Пленник времени
Шрифт:
*****
Он хорошо помнил, что после того, как исчезла ниша, и полированная каменная стена превратилась в обыкновенную скалу, но без трещин и очень ровную, он ещё целый час пытался обследовать это заколдованное место. Всё было безрезультатно. Только две каменные скалы, одна вертикальная, а другая, противоположная вертикальной, с наклоном градусов в 45, были совершенно гладкими, но уже не казались отполированными до зеркального блеска. Со скал, как будто, содрали глянец, но на ощупь они оставались
Когда Генка пришёл к палатке, Пётр и Рахим варили обед. На вопрос: «А где Антон?»,- Генка только махнул рукой, давая понять, что всё расскажет и объяснит, но не сразу.
А дальше были объяснения и со старшим инструктором, и начальником спасательной службы, которые смотрели на Генку сочувственно, но не верили, ни одному его слову. А потом ещё хуже, милиция, прокуратура, бесконечные вопросы, на которые не было ответов. Генка уже сотый раз рассказывал следователю прокуратуры всё то, что произошло там, в горах, когда в кабинет вошёл человек, лет под сорок и поздоровался за руку со следователем и Генкой.
– Сотрудник органов государственной безопасности, Виталий Алексеевич Сорокин, - представил Генке вошедшего в кабинет человека, - следователь прокуратуры.
– Поскольку дело не совсем обычное, то им заинтересовались соответствующие службы, - просто начал Виталий Алексеевич, - мы уже ознакомились со всеми вашими объяснениями по этому поводу, - кивнул он Генке.
– Вся документация, на основании этого постановления, должна быть передана нам, - с этими словами Виталий Алексеевич положил перед следователем прокуратуры, вынутое из папки, которую он держал в руке, постановление.
– Слава Богу! Виталий Алексеевич, я с такими делами встречаюсь впервые и, честно говоря, даже рад тому, что вы забираете у меня это дело, - с радостью произнёс следователь и стал спешно собирать бумаги.
– Геннадий Петрович, вы завтра с утра оденьтесь по-походному и подъезжайте часикам к 7 утра в Комитет, на проходной я вас буду ждать. Мы завтра на вертолёте полетим в горы. Вы нам должны показать место, где всё произошло.
– Да, но вертолёт там не сядет, - возразил Генка.
– Вот поэтому и полетим вместе, сядем, где получится, а дальше пешком. Когда-то в молодости любил бродить по горам, а потом работа эту охоту отбила. С удовольствием прогуляюсь, - улыбнулся Сорокин.
На следующее утро Генка ровно в 7 часов утра был на проходной. По внутреннему телефону Сорокин с кем-то разговаривал. Он был одет в спортивный костюм, а в руках держал совсем новенькую штормовку. У ног лежал небольшой рюкзак. Увидев Генку, Сорокин положил телефонную трубку, протянул руку и поздоровался.
– Всё, Геннадий Петрович, поехали, нас в аэропорту уже ждут. Машина на улице, - коротко сказал Сорокин уже на ходу, поднимая с пола рюкзак.
Через полчаса, въехав на территорию порта, «Волга» остановилась около одного из вертолётов, возле которого стояло пять мужчин и, о чём-то весело разговаривали.
–
– скомандовал Сорокин.
По одежде Генка определил, что трое мужчин - члены экипажа вертолёта, и ещё двое, которые были одеты наподобие Сорокина и Генки, скорее всего, были коллегами Виталия Алексеевича.
– Куда летим? – спросил Сорокина один из членов экипажа. Скорее всего, это был штурман, поскольку в руках он держал развёрнутую карту.
– А это нам сейчас молодой человек подскажет. Геннадий Петрович, вы разбираетесь в топографических картах?
– Обижаете, Виталий Алексеевич, я же всё-таки инструктор горного туризма и в картах разбираться обязан! – с обидой ответил Генка.
– Ладно, ладно, не обижайтесь, это я так, на всякий случай спросил, - и Сорокин расстелил карту на коленях у Генки.
– Ух, ты! Какая карта! Километровая, что ли? Раньше никогда не видел таких подробных карт. Мы, в основном, пользуемся схемами, которые на самом деле не соответствуют действительности, - с восхищением, глядя на карту, произнёс Генка.
– Вы покажите, хотя бы приблизительно район, куда надо лететь, - попросил штурман.
– Почему приблизительно? Нам надо вот сюда! – и Генка, не сомневаясь, ткнул пальцем в карту.
– Всё понятно! – Штурман собрал карту и начал что-то говорить пилоту вертолёта.
Минут через 40, вертолёт уже кружил над горным хребтом в том районе, куда и направлялась эта небольшая экспедиция.
– Вот она эта скала! Видите, как будто скала разрублена топором! – стараясь перекричать шум мотора, крикнул Генка.
– Понятно! – прокричал Сорокин и одел наушники с микрофоном, чтобы договориться о дальнейших действиях с пилотом вертолёта.
Пока Сорокин переговаривался с пилотом, вертолёт сделал ещё пару кругов вокруг скалы, выискивая место для высадки людей. Наконец-то облюбовали небольшую площадку, метрах в трёхстах от цели полёта. Конечно, приземлять вертолёт на такую крохотную, не приспособленную площадку, было опасно, да и высота около 4000 метров, делала попытку приземления очень рискованной. Решили зависнуть над площадкой, высадить Сорокина, его двух сотрудников и Генку, вместе с грузом, а сам вертолёт, спуститься километра на два вниз по ущелью, где найти площадку для приземления, не составляло труда. Там вертолёт, вместе с экипажем, и будет дожидаться возвращения всех участников экспедиции.
Стояла вторая половина августа. Вершины и горные хребты уже припорошились снегом, однако скала, к которой направлялись наши путешественники, чётко вырисовывалась на белоснежном фоне. На высадку десанта ушло около трёх минут, и вертолёт, сделав крутой вираж, полетел вниз, искать площадку для посадки.
– Извините, Геннадий Петрович, что я вам не представил своих сотрудников, но вам это и, ни к чему. Скорее всего, что вы с ними никогда и не столкнетесь. Они не местные, и после исследования интересующей нас скалы, отбудут к месту своей службы, - как бы извиняясь, сказал Виталий Алексеевич.