Плетущий
Шрифт:
Он молча показывает рукой.
– Обычно, – говорит мой друг, – я сразу появлялся здесь возле хижины, где находится женщина, но сейчас, когда все не так, я чувствую будто…
Он осекается на полуслове и отводит взгляд.
– Будто что? – спрашивает Семен, а я уже знаю, что ответит Миша.
– Будто меня что-то тянет к ней.
– Ты можешь сопротивляться?
– Да, – кивает он.
– Уже лучше, – произносит Рыжий.
Не спеша мы идем мимо пустых молчаливых жилищ по утоптанным дорожкам. Входы завешаны соломенными циновками. Заходить внутрь нет никакого желания, да и что там можно найти? Спустя несколько минут мы выходим в центр поселения. Здесь, посреди большой площади возвышается деревянный столб, украшенный замысловатой
– Это здесь, – негромко роняет Миша, когда еще через какое-то время мы оказываемся у очередной хижины. Сразу за ней, в дюжине метров, стеной стоят джунгли. Мы с Семеном обходим круглое жилище по периметру, проверяем его и осматриваем.
– Ну что, – говорит он, – заходим?
– Да, но ты остаешься здесь и глядишь по сторонам.
– Так точно, – Рыжий шутливо отдает честь.
– К пустой голове руку не прикладывают.
– А у меня панама!
– Тогда ладно.
Миша даже не улыбнулся нашему обмену ничего не значащих шутливых фраз, настолько он напряжен. Рыжий взглядом указывает на него, и я киваю в ответ.
– Я первый, – отодвигаю Мишу в сторону плечом. – И поставь автомат на предохранитель.
Он молча переводит рычаг в нужное положение. Я захожу внутрь, отодвинув соломенную накидку в проеме. Следом заходит Миша. Какое-то время глаза привыкают к полумраку, и я пытаюсь осмотреться. Жилище выглядит просторным, наверное, из-за того, что внутри нет никаких стен. Здесь примерно до десяти метров от стены к стене, посредине стоит столб, поддерживающий крышу. Скудный свет попадает сквозь маленькое отверстие в потолке над очагом, выложенным крупными окатышами. Нет, все-таки света недостаточно. Я включаю фонарь, закрепленный на моем автомате Никонова или, проще, – Абакане. Яркий луч выхватывает из полумрака стены, пол, очаг, какие-то вещи на стенах, полки со всякой всячиной и… женщину. Она лежит у дальней стены на невысоком лежаке.
– Это она? – спрашиваю у Миши, подходя к лежащей.
– Она, – сиплым голосом отвечает он из темноты.
Часть 3
Схватка
Пусть даже это наступление окончится неудачей, что ж, другое будет удачным.
Глава 1
Подсознательно я ожидал, что женщина будет выглядеть как и та, что снится мне. Однако они не имеют ничего общего, кроме того что обе являются Плетущими. Что это значит? Не знаю. Она совершенно мне не знакома. Ее внешность вполне типична для жителей тропических джунглей Южной Америки или, скажем, индейских племен Северной: небольшой рост, черные волосы, смуглая кожа, раскосые глаза, пухлые губы и широкий нос. Выглядит она как самая настоящая индианка. На ней джинсовые шорты и белая майка. Плетущая не молода, но, как это часто бывает с людьми не европейской внешности, определить ее возраст по внешности сложно. В общем, обычный человек, но с единицей, горящей алым, на лбу, которая выбивается из облика и заставляет еще больше собраться и быть внимательным.
Миша шумно дышит за моей спиной, а я коротко «созерцаю». Без сомнений, женщина является Плетущей. Сейчас, как и в моем сне, от нее, будто пуповина, отходит наполненный светом жгут. А еще я замечаю, что свет, наполняющий ее фигуру, тусклый и приглушенный. Так обычно выглядят люди с задатками способностей Плетущих, но ими не являющиеся.
– Миша, – зову друга.
– Что? – отзывается он отрывисто.
– Ты «созерцал» ее?
– Да.
– Когда?
– В первую же ночь, как попал сюда.
– Ты можешь мне сказать…
– У нас гости! – громким шепотом докладывает Семен, заглядывая в хижину.
– Кто? – резко разворачиваюсь и шагаю к нему.
– Плетущий.
– Кто он?
