Планета X
Шрифт:
— Ой, конечно. Ваши глаза, — указала Криса, а потом поняла, что он не может увидеть жест. — Капитан сказал, что именно по этой причине у вас повязка на глазах.
Вновь эта белоснежная улыбка, к которой Криса практически привыкла.
— Ну, собственно говоря, повязка не очень-то и нужна, — признался Тиг.
— Но я думала, капитан Кетшим сказал…
— Да, старина Кетш много чего говорит. Подними повязку и посмотри на мои глаза.
— Но это не причинит вам боли? — возразила Криса.
— Сначала выключи
— Выключила, — сказала Криса.
Верхний свет погас сразу же, погрузив трюм в жуткий зеленый сумрак. Криса поставила стакан возле себя на пол и снова шагнула к прикованному мужчине, но затем замешкалась.
Дикий, пряный аромат сильно ударил ей в нос, и она чувствовала тепло исходящее от большого тела Тига в холодном трюме, подобно заглушенному огню. Криса оттянет повязку и посмотрит ему в глаза, кажется, это более личный акт, чем просто дать ему выпить воды. Воспоминание о том, как Тиг лизнул её большой палец, оставалось сильным и каким-то тревожным.
— Всё ещё боишься? — спросил он глубоким, слегка насмешливым голосом.
— Вы… вы дадите мне слово, что не причините мне вред? — спросила нерешительно Криса.
— Я точно не джентльмен, Криса, — сухо ответил Тиг. — Ты поверишь моему слову, если я дам его?
Криса подумала о последнем «джентльмене», которому она доверяла, капитану Кетшиму, и решила, что ей больше нравится Тиг. По крайней мере, он не пытался скрывать, кто он, и не притворялся тем, кем не являлся на самом деле.
— Да, — сказала она твердо. — Если вы дадите своё слово, я приму его.
После долгой паузы Тиг промолвил:
— Даю слово. Подними повязку.
Криса нащупала край плотной чёрной повязки из толстой войлокообразной материи, та столь плотно облегала его голову. Криса не знала, как развязать её, и, в конце концов, смирилась, и чтобы не поцарапать щеки Тига, поддела осторожно ногтями край повязки.
Тиг испустил долгий вздох, когда Крисе наконец-то удалось стянуть толстую ткань. Даже в слабом, зеленоватом свете от светящихся полос Криса видела красные линии, оставленные повязкой на его смуглой коже.
— Лучше, — наконец пробормотал он, повернув голову, потерся щекой о грубую материю чёрной майки. — Теперь посмотри мне в глаза, — приказал он, снова повернувшись. Криса посмотрела и изумленно вздохнула.
У Тига, как у кошки, глаза в темноте блестели чистым серебром, а ещё имели вертикальный зрачок, который разделял на двое каждый светящийся серебряный глаз. Криса снова вспомнила пантеру из детства. Глаза Тига оказались самыми прекрасными и самыми смертоносными из всех, ей не доводилось видеть подобного раньше.
Очевидно, Тигу понравилось то, что он увидел, светящиеся серебряные глаза блуждали вверх-вниз по её телу в неторопливом осмотре, что заставило Крису покраснеть.
— Мило, — прогромыхал он после тщательного её изучения. — Такой
Криса понимала, что он не говорил о её личности.
— Почему вы хотели, чтобы я увидела ваши глаза? — спросила она, переводя разговор обратно в нужное русло.
— К сожалению, много воды утекло, когда я видел женщину, особенно такую хорошенькую.
— Спасибо, — сказала Криса, сильнее покраснев. — Ваши глаза? — повторила она многозначительно.
— О, да. Включи свет, хотя бы приглушенный. И понаблюдай за глазами.
Криса поняла, что свет на корабле, вероятно, не распознает голос Тига, так как он запрограммирован только на пассажиров и экипаж.
— Тусклый свет, — приказала она, не отрываясь от немигающих серебряных глаз.
Пристальный взгляд мужчины, которого она едва знала, и который считался опасным, заставлял её нервничать. Было что-то интимное вот так стоять над ним и смотреть в эти глаза, хотя ей уже следовало отвести взгляд. Тиг такой высокий, что их глаза были на одном уровне, даже когда он сидел, а она стояла.
У Тига странно блеснули глаза в тот момент, когда над головой засверкали лучи, проливая мягкое золотистое свечение по всему трюму. Внезапно, довольно быстро даже для её глаза, чёрная мембрана накрыла не только хрусталик и зрачок, но и белок глаза.
— Ой, — ахнула Криса и непроизвольно отступила назад. — Что это?
Его пустой, чужой взгляд гораздо больше тревожил её, чем вертикальные зрачки и серебряные глаза.
— Второе веко. Результат мутации у некоторых из нас, кто рос при свете. В неволе, — Тиг издал низкий рык.
— Но я думала, вы пришли с тёмной стороны Альхоры, — возразила Криса.
— Нет, я сказал, мой народ с тёмной стороны. Я родился на солнечной стороне. Рожден в рабстве, меня растили, чтобы служить дневному хозяину всю свою жизнь. Мы никогда не надеялись на свободу, — глубокий голос теперь стал хриплым от злости, вибрируя в его массивной груди, и Криса ощутила это всем телом.
— Это ужасно, — сказала она искренне. — Воспитан рабом, чтобы служить какому-то человеку, который не имел права владеть тобой…
— Эй? — Тиг посмотрел на неё странными чуждыми глазами, подобно паре тёмных омутов на смуглом лице. — А чем моя ситуация отличается от твоей, малышка? Разве тебя не купили и не продали, также как меня? Возможно, я единственный ношу цепи, но мне кажется, мы оба отправляемся в тюрьму.
— Я… я никогда не думала об этом, — прошептала Криса, прикрыв рот рукой.
Чем их положение разнилось? Её семья отдала её за деньги в «Дикую Розу», а академия в свою очередь продала её контракт мужчине, которого она никогда не видела. Человек, который будет владеть её душой и телом всю жизнь, после того как активируют на её шее чип, если верить Кетшиму. Криса покачала головой, не желая думать об этом.