еще училась в школе.

Мы стоим в душном коридоре у выхода на веранду. На самом деле, здесь довольно просторно, но помещение каким-то невообразимым образом заполнилось одеждой, сумками, табачным дымом и парочками, которые забегают сюда каждые две минуты, чтобы проверить, нет ли укромного уголка, чтобы уединиться.

– Он – сильный преподаватель. – Кивает парень. – Слышал, нужно пройти отбор, чтобы попасть к нему на интенсив.

– Я готовилась. – Сообщаю гордо.

– Летом штудировала историю мировой литературы?

– Все восемь томов.

– Ужасно! – Восклицает он, как бы невзначай касаясь пальцами моего локтя. – В смысле, ужасно волнующе. Впервые встречаю девушку, которая с таким возбуждением говорит о литературе.

– Мне это нравится. – Улыбаюсь.

– Что именно? Читать книги? Анализировать?

– Нравится наблюдать, как культура объединяет народы и стирает границы между странами. Книги – универсальный международный язык: мы читаем истории и понимаем друг друга. Даже нонфикшн разных стран говорит нам о том, что мы все еще просто люди – с обычными, людскими проблемами. Я хотела бы работать в книгоиздании и быть полезной: продвигать отечественных авторов, знакомить мир с их историями, открывать новые имена.

– Редактура или все же маркетинг? – Понимающе улыбается Макс.

– Отрасль развивается, и ей нужны универсальные специалисты.

– Так у тебя есть идеи, которые ты собираешься внедрить? – Он многозначительно двигает бровями.

Теперь улыбаюсь я.

– Немного зарубежного опыта и немного моих собственных идей с поправкой на национальные особенности.

– Стало быть, ты уже наметила компанию для будущей стажировки?

– Для этого мне и нужен курс Двинских. Говорят, он лично рекомендует лучших учеников в этот крупный холдинг.

У меня ноет в груди. Я впервые сказала кому-то вслух о своей мечте.

– У тебя масштабные планы, а я, если честно, еще не думал, чем точно займусь. Надеюсь определиться за ближайшие два года. Мои родители и так до сих пор пребывают в шоке от моего решения не изучать логистику. Если бы не сестра, которая пошла по их стопам, они оторвались

бы на мне по полной.

– Значит, ты их разочаровал?

– Иногда мне кажется, разочаровывать их – мое призвание. – Смеется парень. – Знаешь, когда у твоей семьи есть бизнес, который они выстраивали годами, родителям хочется, чтобы дети продолжили дело. И хорошо, если бы стали развивать его, а не угробили. Я прекрасно понимаю мать и отца, но меня всегда больше интересовали искусство и спорт.

– Ты занимаешься спортом?

Мои щеки краснеют: и как я раньше не догадалась? Макс такой подтянутый, жилистый. Наверняка, легкоатлет.

– Керлинг. – Ошарашивает он. – Университетская сборная. Надеюсь, через год отобраться на олимпиаду с командой.

– Ого! – Удивляюсь я. – Это… интересный спорт. Почти как шахматы, только на льду.

– В шахматах везение не играет такой большой роли.

– Но тактика – да.

– При хорошей тактике лед позволяет тебе играть – это и есть везение. – Макс уставляется на меня в полутьме, и я перестаю улыбаться. – Мариана… – Говорит он, приближаясь.

– Да? – Замираю я.

– Тебе говорили, что ты чудесная?

– Я? – Неловко покашливаю и сглатываю. – Кх-кхм, нет.

– И у тебя красивые глаза.

– Это я знаю.

И тут Макс начинает неистово хохотать.

– Что?

Парень выпрямляется и касается моего локтя.

– Прости, не хотел тебя обидеть. Не сдержался.

– Сама виновата. – Хмурюсь я. – Просто… нужно было ответить «спасибо»? Да?

– Обычно так и делают, когда принимают комплименты.

– Ясно. В следующий раз сделаю именно так.

Мне не по себе. Парни прежде не ухаживали за мной, я их сторонилась – все свободное время посвящала уходу за мамой или учебе. И никто никогда не говорил мне наедине комплиментов. Откуда мне было знать, как правильно на них реагировать?

– Послушай. – Макс берет меня за руку. Его ладонь горячая и твердая, и по моей прохладной коже от этого прикосновения расползается тепло. – Я даже не знаю, что сказать тебе. Первый раз встречаю такую девушку.

– Какую?

Он подходит вплотную, и мне хочется отстраниться, но позади – стена.

– Умную, любознательную, настойчивую в своих целях, строящую планы. – Парень задумывается. – Серьезную.

– Да? – Спрашиваю я.

Глупее вопроса и не придумаешь.

Он кивает.

– И потрясающе красивую.

Теперь мне становится жарко.

– Ты тоже… ничего. – Брякаю я, не найдя ничего лучше, чем выдать эту идиотскую фразу.

Макс берет из моей руки стакан и ставит на столик. Теперь между нами нет препятствий.

– Ты мне очень нравишься, Мариана. – Говорит он, наклоняясь к моему лицу.

Его губы оказываются в паре сантиметров от моих. Парень словно ждет позволения, чтобы сократить это расстояние и поцеловать меня. На миг я представляю, что это действительно случится, а затем вдруг подаюсь в сторону: