План похищения
Шрифт:
— Сейчас я и не знаю, увижу ли ее когда-нибудь снова.
Он почувствовал себя жестоким, грубым, бессердечным человеком, когда увидел, как померкли ее прекрасные черты. Лицо Мэган вытянулось от ужаса. Он хотел бы утешить ее, но не знал, чем, какими словами. Пытаясь освободить свои руки, он еще больше натянул веревки, и они врезались ему в запястья, причинив адскую боль. Бен едва сдержался, чтобы не закричать.
— Вы увидите ее снова, если я только смогу вмешаться, — заверила она его.
—
— Я могу попытаться, — сказала она уверенно. — По крайней мере Молли сейчас находится в безопасности.
— А она не здесь?
— Я отвезла ее к подруге, — призналась Мэган. — Остальные думают, что она останется на ночь там, где обычно играет с другими малышами.
Он почувствовал разочарование, охватившее его.
— Значит, вы были частью махинации с самого начала.
— Нет, я… ни в коем случае не соглашалась с братом, когда узнала, что они собираются вас сюда привезти. Он стал угрожать, что, если я не соглашусь, Молли будет плохо. Я и решила увезти ее от греха подальше, пока не разузнаю, что задумал Шейн. Сейчас я рада, что сделала это.
— Предусмотрительно.
— Я привыкла заботиться о себе сама большую часть своей жизни, — сказала она с горечью. — Не думаю, что вам приводилось делать что-либо подобное.
— Вы будете удивлены, — сказал он сухо, — но у королевской жизни свои трудности. Подтверждением тому может служить мое настоящее положение.
— Я думаю, у вас всегда была теплая постель и вы всегда знали, где в следующий раз будете есть, — ответила Мэган, пропустив мимо ушей последние его слова.
— Едва ли могу с вами поспорить, — сказал Бен. — Но что касается еды…
Вдруг она побледнела.
— Ваша еда! Шейн будет спрашивать, что задержало меня так долго.
— Вы всегда можете сказать, что принц Николас пытался уговорить вас отпустить его, но вы не соглашались на все его уговоры, — предложил Бен. — К тому же вы будете не так далеко от истины.
— К тому же это значит, что вас побьют.
Бен внутренне сжался от мысли о побоях, но его лицо ничего не выразило.
— Тогда вы послужите мне еще.
— Или Шейн, а его услуги, возможно, вам не очень понравятся.
— Тогда будьте со мной заодно. Помогите мне ради вашего ребенка и принцессы Лианны.
— Нет, вы не знаете, о чем просите меня.
Мэган встала и подошла к окну. Бен наблюдал за ее грациозными движениями, чувствуя, как у него пересыхает в горле. Вопреки всему она нравилась ему. Он ничего не мог с собой поделать. Если бы они встретились при других обстоятельствах, уж он бы не упустил случая привлечь ее внимание.
Но сейчас он не мог сделать ничего. Да и не время было. Мэган его враг, и нужно помнить
А также не умаляло силы ее привлекательности, подумал Бен, чувствуя, как теплеет у него на душе при мысли о ней. Ее красота была не главной причиной, хотя ему нравилось любоваться ею. Но все же его больше привлекала ее женственность.
Правда, она думала, что он — женатый принц Николас. И Бену было непереносимо тяжело думать об этом.
Однако, хоть и неохотно, он снова взял на себя роль принца Николаса.
— Как будущий король, я приказываю тебе помочь мне, — произнес Бен.
Она повернулась, и ее ядовитый взгляд прожег его.
— Едва ли вы в том положении, чтобы давать указания.
— Ты будешь хорошо награждена, если поможешь мне.
— Сначала флиртуете со мной, теперь пытаетесь дать мне взятку. Что дальше? Попытаетесь обольстить меня?
Он тяжело вздохнул.
— Почему у меня такое чувство, что мои усилия напрасны?
— Потому что ваши усилия напрасны.
Как будто по привычке она начала убираться в маленькой комнате: поправила и разгладила занавески, смахнула пыль, сложила кое-где разбросанные игрушки, переставила предметы на туалетном столике.
Он очарованно наблюдал за ней. Она не была королевой, но двигалась с королевской грацией.
— Вы против мужчин или только против монархии? — язвительно спросил он.
Мэган замерла с тряпичной куклой в руках. Он держала ее так осторожно, будто та была ребенком.
— Монархия продержала нашу страну в покое и процветании уже тысячу лет, — проговорила она.
— Тогда остаются мужчины.
Мэган положила куклу на столик и повернулась к нему, сердито скрестив руки на груди.
— Именно из-за мужчин у меня все неприятности.
— Конечно, вы имеете в виду одного мужчину, отца Молли.
— Нет, я имею в виду всех мужчин, начиная с отца Молли и заканчивая моим братом и его так называемыми сообщниками. А теперь еще и вами.
Бену не терпелось выспросить подробности о сообщниках брата, но он чувствовал, что еще рано.
— Почему мной? — спросил он.
— Если бы не вы, я не была бы сейчас в таком затруднительном положении.
— Едва ли это моя вина, — сказал он, чувствуя крайнее раздражение, — я не просил, чтобы меня похищали посередине официальной встречи. Мое единственное преступление в том, что я тот, кто есть.
— Вот именно, — сказала она, — вы — это вы, а я — это я. Если бы вы не оказались в подобном положении, вы не уделили бы мне и части своего дня.