План Б. Дерзаю
Шрифт:
— Спасибо, я цел и невредим, — заверил ее Шан. И улыбнулся.
Маневр с переворотом сработал именно так, как он надеялся. Спасательная шлюпка упала примерно на 12 метров и приземлилась в нужном положении на каменистом выступе перед карьером — почти без повреждений. Пилот получил серьезную встряску и позже будет иметь синяки, но скафандр и сеть безопасности приняли на себя основную часть удара. Назвать это «цел и невредим» в нормальных условиях было бы преувеличением, но все-таки не выходило в область фантазии.
Землянка кивнула
— Свяжись с ними и сообщи, что мы его доставим.
Тот забросил винтовку за спину, снял с пояса коммуникатор и сказал в него:
— Патруль из карьера. Мы нашли пилота, он цел. Ведем. После чего он прижал приборчик к уху, хмуро что-то выслушал, отключил его и снова подвесил на ремень.
— Субкомандор хочет с ним поговорить, — сказал он своей напарнице.
— Ясно, — ответила она и кивнула Шану. — Ладно, друг. Давай прогуляемся.
Глядя на ее винтовку, Шан замешкался. Женщина поменяла позу — и мгновенно растеряла всю свою приветливость. Он поднял руки в перчатках, демонстрируя, что они пусты и он никому не угрожает.
— Прошу меня простить! Я не хочу заставлять вашего субкомандора дожидаться, но дело в том, что я отстал от моего корабля и имею все основания полагать, что будет сделана попытка связаться со мной — как только станет ясно, что мой корабль перестал двигаться. Мне следует остаться здесь, чтобы получить послание, когда оно придет.
Женщина покачала головой.
— Извини, приятель. Субкомандор Критулкас желает тебя видеть, и нам приказано тебя привести. Мне не хотелось бы простреливать тебе колено и тащить тебя самой, но если будешь настаивать, это можно сделать и так.
Шан опустил руки, сделал глубокий вдох, чтобы подавить волну тревоги, отложив все беспокойство на будущее.
— И мне не хотелось бы так вас затруднять. Конечно же, ведите меня к субкомандору Критулкасу.
Субкомандор Критулкас оказался кислолицым мужчиной с седыми волосами и протезом вместо правой руки. Он сверкнул глазами на Шана, стоявшего между двумя патрульными, потного и запыхавшегося от быстрой ходьбы. Тяжелые скафандры не рассчитаны на прогулки по лесам.
— Что еще? — спросил он, переводя свой гневный взгляд на землянку.
Женщина отдала честь.
— Он сказал, что отстал от своего корабля, сэр, и ждет, что с ним свяжутся.
Критулкас кивнул.
—Скажи связисту, чтобы прислушивался. — Он посмотрел на Шана.
— Нам что-нибудь передать от тебя? Он невозмутимо рассматривал его.
— Что я в безопасности и среди друзей.
— Ты так думаешь? — Он снова посмотрел на солдата-землянку. — Передай, если будет вызов. Свободны.
Солдаты отдали честь и исчезли, оставив Шана одного под гневным взглядом субкомандора.
Критулкас вздохнул и уселся на край стола, скрестив руки на груди.
— Ладно. Начнем сначала. Имя и чин. Если он есть.
— Шан йос-Галан,
— Военного корабля? — переспросил он, качая головой. — Что-то ты не похож на военного. Впрочем, на лиадийца ты тоже не похож. — Он пожал плечами. — Ну ладно. Что ты здесь делаешь, капитан?
— Мой корабль получил повреждения, и я отстал от него во время атаки икстранцев, начавшейся во время внешних ремонтных работ.
Он кивнул.
— Это раз. Теперь вернись на шаг назад и скажи мне еще одну вещь. Почему твой военный корабль оказался в этой системе?
Шан со вздохом расправил плечи внутри жаркого тяжелого скафандра. Ему решительно не хотелось отвечать на вопросы этого резкого, ехидного мужчины. Ему хотелось принять душ. Ему хотелось вернуться к своей спутнице жизни, своему кораблю и привычной рутине торговли. И все это у него не было надежды получить в обозримом будущем — если он вообще это когда-нибудь снова получит. Вот только на душ можно надеяться, если он будет вежлив и ответит на вопросы субкомандора.
Итак.
— По семейным делам. Мой клан состоит в союзе с Кланом Эроб, и у меня были основания полагать, что здесь находится мой брат.
— Вот как? Имя?
— Вал Кон йос-Фелиум.
Шан пристально наблюдал за выражением лица субкомандора, но не уловил на нем и тени узнавания.
— Я с таким не встречался. Ты уверен, что он здесь?
— Я абсолютно убежден в том, что он здесь, — заявил ему Шан.
Воспоминание о щемяще знакомой мелодии, звучавшей с предупредительного маяка Эроба, было настолько живым, что на глазах у него выступили слезы. Он моргнул и сказал мрачному Критулкасу:
— Может, другое имя будет вам знакомо? Мири Робертсон? — Субкомандор Критулкас кивнул.
— Ладно, капитан. Вот что я скажу. Мне все равно надо переправить тебя высшему командованию: именно там у нас есть люди, которым будет очень интересно узнать, что творится наверху. Мы здесь послушаем твою шлюпку и дадим знать на твой корабль, что ты «среди друзей».
Тут его губы чуть скривились: возможно, это была улыбка.
— А пока у нас через четыре часа должна пройти смена. Тебе как раз хватит времени, чтобы помыться, поесть и вздремнуть. Под охраной, как понимаешь: будь я проклят, если поверю, что ты — военный. И я не собираюсь ставить под угрозу моих людей.
Первая забота командующего — это благополучие подчиненных. Мнение Шана о кислолицем субкомандоре резко повысилось. Он кивнул.
— Я все понимаю, сэр. Спасибо.
Он хмыкнул и громко крикнул, вызывая какого-то Дастина. Невысокий землянин пришел со своего поста у входа в палатку и отдал честь.
— Да, сэр?
Критулкас ткнул пальцем в сторону Шана.
— Отведи этого парня переодеться и взять пару бутербродов. Потом пусть помоется и поспит в лазарете. Не выпускай его из виду и вовремя приведи на построение перед сменой.