План Б

Ли Шарон

— Я отмечу и этот дефект, — сказал он. — Его я не мог заметить до того момента, когда ничего исправить уже было нельзя.

Разведчик кивнул и сел, спрятав кристаллический клинок.

— Совершенно верно. Как было бы с фляжкой, если бы вам попалась плохая вода.

Он фыркнул:

— Я не собираюсь пить плохую воду, разведчик.

— Да. От плохой воды не умрешь.

— А от чего я умру? — Нелирикк в упор взглянул на своего крошечного врага. — Ответь мне, командор-разведчик. Ты почтишь меня расстрельной командой? Разжалованный такого не заслуживает.

— Да, —

мягко ответил разведчик. — Я знаю.

Снова наступило молчание, и его опять нарушил разведчик:

— Но что с вами случилось? От исследователя до разжалованного…

— Что со мной случилось? Ты со мной случился! Что еще может произойти с солдатом, который пережил позор плена?

Нелирикк начал растирать затылок, пытаясь избавиться от головной боли.

— Служба безопасности рекомендовала смертную казнь. Но Командование решило, что у меня еще могли остаться знания, полезные Отрядам, пусть я и трус. — Он посмотрел на разведчика, неподвижно сидящего на ящике. — Десять циклов без службы. Я ел после всех солдат, говорил, только когда ко мне обращались, меня старались проиграть друг другу капитаны! Десять циклов черной работы и пинков, и запрета бывать на мостике — и все потому, что ты со мной случился! Тебе надо было перерезать мне горло десять циклов тому назад, лиадиец. Будь солдатом и сделай это сейчас.

Разведчик смотрел на него, и на его гладком лице ясно читалось изумление.

— Ты доложился, — выдохнул он тихо — так тихо, словно обращался к самому себе, вот только слова были икстранскими, как и последовавший за ними крик: — Да проклянут боги твою глупость, парень! Зачем тебе понадобилось об этом докладывать?

Нелирикк окаменел.

— А что еще следовало делать солдату?

— Кто я такой, чтобы знать, что делает солдат? А вот исследователь включает свои мозги и в первую очередь думает о своем долге.

— Ты, — предположил Нелирикк с открытой иронией, — не доложился.

— Чтобы меня на несколько лет приковали к планете, пока не выкачают из меня все детали случившегося? А тем временем чтобы мои способности пропадали даром? Меня готовили как исследователя и открывателя планет. Быть меньшим — не выполнять эту работу — означало бы не исполнить мой долг перед моими учителями.

Гнев захлестнул его неожиданно: он увидел его отражение во внезапно расширившихся ярких глазах разведчика. Какая напрасная трата! Этих лет позора могло бы не быть! Он мог провести Отряд на дюжину новых миров. Он мог…

Он глубоко вздохнул и снова сфокусировал глаза на разведчике, почти с одобрением отметив, как по-солдатски тот сидит на своем посту: глаза настороженные, руки наготове. Можно подумать, это помогло бы ему против массы и силы Нелирикка!

— Не доложив о случившемся, — сказал он, — ты подверг опасности своих учителей и своих близких. А что, если они обоснуются на той планете, которую открыли мы вместе, а кто-то из Отряда сделает то же самое?

— В моем докладе говорилось, что я обнаружил по крайней мере одного представителя потенциально разумной расы, — ответил разведчик. — И я рекомендовал, чтобы по прошествии одного поколения планету

обследовали снова.

— Ты же знаешь ту планету, разведчик! Там больше не было разумных… — Нелирикк внезапно поперхнулся: до него дошел смысл услышанного. — Меня?

— Тебя, — спокойно подтвердил разведчик. — Мне и в голову не приходило, что ты не поступишь так же.

— Значит, в этом между нами различие, — тяжело проговорил Нелирикк. — Я думал только о том, чтобы выполнить мой долг и доложить обо всем Отряду. — Он поднял голову. — Убей меня, командор-разведчик.

Разведчик встряхнул головой, и непокорные темные волосы упали ему на глаза.

— Что до этого, — ответил он, — то я должен поговорить с моим капитаном и получить дальнейшие приказы.

Он распрямил ноги, спрыгнул на пол — ловко и бесшумно, словно белка — и направился к двери, пройдя почти в пределах досягаемости Нелирикка.

— Позаботься о своем клинке, будь добр, — проговорил он, нажимая кнопку на двери. — Я поговорю с моим капитаном и вернусь.

Дверь открылась, и разведчик проскользнул в нее, оставив Нелирикка одного с его оружием.

Дверь позади него встала на место. Янтарная лампа наверху ярко горела.

— Запечатано, — сказал охранник, и вокруг него раздались голоса — неожиданные и дезориентирующие, словно заряд града.

На лиадийском: Эроб и тель-Вости. На земном: Джейсон. И все о своем:

— Ну, что он сказал?

— Информация полезная?

— Они собираются атаковать через заповедник?

— Отлично сработано, превосходно!

— Мы уже можем избавиться от этого существа?

Вал Кон глотнул воздуха, огромным усилием удержал мысленное равновесие и быстро прошел Радугу. Рассортировав толпу, он нашел Мири: она стояла у монитора, серьезная и молчаливая. Он прикоснулся к ее мелодии у себя в голове, улыбнулся, поймав ее взгляд, а потом гневно взглянул на надоедливых остальных и взмахнул рукой, требуя тишины.

Она немедленно наступила — и он облегченно вздохнул.

— Проект требует времени, — проговорил он на торговом, чтобы не повторяться. — Следует учесть все обстоятельства.

Он взглянул на громадного ауса поверх головы Делма Эроб.

— Командор Кармоди, у вас есть планы относительно содержания пленного?

Джейсон рассмеялся.

— Содержания? Ты меня на два шага опередил, сынок. Я просто думал, что ты сможешь вытянуть из него что-нибудь полезное.

— Может, и смогу, — сказал Вал Кон. — Однако в последнее время его отряд плохо о нем заботился. Если бы я мог…

— Дьявол, готов биться об заклад, что он голоден, как оттаявшая после зимовки лягушка! Парень таких размеров должен есть столько же, сколько ем я. Ну-ка… — Он похлопал себя по накладному карману брюк, извлек оттуда четыре упаковки с рационом и бросил их Вал Кону. Секунду подумав, он отстегнул и свою фляжку. — Не сомневайся: эти фильтры в порядке.

Вал Кон поклонился и услышал, как Делм Клана Эроб тихо ахнула: несомненно, ее шокировало, что член Клана Корвал мог признать столь большой долг по отношению к простому землянину.