Плавучий город
Шрифт:
Возможно, что этот четырехколесный катафалк использовался в качестве грузовика для перевозки всех этих цыплят на рынок, поскольку кроме них других пассажиров, принадлежавших к роду человеческому, в автобусе не было и никто не сел в него на всем пути. Каким образом Бэй узнала про это транспортное средство, Николасу было совершенно непонятно, но тем не менее автобус ожидал их в трех кварталах от того места, где девушка привязала лодку. Двадцатью минутами позже они уже были за пределами Сайгона, продвигаясь куда-то в юго-западном направлении. Бэй сказала,
Под этим названием, как он догадался, Бэй подразумевала Ку Чи. Тридцать лет назад этот район приобрел дурную славу из-за того, что там была целая сеть многоярусных подземных тоннелей, которые тянулись на многие мили. Эти подземные тоннели давали возможность партизанам-вьетконговцам держать под контролем всю территорию, расположенную в радиусе шестидесяти пяти миль от Сайгона. Вьетнамцы начали строить тоннели еще в сороковых годах, во время войны с французами. В спрессованном красноземе, покрывавшем территорию района, было очень легко и удобно рыть эти тоннели. Многие десятилетия сеть тоннелей расширялась и обновлялась, пока не достигла границы с Камбоджей.
— Бэй, ответь мне, пожалуйста, — спросил Николас, когда они уселись поудобнее. — Что за отношения были у тебя с Винсентом Тинем?
Бэй смотрела в окно. Ее волосы, связанные в длинный, толстый «конский хвост», падали на плечи. Она казалась сильной женщиной, способной любому дать отпор, и неудивительно, что легко сошла за мужчину. Ее женственное лицо без всякой косметики вполне могло принадлежать безусому юнцу, и это делало ее облик крайне привлекательным, особенно потому, что сама она этого не осознавала.
— Он никогда не использовал меня, хотя и пытался, — произнесла наконец она.
Бэй все еще смотрела в окно, и Николас видел ее смутное отражение в темном стекле.
— Он пытался заставить меня делать это. Но я знала, какой репутацией он пользуется, знала, что если отвечу положительно хотя бы на одно его предложение, то эта среда засосет меня целиком и полностью. — Ее пальцы нервно теребили краешек рукава. — Такого я себе не могла позволить. Я — независимый связной, что-то вроде посредника, а иногда даже и примирителя в переговорах между ... группировками.
— Полагаю, что под словом «группировки» ты имеешь в виду опийных магнатов, торговцев оружием, террористов и тому подобное.
Долгое время Бэй не произносила ни слова. Автобус вдруг с грохотом покачнулся, цыплята распищались, а желтая птичка запрыгала с жердочки на жердочку, будто ее ударило током.
— Что бы вы обо мне ни думали, Чы Гото, но чтобы достичь такого завидного положения, я очень много работала. Я ни от кого не завишу, однако многие влиятельные люди кое-чем мне обязаны. Интересно, понимаете ли вы меня? Наверное, нет. Вьетнам отличается от других стран, и требуется много времени, терпения, благожелательности, чтобы понять наш характер. Если вы будете судить о нас по вашим стандартам, то, в конце концов, допустите много ошибок.
Кто-то на его месте, возможно, пропустил бы слова
— Я ценю твою независимость, — мягко сказал он Бэй. — Но не могла бы ты рассказать мне что-нибудь о смерти Тиня?
— Случайностью это не было, да мне кажется, вы и сами уже поняли это.
— Да.
— А знаете, что его убили китайским способом?
— Китайским? Что это такое? Я не понимаю...
— Когда-то китайские военачальники с Шаньских гор устраняли своих врагов способом, которым был убит и Винсент Тинь, Они уничтожили его, а тело бросили в кислоту, которая употребляется для очистки «маковой слезы» перед переработкой в опиум. Это служило предостережением тем, кто попытался бы выдать убийц. Но сейчас этих людей нет. Со своих позиций они были вытеснены человеком, который в настоящее время фактически контролирует всю торговлю опиумом.
— В самом деле? Я никогда не слышал о таком человеке.
— Ничего удивительного. — Бэй посмотрела в глаза Николаса без страха. — Произнести его имя — значит навлечь на себя немедленную смерть. Поэтому вам его никто не называл и не назовет.
— Понятно. Скажи, а он замешан в убийстве Тиня?
Темные как кофе глаза Бэй выдержали его взгляд.
Она молчала.
Тогда он задал вопрос по-другому:
— Наверное, Тинь в своих действиях подошел слишком близко к человеку, который контролирует сейчас торговлю опиумом?
— Он контролирует не только эту торговлю.
«Неудивительно, что инспектор Ван Кьет отказался от взятки, которую ему предлагал Синдо, — подумал Николас. — Он просто в штаны наложил со страха».
Его размышления прервал шофер автобуса. Он подозвал Бэй; она быстро прошла вперед и обменялась с шофером несколькими словами. По интонации их голосов Николас понял, что речь идет о чем-то важном. Девушка побледнела.
— У нас неприятности, — вернувшись, сказала она, — впереди на дороге полицейский заслон. Я уверена, что они разыскивают нас.
— Но почему? Мы ничего не сделали плохого.
Бэй резко встряхнула головой.
— Ничего, если не считать, что мы сбежали с места убийства и нас обнаружили без всякого сопровождения в сверхзапретной зоне. Кроме того, нам припишут, что мы хотим сговориться о торговле контрабандными товарами — и это всего лишь три обвинения, которые могут быть нам предъявлены на законных основаниях.
— Да, но...
— Нас ждет тридцать лет тюрьмы без всякого судебного разбирательства или надежды на досрочное освобождение. Будем сидеть всю жизнь. А ваше правительство, Чы Гото, не имеет официальных дипломатических отношений с Вьетнамом. Когда вас арестуют, вам будет не к кому обратиться за помощью.