Племена Гора

Норман Джон

— И та'кара!

— И чары!

— И кашани! — Каждый паша размахивал своим флагом.

Закутанный в белые одежды человек с огромным знаменем кивнул, благодаря свирепых воинов за оказанное ему доверие. Затем он повернулся к своему противнику и произнес:

— Привет тебе, Сулейман!

— Привет Гаруну, высокому паше каваров! — ответил Сулейман.

— Я слышал, тебе нанесли серьезную рану. Почему ты в седле?

— Конечно же, чтобы воевать с тобой, — проворчал

Сулейман.

— Ты хочешь состязаться со мной в силе или воевать всерьез?

— Разумеется, всерьез! — зло ответил Сулейман. — Кавары напали на селения аретаев и засыпали наши колодцы!

— Вспомни Красный Камень! — крикнул телохранитель из племени ташидов.

— Вспомни Два Ятагана! — крикнул человек из охраны паши Бакахов.

— Никакой пощады тем, кто убил воду! — прорычал кто-то из луразов.

Всадники выхватили ятаганы. Я прикрыл лицо материей. Никто не обращал на меня внимания. Шакар взглянул на меня один раз, нахмурился и отвернулся.

— Смотрите! — воскликнул Гарун и показал на привязанных к его седлу обнаженных пленников. — Поднимите руки, слины! — приказал он.

Пленные подняли над головой связанные руки.

— Видите? — спросил Гарун.

— Кавары! — крикнул человек из племени равиров.

— Нет! — оборвал его Сулейман. — Посмотрите на ятаган на предплечье! Острие указывает на тело! — Он взглянул на Гаруна. — Эти люди не кавары.

— Нет, — сказал Гарун.

— Аретаи разорили оазисы каваров! — закричал телохранитель паши племени та'кара. — Они засыпали колодцы!

— Нет! — заревел Сулейман, схватившись за рукоять ятагана. — Это ложь!

Поднялся невообразимый шум. Наконец Гарун поднял руку.

— Сулейман сказал правду, — произнес он. — Аретаи не совершали набегов в этот сезон, а если бы и совершили, они не стали бы разрушать колодцы. Они — из Тахари.

Это была высшая похвала, которую мог сделать представитель другого племени.

— Кавары тоже, — отчетливо произнес Сулейман, — из Тахари.

Крики стихли.

— У нас ecть общий враг, который старается стравить нас между собой, — сказал Гарун.

— Кто? — спросил Сулейман.

Гарун обернулся к связанным пленным. Они опустили руки и повалились на колени.

— Кто ваш хозяин? — гневно спросил Гарун.

Один из несчастных поднял голову:

— Тарна.

— Кому она подчиняется?

— Абдулу, соляному убару, — пролепетал человек и опустил голову.

— Ничего не понимаю, — пожал плечами молодой хан таджуков.

В левой руке он держал черный кожаный щит, в правой — тонкое черное копье из древесины тема. На поясе хана висел ятаган. Он носил тюрбан и откинутый на плечи бурнус.

У хана были живые черные глаза с эпикантусом. К седлу он приторочил шлем причудливой формы с полукруглым султаном. Подобная воинская мода пришла явно не из Тахари. Молодой хан сердито переводил взгляд с одного лица на другое.

— Я приехал сюда воевать. Вы что, не собираетесь биться 9

— Битва будет обязательно, — ответил Гарун, смерив хана внимательным взглядом. Затем, посмотрев на Сулеймана, он произнес:

— Я говорю от всего сердца. Кавары и все подчиненные им племена переходят под твое командование.

— Я слишком слаб, — ответил Сулейман. — Я еще не оправился от раны. Лучше ты командуй аретаями и всеми, кто готов биться на их стороне.

Гарун посмотрел на молодого хана таджуков:

— Ты готов мне подчиниться?

— А ты поведешь меня в бой? — спросил хан. — Да.

— Тогда я пойду за тобой. — Молодой хан поворотил кайила, потом, словно вспомнив что-то важное, развернулся: — Кто будет драться на твоем левом фланге?

— Таджуки, — сказал Гарун.

— Айййи! — закричал молодой хан, поднялся в стременах, потряс копьем и поскакал к своему войску.

— Может быть, тебе стоит вернуться в Девять Колодцев? — спросил Гарун Сулеймана.

— Нет, — произнес Сулейман — Я буду следить за дисциплиной своих людей

Паши и их телохранители вернулись к своим отрядам

— Может, прикончить этих слинов? — спросил Барам, указывая на стоящих на коленях пленников. Они прижались головами к земле и дрожали от ужаса

— Нет, — ответил Гарун. — Отвести их к шатрам и заковать в цепи, как рабов. Рабов у нас будет много. Выручим за них хорошие деньги в Торе.

Воин взял веревки, которыми были привязаны к седлу Гаруна пленники, и потащил их с поля боя.

Со всех сторон звучали команды. Войска перестраивались. Скоро по пустыне двинулось гигантское войско. В центре шли кавары и аретаи. На правом фланге ехали та'кара и луразы, бакахи и ташиды, чары, кашани и равири. На левом фланге находились ти, араны и зевары. На самом его краю в сорока шеренгах шли таджуки.

Позади нас с Гаруном растянулись цепи племен Тахари.

— Как обстоят дела в стране дюн? — спросил Гарун.

— Хорошо, — ответил я.

Он накинул на плечи накидку от ветра.

— Вижу, ты до сих пор носишь на левом запястье кусочек шелка?

— Да, — ответил я.

— Пока мы едем, расскажи, что произошло в стране дюн, — сказал он.

— Я сделаю это с удовольствием, — поклонился я. — Только скажи, каким именем тебя называть?