Плетущий
Шрифт:
В пыли отчетливо видны следы трех пар ботинок. Но, сколько я ни всматриваюсь, больше никаких следов не вижу. Откуда же взялся монстр, что гнал ребят? Или он появился этажом выше, или… Невероятно близкий нечеловеческий стон заставляет нас вздрогнуть и неподвижно замереть, когда мы уже практически достигли третьего этажа. Вслед за ним доносятся другие звуки: то ли цокот, то ли щелканье – непонятно. Клаус, который идет последним, тихо поднимается на несколько ступеней и останавливается слева от меня. Минуту мы стоим без движения и держим на прицеле верхний край лестницы,
Ступенька, еще одна. Вот уже виден потолок этажа. Одновременно с Клаусом мы выныриваем из-за верхнего края лестницы и, лихорадочно водя оружием из стороны в сторону, шарим лучами фонарей по залу. Никого. А вот и следы. Клаус кивает, когда я указываю на них.
До четвертого этажа мы добираемся спокойно, не потревоженные посторонними звуками. Разве что сквозняк в коридорах шелестит пылью, будто что-то нашептывает нам. Багряный свет все так же льется сквозь небольшие окна, окрашивая лестницу в мрачные кровавые тона.
Следов Семена и ребят не видно: их скрывают отпечатки лап твари. На что они похожи? Не знаю, хотя в голову приходит сравнение с дождем, когда он только начинается, и его первые капли оставляют в дорожной пыли свои частые отметины.
Тоскливый вой неизвестного монстра застает нас на подъеме между четвертым и пятым этажами. Лишь половина лестничного пролета остается до верхних ступеней, когда заунывный полувой-полустон настигает нас снизу и на несколько мгновений заставляет оцепенеть.
– Шевелись! – бросаю я резко, потому что отчетливо понимаю: монстр взял наш след. Не нужно повторять дважды, и через мгновение мы, перескакивая через несколько ступеней, оказываемся на пятом этаже. Следы отчетливо указывают направление, поэтому не нужно гадать, куда двигаться. Коридор со следами зияет темным зевом, но ни одной твари мы не видим.
– Максим! – зовет меня Соня громким шепотом из коридора. – Ты что?! Бежим!
Я отчетливо слышу цокот снизу.
Что я делаю?
– Клаус! – кричу, уже не таясь, и тварь внизу отвечает мне леденящим завыванием.
– Что? – он впервые за день заговорил.
– Отведи Соню к двери!
– Нет! – девушка бросается в мою сторону, но Клаус удерживает ее за плечо и, кинув на меня прощальный взгляд, тянет за собой.
В темном коридоре видны всполохи фонарей, но я не смотрю в ту сторону, а разворачиваюсь к лестнице. Перед тем как начать плести, успеваю подумать: как жаль, что монстр не фантом, ведь призрачные и бестелесные создания не могут оставлять следов.
Снова ступаю на лестницу и осторожно заглядываю за ступени вниз. Пока ничто не нарушает воцарившуюся тишину. В багровом свете лестничный марш хорошо виден для того, чтобы я мог не думать о дополнительном освещении.
Едва ощутимая вибрация и такое же ненавязчивое тепло греет мою кожу чуть ниже шеи. Как не вовремя!
– Что? Я слушаю!
– Макс, это Семен…
– Я понял. Что ты хотел?
Передо мной предстает взволнованное лицо друга, чьи глаза тревожно шарят по мне и заглядывают за спину. Видимо, он пытается понять, где я нахожусь.
– Почему ты еще не прошел в дверь? Где ты?
– Я на лестнице.
– А Соня с Клаусом?
– Они скоро должны быть у вас, – отчетливо вижу нашу классную комнату за его спиной и Катю с Сергеем, устало развалившихся на стульях.
– А ты?
– А я здесь.
– Что ты задумал?
– Ничего сверхъестественного, – отвечаю ему, снова бросая взгляд на лестницу внизу. Пока никого и ничего не видно.
– Макс, осталось всего полчаса до истечения времени! – повышает голос Рыжий. – Не глупи! Двигай к двери! Там идти-то пару минут!
– Я знаю.
– Так что же ты ждешь?
– Тварь, которая так вас напугала.
Несколько секунд он ошарашено глядит на меня, а потом взрывается:
– Да что ты творишь?! Мы провалим экзамен, если ты не успеешь вовремя покинуть этот мир!
– Не ори, не глухой! – резко осаживаю его.
Семен осекается и в непонимании глядит на меня.
– Послушай, – скороговоркой начинаю я, – для меня это важно. Ты помнишь, что вбивала в нас Учительница все эти годы? Помнишь?
– О чем ты?
– О страхах! О наших страхах, Семен! Нельзя бежать от них, иначе грош нам цена как Плетущим! Мы не можем, мы не должны! Это все! А теперь не мешай мне. Монстр скоро будет здесь, а я еще должен подготовиться.
Рыжий сникает под моим яростным напором, но мне сейчас некогда вести разговоры, потому что мы оба прекрасно понимаем, о чем идет речь и что значат мои слова.
– Ты прав, – негромко роняет он.
– Что? – я не слышу.
– Ты прав! – и сразу добавляет: – Макс, вытяни меня к себе!
– Нет, Сема, времени нет! – спешно выкрикиваю и вижу, как на ступенях подо мной появляется монстр. – Все, увидимся! Конец связи!
Время разговоров действительно вышло, и я чувствую, что у меня не остается даже тех нескольких секунд, чтобы вытянуть к себе друга. Да это и не нужно, потому что в моих планах для него места нет. К тому же Рыжий уже покинул сон, а правилами экзамена запрещено вытягивать через двери-переходы кого-либо из одноклассников.
Еще раз бросаю взгляд вниз, чтобы убедиться, что тварь продолжает вытягиваться на лестницу. Первая ассоциация при взгляде на нее – сороконожка, огромная мокрица. Не меньше полутора метров в ширину, она продолжает выползать на лестницу, а звук ее бесчисленных лапок, противно цокающих по полу, тревожит слух и заставляет нервно напрячься. Багровый свет отражается от ее спины, покрытой черным панцирем или хитином – не знаю, что это за покрытие такое… Монстр кажется еще более зловещим.
– Значит, пули тебя не берут, – бормочу под нос и выдергиваю одну за другой предохранительные чеки из гранат. – А как тебе это?