Пленник мечты
Шрифт:
— Я думаю, что ты просто глупая, — печально произнесла Риа, — но я желаю тебе добра. Я буду молиться, чтобы ты обрела здесь счастье, в Шотландии тебя будут считать мертвой, я никому не скажу правды.
Катри подняла на нее свое заплаканное лицо.
— Я буду счастлива, я клянусь тебе, что буду. Я никогда не забуду тебя, Риа. Прости меня за то, что Бранн хотел сделать. Он не злой, он был в отчаянии.
Риа повернулась и ушла; сердце щемило за Катри. Она молила Бога, чтобы Катри действительно была счастлива.
Ей показалось чудом, что огромный холл был
На небе не было ни луны, ни звезд, которые могли бы осветить ей дорогу, и она не имела ни малейшего понятия, как быть дальше. Она выбралась из замка, но не знала, что делать теперь. В одной ночной рубашке, она ни за что не смогла бы проскользнуть мимо стражника. Она также не осмеливалась вернуться в свою комнату. Она стояла в нерешительности, когда ее внимание привлекло незаметное движение возле стены рядом с ней.
Она застыла в ожидании. Неужели Бранн очнулся и послал кого-нибудь отыскать ее? Нет, если это было бы правдой, то кругом стоял бы невообразимый шум и гам. Когда ее глаза наконец привыкли к темноте, слезы облегчения неудержимо полились из них. Она не могла ошибиться, узнав человека, который выступил из тени.
— Ну что, милая, — спокойно спросил Гавин, — ты готова покинуть это место? — Он обнял ее, почувствовав мягкость ее груди, прижавшейся к его шерстяной рубашке, он даже ощутил дрожь, сотрясавшую все ее тело. — Я здесь, — утешал он ее. — Теперь все будет хорошо.
Риа подумала о том, что только что произошло, и покачала головой:
— Я хочу домой, Гавин. Пожалуйста, уведи меня отсюда.
Он бесшумно хмыкнул:
— Нам предстоит потрудиться, чтобы сделать это, милая. Но клянусь, у нас все получится.
Он все еще не мог поверить в счастливую судьбу, но он даже не стал задумываться, как это могло случиться. Иногда происходят необъяснимые вещи, и он не стал искушать вопросами капризный перст судьбы, который помог ему.
Он взглянул на двери замка. Может, граф обманул.
— А вторая девушка, которую схватили вместе с тобой?
Риа покачала головой, не желая солгать или нарушить свое обещание.
Гавин кивнул:
— Пора идти.
Они довольно быстро поднялись вверх по ступеням. Гавин удивился, что Риа даже не содрогнулась, увидев тело стражника, которого он зарезал. Он думал, что ее охватит смятение.
Риа посмотрела вниз, потом на веревку, которую Гавин взял в руки.
— Я не смогу, — ее голос дрожал.
— Ты должна, — мягко сказал Гавин. — Он знал немало взрослых мужчин, которые не могли преодолеть своего страха и отказывались спускаться вниз по веревке. Но у Риа не было выбора. Это была их единственная возможность.
— Я буду спускаться перед тобой. Ты не упадешь, Риа, клянусь тебе.
Оба знали, что ему не нужно убеждать
Риа с трудом сглотнула и кивнула, глядя, как Гавин оказался на отвесной стене.
Он висел прямо под ней.
— Давай, Риа.
Сделав глубокий вздох, она последовала за ним. Ощущение того, что она висела над своей собственной смертью, было ошеломляющим. Пустота внизу пугала ее.
— Держись руками и ногами за веревку, Риа. Я буду отталкивать нас от стены.
— Я боюсь, — прошептала она едва слышно.
— Не надо, любимая. Я не позволю тебе упасть.
Это был бесконечный мучительный спуск. Одна рука вслед за другой. Носками ног она цеплялась за узелки на веревке, которые были такими маленькими, что их трудно было нащупать. Еще хуже было осознавать, что Гавин находился сразу под ней, и если она упадет, то увлечет его с собой на верную смерть. Он не сможет удержать их обоих, если она сорвется вниз. Она верила, что только эта мысль не давала ей разжать руки, когда силы, казалось, были уже на исходе. Мышцы ныли так сильно, что она разжала бы руки, чтобы принять быструю и легкую смерть внизу, но она не могла подвергать опасности Гавина.
Наконец она услышала его голос:
— Осталось совсем немного, Риа. Я уже скоро смогу коснуться земли. Еще совсем немного.
Ее пальцы совсем онемели, ладони были ободраны до крови и горели. Она даже не чувствовала, что начал моросить холодный дождь, ведь ее щеки без того были мокрыми от слез отчаяния. Они превратились в слезы облегчения, когда она почувствовала, как руки Гавина опустили ее на землю. Потом он снова крепко прижал ее к себе и прошептал:
— Мы смогли, милая.
Риа обессиленно прижалась к нему, дождь падал на них. Они смогли.
Глава 19
Салек был поражен. Он никогда не считал себя человеком, который может влюбиться. И уж если это случится, то он даже представить себе не мог, что это будет кто-то похожий на Гьёрсал Мортон. В своем воображении он, скорее всего, рисовал высокую блондинку с холодной северной красотой или цыганку с темными глазами и густыми волнистыми волосами Но он был влюблен, и влюблен в маленькую худенькую девочку, которой достаточно было всего лишь взглянуть на него, чтобы он выполнял любую ее прихоть. Это было невероятно, невозможно, но это была правда.
Впервые поняв это, он ужаснулся, считая, что она лишит его мужественности. Но теперь он знал, что она награждала его этим качеством. Ее взгляд, светлый и ясный, наполнял его силой и разумом, которых он больше нигде не мог почерпнуть. Сейчас она смотрела на него так доверчиво, что он не удержался и погладил ее по мягким волосам, едва доходившим ей до плеч.
— Как бы мне хотелось, чтобы ты не отрезала их, — сказал он, как уже говорил много раз до этого. — Я хочу, чтобы у тебя были длинные волосы.