Племя мертвецов
Шрифт:
– Арестуйте моего убийцу.
Нет, это было просто обязано оказаться сном. Или возможно, это какой-то фокус новейшей техники. Эдакий "оптический труп из Голливуда" - они сейчас способны добиться любого эффекта. Вероятно, я сейчас обменивалась любезностями с созданием из каучука и невидимых проводов. Но что еще оставалось мне делать, как не включиться в игру?
– Заходите в мой кабинет и расскажите мне обо всем.
Проходя мимо стола в приемной, я нагнулась, чтобы отдать распоряжения своим подчиненным:
– Анджелина, достань
Они кивнули, глядя на меня округлившимися глазами.
Анджелина прошептала:
Дорис, так эта штука настоящая?
– Не знаю, Анджи. А теперь пошевеливайся!
– Она перекрестилась, а Кайла, похоже, опять чуть не вывернуло наизнанку, но я так взглянула на него, что он передумал и повернулся к приемнику.
Я села за свой стол, а эта ходячая угроза желудку втиснулась в мои кабинет и робко присела на кресло. Для Анджелины уже не осталось места, и она устроилась в проходе позади этой штуки. Анджи, должно быть. пришли на ум те же мысли, что и мне: я видела, как она ощупывала воздух в поисках невидимых проводов. Но там было пусто.
Если это и была подделка, то очень хорошая. Взрослый мужчина, точный возраст и национальность неизвестны (я знакома с судебной медициной, но не настолько хорошо, чтобы определить такие вещи), в состоянии сильного разложения.
Внутренних органов уже нет, но скудные остатки мускулов и кожи еще обтягивают кости. На голове еще сохранились лоскутки кожи с черными волосами. Он был мертв уже по меньшей мере несколько месяцев, точнее это мог бы определить патологоанатом.
Множественные переломы костей, несколько сломанных ребер, раздробленные кости ладоней. Вероятная причина смерти: снесена вся левая часть черепа. Там зияла черная пустота. Похоронен без савана или гроба, эксгумирован совсем недавно: на остатках кожных покровов и в глазницах пыль, в плечевом суставе застряла раздавленная многоножка. Меня передернуло. На мой вкус, картина была чересчур реалистической.
– Вы не узнаете меня, шериф?
– на этот раз в сухом скрежете прозвучали жалобные нотки.
Узнаю ли я?
– Извините, нет.
Как бы это ему объяснить?
– Понимаете, от вашего лица мало что осталось. Кто вы?
С каждой минутой наша беседа становилась все более неправдоподобной.
– Меня зовут... звали Джесси Кармоди, миссис Уэбстер.
Бог ты мой! Неожиданно я во все поверила - безо всяких иных доказательств, - потому что никто не мог обладать таким сверхдурным вкусом, чтобы сыграть такую шутку в отношении Джесси. Во всяком случае, не со мной.
Джесси ухаживал за моей дочерью все годы их учебы в старших классах. Они познакомились в девятом, когда Тамаре поручили позаниматься с ним математикой. Много вечеров провела я с ними на кухне за чашечкой кофе, слушая, как Джесси строит планы на будущее. Он собирался упорно работать, откладывать деньги,
Он пропал уже полгода назад, и мы все еще надеялись, что он просто убежал в город. Это было не в духе Джесси, но у его отца алкоголика был тяжелый характер, и он признался, что в ту ночь, когда Джесси исчез, у них была крупная ссора. Тем не менее я никогда не подозревала, что Гектор Кармоди мог причинить какой-нибудь вред своему сыну. До сих пор не было никакой причины подозревать неладное.
Так значит, Джесси был мертв, и то, что сидело передо мной - это было все, что осталось от его надежд и планов.
Меня охватила глубокая печаль. И одновременно жалость: ведь ему должно было быть очень одиноко - мертвому, сгнившему и вновь вернувшемуся к живым. Подчиняясь импульсу, я протянула руку и дотронулась до его запястья. Мои пальцы коснулись холодных и сухих костей.
– Мне так жаль, Джесси. Кто это с тобой сделал?
Он назвал имя: Роберт Энглторп - местный фермер, тихий, приятный, малообщительный человек; такого никто не заподозрит ни в чем дурном, пока не будет слишком поздно. Этот сукин сын принимал активное участие в церковных делах. Джесси подождал, пока я вставлю ленту в наш полуразвалившийся магнитофон, а потом рассказал все подробно. После ссоры с отцом он долго бродил по округе. Энглторп проехал мимо него, потом вернулся назад и предложил подвезти. Когда Джесси рассказал ему о скандале с отцом, Энглторп предложил парнишке отсидеться у него на ранчо, пока отец не успокоится. Джесси принял помощь соседа без малейших колебаний.
Оказалось, что подробности пыток и насилия еще больше леденят кровь, если о них повествует бесстрастный мертвый шепот. Анджелина тихо плакала над блокнотом. В отличие от меня, ей не довелось служить в полиции большого города, и она никогда не сталкивалась с подобной гнусностью. Я сама уехала из Хьюстона в тихий провинциальный городок, когда почувствовала, что мои силы на исходе. Но ни одно место на земле не застраховано от скверны, и под покровом сонной тишины может таиться зло. Слушая Джесси, я ощущала себя очень старой и очень усталой.
В конце концов Энглторп забил свою жертву рукояткой топора, а затем изнасиловал его этим же предметом. От того, что Джесси помнил обо всех увечьях, даже о тех, что Энглторп нанес ему после смерти, становилось почему-то еще страшнее.
– Мне было так больно, миссис Уэбстер, что я был благодарен, когда он убил меня.
Как мог простой шепот передать такую страшную боль? Я должна была узнать все.
– Джесси, как случилось, что ты здесь?
Он, казалось, с трудом подбирал слова.