Плененное сердце
Шрифт:
Сабина попыталась протестовать, но цыган поднял руку, и она замолчала.
— .Ты ребенок, — повторил он. — Не только по возрасту, но и по отсутствию опыта. Я старше тебя на десять лет, Сабина. И поэтому лучше знаком с человеческой натурой, особенно женской. Я не стану притворяться, что в моей жизни было мало женщин. Я любил их, некоторые из них любили меня, но никто и никогда не значил для меня столько, сколько ты. Это момент, которого ждет каждый мужчина! Момент, к которому он стремился много лет, выбирая самые разные пути. Каждый мужчина в сердце имеет
Сабина глубоко вздохнула. Его слова, тон и выражение лица делали мир стоящим того, чтобы жить.
— Кроме того, — продолжал цыган, — я никогда не забуду, что ты пришла ко мне, от всего отказавшись.
— От всего? — спросила Сабина еле слышно.
— От всего, — повторил цыган, — что имело для тебя значение до сих пор. Тебе пришлось делать выбор, моя любовь', между мной и твоей семьей. Глупо было бы думать, что их обрадует тот факт, что их дочь, которую так хорошо воспитали, холили и лелеяли в тиши английской провинции, неожиданно сбежала с бродягой-цыганом, которого большинство людей презирают и оскорбляют.
— Они… поймут, — пробормотала Сабина. — Я заставлю их понять.
В ее тоне не было уверенности, и цыган это уловил, а потому продолжил:
— Есть еще много вещей, которыми тебе придется пожертвовать, — сказал он. — Приемы и балы, от которых ты только что научилась получать удовольствие. Красивая одежда, которая так восхищает тебя и в которой ты в первый раз в своей жизни осознала свою красоту. Если ты уйдешь со мной, моя любовь, эти прекрасные наряды с оборками и кружевами придется оставить здесь.
— Неужели ты думаешь, что они на самом деле так много для меня значат? — спросила Сабина. — Я радовалась им, потому что надеялась, что они сделают меня привлекательнее, но когда я надевала их, мне всегда хотелось, чтобы ты меня в них увидел.
— Моя любимая! — воскликнул цыган. Он поднял руки, как будто хотел обнять Сабину, но тут же опустил их, сумев справиться с собой. — Это еще не все, что я должен тебе сказать, — продолжал он. — Ты всю свою жизнь спала в мягкой постели, а теперь придется спать под звездным небом или в кочевой кибитке. У тебя не будет места, которое можно назвать домом, нет друзей среди моих людей. А теперь скажи мне, девочка, сможешь ли ты от всего этого отказаться без сожаления?
— Если ты меня любишь, — ответила Сабина, — все остальное не имеет для меня значения.
Он обнял ее и поднял голову к небу.
— Пусть небеса станут свидетелями того, что я клянусь служить тебе вечно!
В его голосе было столько торжественности, что, казалось, они находятся в церкви. Потом он долго смотрел в лицо Сабины и наконец в первый раз прильнул к ее губам.
Сабину пронзило такое чувство восторга, что ей показалось, она не сможет его перенести. Оно захватило ее, завладело каждой ее клеточкой, отняло у нее душу, которая покинула ее через полуоткрытые губы и стала его собственностью. А потом, объединившись с его душой, души покинули их тела и устремились к далеким звездам. Мир вокруг
Радость и волнение переполняли Сабину. Она что-то пробормотала и спрятала лицо у него на груди.
— Я люблю тебя, Сабина! Я люблю тебя! Ты женщина, ребенок и ангел в одном лице. Моя любовь к тебе достигает самых больших глубин моря и высот неба, и все-таки этих сравнений недостаточно. Посмотри на меня!
Это было похоже на приказ, но Сабина не поднимала головы, потому что больше не была бессмертной. Она снова стала человеком и очень стеснялась страсти, которую он разбудил в ней. Поскольку девушка не смотрела ему в глаза, цыган нежно поднял ее подбородок рукой.
— Такая маленькая девочка, — пробормотал он. — И держит мою жизнь в своих детских ручках.
Вдруг раздался какой-то звук, как будто с дерева упал плод или вспорхнула птица. Сабина вздрогнула.
— Давай уйдем отсюда, — сказала она. — Вдруг кто-нибудь сейчас появится здесь и остановит нас?
— Ты все еще боишься? — спросил он.
— Нет, но я хочу быть с тобой и чувствовать себя в безопасности, — ответила Сабина.
— Потому что ты чувствуешь, что еще можешь изменить свое решение, — сказал он.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Сабина.
— Я имею в виду, моя дорогая, что ты не должна приходить ко мне раньше, чем завтра вечером. Мне тяжело тебя отпускать, не выполнив твою просьбу. Но мне следует быть сильным ради нас обоих. Как я тебе уже говорил, ты стоишь на перепутье, но здесь не должно быть ошибки, ты должна выбрать правильную дорогу. Это должен быть твой собственный выбор без какого-либо давления и принуждения. И без сожаления!
— Но я никогда не изменю своего решения. Я уже говорила тебе об этом. Выбор сделан, и я не откажусь от своего слова.
— И все-таки я даю тебе время еще раз все обдумать и решить, — ответил цыган. — Сегодня в воздухе витает магия, Сабина, неистовая, сумасшедшая магия, которая влияет на нас обоих. Когда взойдет солнце, возможно, какая-то ее часть исчезнет. И ты увидишь меня таким, какой я есть на самом деле — цыган, о котором говорят, что он носит свой дом на спине. Тебе это подходит? Не сейчас, когда ты молодая, а потом, когда начнут седеть твои волосы, а в глазах погаснут звезды. Ты и тогда будешь довольна своим выбором? Не соверши ошибки, Сабина. Потом я уже не позволю тебе уйти. Если ты уйдешь со мной сейчас, это навсегда.
— Я никогда не захочу оставить тебя.
— Я хочу, чтобы ты почувствовала это завтра, когда взойдет солнце и осветит твою комнату, проникнув через окно.
Когда ты увидишь свои прекрасные наряды в шкафу, когда одна служанка принесет тебе в постель завтрак, другая в это время приготовит ванну, а третья поможет тебе одеться. Очень часто самые незначительные вещи, которыми мы жертвуем во имя любви, оказываются более болезненной потерей, чем нечто серьезное.
— Как ты плохо обо мне думаешь! — возмутилась Сабина.