Пленники Долины
Шрифт:
В результате предпринятых мер «Приключение» превратилось в самое грозное пиратское судно из всех, когда-либо бороздивших здешние моря. Капитаны торговых судов как огня боялись Бальтазара Хоккинса и очень часто сдавались без боя.
– Похоже, у нас крупные неприятности. Посмотрите сами, – позвал капитана Джек Джерр, его старший помощник.
Грегори вышел на балкон, взял из рук помощника подзорную трубу и подстроил фокус. Не узнать реющий на грот-мачте флаг корабля-преследователя было невозможно. Самое позднее на закате Грегори
– Думаешь, столкновения не избежать? – нахмурился Уайтлоу.
– «Долгий путь» ползет как беременная черепаха, прекрасно оправдывая свое название, – подтвердил опасения капитана Джек. – Все же зря мы отказались от кренгования [21] .
– Зря, – согласился Уайтлоу, теребя нижнюю губу. – Пригласи ко мне второго и третьего помощников, боцмана и командира стрелков, – потребовал он от старпома.
Джек Джерр кивнул и ушел выполнять приказ. Оставшись один, Грегори вновь посмотрел в подзорную трубу. Каракка на всех парусах быстро сокращала расстояние. Уже было можно разглядеть полный высокий корпус, загнутый вверху форштевень, придерживающий двухъярусную треугольную надстройку и высоко задранный над водой бушприт.
21
Кренгование – очистка корпуса судна от ракушек и водорослей.
Грегори вернулся в каюту. «Везет как утопленнику», – ругнулся он в сердцах, с силой ударив кулаком по дверному косяку. Стянул мундир и бросил его на койку. Пытаясь собраться с мыслями, капитан раскурил трубку, сел за стол и сверился с курсом. Все правильно, «Долгий путь» отклонился не более чем на градус. Тогда почему на горизонте маячит каракка? По информации, полученной от Совета Мореплавателей, знаменитый пират бесчинствовал совершенно в других водах и не должен был помешать плаванию.
Сейчас Уайтлоу злился на самоуверенных чиновников, как никогда. Он закрыл лицо ладонями и неожиданно ощутил острое желание поменять всю свою жизнь. Стать простым торговцем или даже крестьянином. Сеять пшеницу, собирать урожай. И никаких тебе пиратов, контрабандной руды, продажных губернаторов. Что посеял, то и пожал.
В дверь постучали. Грегори убрал потухшую трубку в шкатулку и крикнул:
– Войдите.
Четверо приглашенных поприветствовали капитана и расселись вокруг прикрученного к полу стола.
– Вы уже знаете, кто нас преследует, – усталым голосом начал Грегори. – Бенито, – обратился капитан к командиру стрелков – невысокому широкоплечему человеку с окладистой рыжей бородой, – что мы можем противопоставить Бальтазару?
– Я слышал про взрывающиеся шары, – облокотился бородач о край стола, – ничего особенного. Наши метательные механизмы самые дальнобойные. Как только корабль противника окажется в зоне поражения, мы пустим его на дно.
– Хм, – капитан нахмурился и переплел пальцы рук. – Насколько мне известно, еще никому не удалось отбить нападение Бальтазара.
– У
– Ну, допустим, – нехотя согласился Уайтлоу. – А что скажут остальные? – Капитан вопросительно поглядел на присутствующих.
– В кормовой надстройке установлено всего две катапульты. Этого слишком мало, – засомневался второй помощник. – Для того чтобы нанести противнику весомый урон, потребуется развернуться к нему бортом. Вряд ли он такое допустит!
– Вы совершенно правы, – согласился капитан. – Скорее всего, если мы начнем лавировать, Хоккинс воспользуется преимуществом в скорости и пойдет на абордаж. Бенито, двух катапульт достаточно, чтобы остановить Бальтазара?
Бенито Де Сото пригладил волосы и решительно произнес:
– Иногда достаточно и одной.
– «Иногда» или «достаточно»? – Капитан ждал ответа.
– Достаточно. Я не промахнусь.
– Мне не нужно твое согласие, – предупредил подчиненного Уайтлоу, – я хочу знать правду.
Бенито замялся и опустил глаза.
– Все понятно, значит, шансов не так уж и много.
– Но они есть, капитан! – упорствовал стрелок, не желая разочаровывать Уайтлоу.
– Позвольте мне, – поднялся третий помощник. В противовес низкорослому рыжебородому Де Сото, он был высок и гладко выбрит.
– Говори, – кивнул капитан.
– А если попробовать откупиться?
– Я думал над этим, – к всеобщему удивлению, Уайтлоу встретил совет благосклонно. – Но даже если мы отдадим Бальтазару весь наш товар, он все равно не отступит. Ему нужен корабль. Плох тот капитан, кто не мечтает перебраться с каракки на галеон.
– Значит, абордажа нам не избежать, – резонно подметил Джек Джерр.
– Боюсь, что так, – Грегори неопределенно развел руками.
Стук в дверь прервал их разговор, в каюту вошел боцман Гарри Кидд.
– Разрешите?
– Надеюсь, у тебя что-то существенное? – раздраженно спросил капитан.
– С вами хочет встретиться один заключенный. Я оставил его в коридоре.
Лицо Грегори покраснело. Он с трудом сдерживался, чтобы не послать боцмана куда подальше. Закипая, как подвешенный над огнем котел, Уайтлоу задал Гарри вопрос:
– Ты не мог бы подождать пока мы не закончим?
– Этот человек утверждает, что может нас спасти, – поспешно добавил боцман.
– Интересно, как? – усмехнулся Джек Джерр. – Разве что молитвами.
Капитан в раздумьях закусил губу – на этот раз ситуация складывалась более чем серьезная.
– Его имя?
– Ланс, сэр. Он сказал, что его зовут Ланс Ремар.
– Ладно, веди сюда нашего «спасителя», – потребовал Грегори. – А ты, Джек, – обратился он к старпому, – глянь в столешнице его сопроводительные документы.
Старший помощник вытащил из ящичка кипу замусоленных листков и положил их перед собой.
– Вот, – обрадовался Джерр, отыскав скрепленный печатью приказ. – Так, так … – скользил он по странице взглядом. – Нет, ничего необычного, – закончил старпом разочарованно. – Был целителем, признан виновным в смерти одного вельможи.