Плененная льдом
Шрифт:
Невероятно мощный крик раздался откуда-то со стороны леса. Полный боли и отчаяния, женский вопль оборвался так же резко, как и появился.
И спустя мгновение я услышала колокольный звон…
— Нежить, — прошептала Риска, — или что-то хуже. Это сигнал бедствия… Судя по тому, что пес смог спокойно войти в дом, для нежити этот барьер не проблема, нам надо…
Я не услышала конец фразы. Соседний с нами дом медленно, с характерным треском, покрывался тонкой коркой льда.
Лед сковывал стены, проникал в древесину,
Риска была не единственная. Глядя на подругу, я четко и ясно осознавала, что она здорова. Мне сложно это объяснить, но я чувствовала, что волчица не виновата в том, что происходит в деревне.
Множество голосов возникало отовсюду: в глубине деревни, на окраинах и даже в части леса. Из самого центра, рядом со старым храмом, были видны яркие вспышки пульсаров.
Волчий вой оглушал, детский плач доводил до потери сознания. Я испугалась настолько сильно, что окаменела, не в силах и шаг в сторону сделать.
Риска тут же залепила пощечину, смотрела огромными от ужаса глазами и молча указала на барьер.
Больше нет смысла прятаться.
Деревне конец.
Магический барьер, созданный магом вокруг деревни, не позволял никому сбежать. Множество оборотней уже набрасывалось на преграду и отлетало в сторону ответной волной. Дикий вой о помощи, переходящий в крик оглушал снова и снова.
Люди бежали из своих домов, хватали детей. Гномы бросали в сторону центральной дороги зажженные круглые шары, взрывающиеся при ударе о землю. Они что-то кричали снова и снова, указывая куда-то в глубь деревни.
Алый барьер пал, стоило к нему прикоснуться, со стороны центральной площади мигом ударила волна холода.
Лед покрывал дороги, сковывал дома. Он забирал все живое, чего касался. Тонкие листья становились прозрачными, стволы деревьев напоминали горный хрусталь.
Стоило птице попасть в туманную завесу в воздухе, как та падала замертво и разбивалась о твердую землю на множество алых осколков…
Ледяная чума не щадила никого. Я видела, как на моих глазах волчья стая превращалась в ледяные статуи, как замирали в прыжке люди, пытаясь сбежать, как застывали их тела и с шумом разбивались о землю…
— Уходим… — Риска рванула в сторону защитного барьера, пытаясь пробиться сквозь обезумевшую толпу, но я освободилась от хватки, — ты что творишь? СЭРА! ТЫ МОЖЕШЬ СНЯТЬ БАРЬЕР!
Волчица орала во весь голос, указывая на преграду.
Никто не мог покинуть деревню…
— СЭРА! СЭРА! УМОЛЯЮ ТЕБЯ! ЭТО ЖЕ МОЯ СЕМЬЯ!
Ледяная волна за спиной приближалась. Многие, кто успел добежать, столпились у защиты, пытаясь ее проломить, но вскоре все, кто отлетал в сторону из-за ответной волны, стал попадать в ледяной капкан.
Больше барьер не пытались сломать.
Все застыли, смотря на то, как смерть с каждым мгновением приближалась все ближе. Смотрели на
— СЭРА! — Риска рыдала, подталкивая меня к барьеру, — ты можешь нас освободить…МОЖЕШЬ!
Могу…
Я замерла на месте. Слезы застилали глаза, я почти ничего не видела. Закрыла уши руками…
Не могу это слышать…
Они все смотрели на меня. Все, кто выжил…
Все, кто возможно был ранен…
Кто возможно уже заражен…
— Если она снимет барьер, чума выйдет за пределы деревни.
Все обернулись в сторону мага. Кочевник стоял за барьером.
— Ты… ТЫ ЗНАЛ! — Дилан стоял в толпе, он обнимал за плечи свою жену, смотрел на мага с ненавистью, и с силой ударил кулаком по барьеру, — ты все понял… сразу все понял! ТЫ МОГ СПАСТИ МНОГИХ! ВЫВЕСТИ ИХ ИЗ ДЕРЕВНИ!
— Не мог, — лед в голосе колдуна был сравни чуме, что с каждым мгновением становилась все ближе.
Я больше не слышала голосов… Они застывали, обрывались… Сменялись тишиной…
— МЫ НЕ БОЛЬНЫ! — женщина держала на руках двоих детей. Совсем крохотные, меньше года… Я смотрела на них и видела, как медленно, постепенно их глаза стекленели, но никто этого не видел. Никто не видел, что на их коже блестели маленькие льдинки, что эти отметки становились все больше, так похожие на капельки пота. — мы… мы не больны!
— КОВЕН СПАСАЛ ДЕРЕВНИ! — голос Морла заставил меня вздрогнуть, с силой сжать челюсти, впиваясь ногтями в кожу рук, — ЦЕЛЫЕ ГОРОДА!
— Чума поражает на определенном расстоянии, — маг говорил так же холодно, ни единый мускул не дрогнул, — те города были в разы больше этого. Все, кто попал в радиус поражения — мертвы. Войти в мертвый город можно лишь после того, как все обратятся, и взвесь в воздухе перестанет быть заразной. Любой, в чьих жилах течет магия, станет тварью, жаждущей лишь одного — убивать. Если она ранит или укусит жертву, та либо покроется льдом, либо обратится. Мне жаль, но никто из вас не выйдет живым. По крайней мере, не по моей воле.
Сказав последние слова, Кочевник замолчал. Он ожидал реакции, наблюдал за мной, видел, как я невольно отступаю назад.
— Сэра! — Керен все еще был жив. Он стоял рядом с Риа и Дьёном, — чертова ведьма! Ты убьешь всех нас! ВЫПУСТИ НАС!
Руки дрожат… Все тело будто парализовало, я его не чувствовала, только и могла, что дрожать, не в силах даже шаг сделать.
— ТЫ СПАСЛА ЕЕ! — Керен указал на Риску, — ты спасла ее от чумы! СПАСЛА! Я САМ ВИДЕЛ! РИСКА БЫЛА РАНЕНА!
— Это не значит, что она здорова, — слова мага лишали всех всякой надежды, — я не стану рисковать. Сэра, если ты подойдешь к барьеру, я тебя убью. Ты сильная ведьма, ты одна способна убить тысячи невинных.