Планета приключений
Шрифт:
Он показал на Треза.
Вновь принесенные вещи значительно отличались от тех, которые были предложены сначала, и после незначительных переделок они были приобретены, после чего друзья сразу же их надели. Дордолио все время дергал себя за усы и чуть не лопался от злости, так как не мог больше вставить ни одного замечания.
— Красивая одежда. Само собой разумеется. Но хорошо ли вы подумали? Ведь ваше поведение не будет соответствовать вашей одежде.
Тут разозлился Анахо.
— Ты наверное хочешь, чтобы мы въехали в Сеттру, одетые дураками? Одежды,
— Что ты такое говоришь? — закричал Дордолио— Беглый дирдир-человек, молодой кочевник и мифический Никто — не полный ли это абсурд запихивать таких людей в одеяния благородных господ?
Рейт засмеялся, у Анахо затряслись руки, а Трез с ненавистью разглядывал Дордолио. Но Рейт уже успел оплатить покупку.
— А теперь в аэропорт, — сказал Дордолио. — Если вы стремитесь к высшему классу, мы найдем воздушный корабль.
— Только без такой спешки, — охладил его пыл Рейт. — Должны быть и более дешевые и не так бросающиеся в глаза возможности добраться до Сеттры.
— Если кто-то по-господски одевается, то он должен и поступать, как господин.
— Мы очень скромные господа, — ответил Рейт и обратился к торговцу одеждой. — Как ты обычно ездишь с Сеттру?
— Я человек без высокого положения, — ответил тот, — и, как правило, езжу в общественном транспорте.
— Хорошо. Если ты, Дордолио, хочешь лететь на частном самолете, наши пути здесь расходятся.
— Согласен. Но мне нужно пятьсот секвинов.
Рейт покачал головой.
— Нет. Я не думаю, что могу дать так много.
— Тогда мне тоже придется ехать общественным транспортом, — вздохнул Дордолио и с этого момента стал даже как-то сердечнее.
— Вы увидите, что йао огромное внимание уделяют гармонии, гармонии в событиях и поведении Вы сейчас одеты, как люди с высоким положением, и поэтому вы должны себя соответственно вести. Тогда все будет идти само собой.
Вскоре они уже сидели в хорошо оборудованном самоходном вагоне первого класса и созерцали проплывавшие мимо ландшафты. Рейт ломал себе голову по поводу устройства этого вагона. Двигатели были маленькими, мощными и очень хорошо продуманными; но почему же сам вагон был таким громоздким? Он мог достигать скорости семьдесят миль в час на колесах с воздушными подушками, если дорога была гладкой; но если появлялась какая-нибудь небольшая неровность, она тут же жестоко отражалась на всей конструкции. На дорогах с наезженной колеей, где колеса проваливались в борозды, все сооружение угрожающе покачивалось. Создавалось впечатление, что йао были отличными теоретиками, но никуда не годными практиками.
Страна казалась более цивилизованной, чем все предыдущие, которые Рейт видел до этого на Чае. В воздухе висела слабая дымка, образующая темно-желтый шлейф, через который просвечивало солнце. Тени были темно-черными. Они ехали по лесам с сучковатыми черно-синими деревьями, мимо парков и усадеб, мимо полуразвалившихся каменных стен и деревень, в которых жилыми казались лишь половина домов. Они пересекли большое болото, затем повернули
— Страна привидений, — сказал Дордолио. — Это Ауданские болота. Ты уже слышал о них? Нет? Совершенно безрадостная местность, как ты и сам это видишь. Здесь бродят отверженные. Кроме того, здесь можно встретить фангов. А по ночам тут воют ночные собаки...
Из Ауданских болот они выехали на очень привлекательную местность. Повсюду виднелись ручьи и пруды, вокруг которых росли стройные коричневые, черные и темно-красные деревья. На островках дремали высокие дома с очень высокими фронтонами и резными решетками на балконах и фасадах. Дордолио показал на один из домов.
— Видишь ли ты эту усадьбу в лесу? Это Золотой и Карнеольный — дворец моего рода. За ним находится Хальмеор — пригород Сеттры, который, правда, еще не виден.
За большим лесом расстилались поля и, наконец, путешественники увидели башни Сеттры. Через несколько минут они остановились у вагонной станции, вышли из вагона и встали на террасе. Здесь Дордолио сказал им:
— Тут я должен вас покинуть. За той площадью вы найдете хорошую гостиницу «Овал», и туда я пошлю курьера с деньгами, которые вам задолжал.
Он откашлялся;
— Если по воле судьбы наши с тобой пути еще раз где-нибудь пересекутся, а также если тебе все-таки удастся удовлетворить честолюбие и встретиться с владыкой Голубых Йадов, то для нас обоих будет намного лучше никогда больше не встречаться друг с другом.
— Я не нахожу никакой причины, чтобы с тобой не согласиться, — вежливо ответил Рейт.
Дордолио недружелюбно на него посмотрел и отвесил формальный поклон.
— Тогда я желаю тебе всех благ.
И он решительно зашагал прочь.
— Вы вдвоем, — обратился Рейт к Анахо и Трезу, — позаботьтесь прямо сейчас о местах в гостинице для нас троих. А я, тем временем, схожу во Дворец Голубых Йадов. Если мне повезет, я успею сделать это еще до того, как туда успеет добраться Дордолио. Но уж очень он спешил.
Он сразу же нашел трехколесный мотоцикл-такси, который быстро доставил его ко дворцу. Они поехали на юг, мимо района с маленькими деревянными домами, затем мимо рынка под открытым небом, где бурлила жизнь. Переехав через старый мост и через ворота в высокой каменной стене, они въехали на огромную круглую площадь. По ее краям стояли ларьки, в большинстве своем пустые, а в середине пандус вел к возвышению с сидячими местами.
— Как называется эта площадь? — спросил Рейт у водителя.
— Это площадь Патетического Объединения, — объяснил тот. — Ты сам не из Сеттры? Рейт подтвердил его предположение, и водитель достал карту.
— Ближайшее интересное событие — это День суда. Человек убил двенадцать людей, четверо из них дети. Вся Сеттра соберется на этот праздник. Если ты еще будешь в городе, то получишь великолепную возможность доставить удовольствие твоей душе. А теперь мы уже почти приехали ко Дворцу Голубых Йадов.