– Я не знаю, лица не видел. Они еще далеко.
– Они? – переспрашиваю я, выходя из жилища и оглядываясь.
– Да,
– Сколько там еще Плетущих?
– Плетущий один, остальные – твари, – Рыжий следит за моей реакцией.
– Где? – спрашиваю быстро.
Семен машет рукой, указывая направление. Ничего больше не говоря, я снова «созерцаю» и оглядываю пространство в той стороне, куда указал Рыжий. Сразу вижу Плетущего, чей светлый силуэт выделяется в туманном ничто. Еще я вижу чернильные кляксы, сопровождающие его. Не берусь называть хотя бы их примерное количество, потому что они двигаются плотной группой и загораживают друг друга. Однако Плетущий не выглядит, как подобает – свет, испускаемый его фигурой, едва ли интенсивнее того, что излучает женщина в хижине за нашими спинами. Быстро оглядываюсь вокруг, но более никого не вижу, хотя… Я смаргиваю выступившие на глаза слезы от слишком долгого «созерцания». Это единственный минус подобного способа зрения – невозможность достаточно долго использовать его. Глаза сразу начинают болеть. Именно по этой причине нет никакой возможности проследить за тем жгутом силы, что отходит от Плетущей в хижине. Моих сил хватает только на то, чтобы увидеть его, да и то, после долгого и пристального внимания.
– Видел? – спрашивает тревожно Семен.
– Видел, – отвечаю ему и убираю от глаз влажный платок.
– Что будем делать?
Миша напряженно нас слушает и кусает губы.
– Будем встречать, – спокойно говорю я.
– Ты видел, сколько там тварей? – беспокоится Рыжий.
– Не смог разглядеть, сколько точно, но немало.
– Почему они здесь, как думаешь?
– Можно только гадать… Значит так, отряд, слушай мою команду, – четко говорю я. – Сейчас мы занимаем позиции у этой хижины и ждем гостей. Говорить буду я, если, конечно, неизвестный Плетущий направляется сюда, и если нам придется вступить с ними в контакт. Если нет – пусть себе идут, мы их трогать не будем. Мало ли, может быть, они по своим делам куда-то направляются. У нас сейчас дела поважнее.
– А если ему нужна помощь? – несмело вставляет Миша, на что ему сразу отвечает Семен:
– Если бы у него были проблемы или неприятности с тварями, он давно ушел бы. Он ведь Плетущий.
– Рыжий, – обращаюсь к нему, – выбирай себе позицию. На твое усмотрение, но не прямо здесь. Так, чтобы в случае чего ты смог поддержать нас с фланга.
– Понял.
– А мы с Мишей займем позицию неподалеку, у площади. Вперед.
Семен коротко кивает и, оглянувшись, исчезает за ближайшими лачугами справа. Нам с Мишей, можно сказать, везет, потому что жилище Плетущей стоит в стороне, и пространство перед ним просматривается лучше, чем если бы лачуга находилась в центре поселения.
– Как быстро ты можешь покинуть сон? – спрашиваю друга, устраивая позицию сбоку от жилища в разросшемся кустарнике.
– Мне необходимо около десяти секунд.
– Ясно.
– Почему ты спрашиваешь?
– Потому что мне нужно знать, сколько времени я должен тебя прикрывать, если вдруг придется экстренно покидать сон, и если это произойдет во время боя.
– А тебя кто прикроет?
– Никто. Я сам себя прикрою.
– Тебе сколько нужно времени, чтобы уйти?
– Четыре-пять секунд. В зависимости от обстоятельств.
– Всего лишь?
– Через пятнадцать лет ты тоже сможешь покидать сон так быстро.
– Хотелось бы раньше.
– Всему свое время, но тебе никто не мешает тренироваться больше.
– Я знаю.
– Вот и хорошо, а теперь тихо.
– Идут? – тихим шепотом спрашивает Миша.
– Пока не вижу.
Было бы времени больше, можно было забраться на дерево. Я даже оглядываюсь и пытаюсь выбрать одно из них, но почти сразу отбрасываю эту идею. Слишком бурная растительность покрывает деревья. По их стволам ползают насекомые. Наверняка из-за высокой влажности кора скользкая. Проще было бы самому «вырастить» дуб или сосну и устраивать там позицию, а не лезть в это живое месиво.