План Атаки

Браун Дэйл

Пилот начал стягивать анти-ослепительные шторки со стекла. — Хочу проверить, если ли гриб или признаки взрыва. Второй, береги глаза. — Пилот осторожно поднял шторку на несколько сантиметров. Никаких признаков ядерного взрыва. — Ничего! Как это могло случиться?

— Мне выпустить по Симии две оставшиеся ракеты?

— Мы должны сохранить две последние ракеты для целей, с которыми столкнемся на пути назад, — напомнил ему пилот. — А также сохранить неизрасходованные ракеты на случай непредвиденных обстоятельств. — Однако, Симия была очень важной целью, подумал он. — У нас есть ведомый,

который может отменить удар по своей цели и выпустить две ракеты по Симии, тогда у обоих бортов останется по две ракеты. Это лучше, чем один с четырьмя ракетами и один без ничего.

— Понял тебя. Второй, это ведущий, атаковать Симию двумя. Наши ракеты дали сбой.

— Вас понял, переходу в строй левого эшелона, — так как ракеты должны были идти на юг, второй «Блэкджек» занял позицию слева от ведущего и приготовился запустить две Х-15 по Симии.

— Zagavn» at! — Выругался пилот. — В чем мы могли так накосячить?

— Мы все сделали правильно, — ответил бомбардир. — Не знаю. Возможно, электроника не выдержала слишком долгого полета на малой высоте. Возможно, был сбой взрывателей.

— Системы ПВО на Симии?

— Ничего, — уверенно заявил оператор РЭБ.

— И даже если бы так, даже «Пэтриотам» было бы трудно перехватить Х-15, - сказал оператор вооружения. — Они летят быстрее и ниже, чем…

— Uyobyvay! — Внезапно выругался второй пилот. — Какого черта это было? [94]

Пилот тоже увидел это — желто-голубой луч, пронесшийся мимо лобового стекла со скоростью луча света, за исключением того, что оставил после себя белый, насыщенный водяными парами след.

94

Какого черта это слово приобрело такое значение — хороший вопрос.

— Это что, зенитная ракета?

— Не фиксирую работы высотомеров или радаров в режиме наведения, — сразу ответил оператор РЭБ. — Экран чист, не считая обзорного радара надводной цели, направление одиннадцать, удаление десять.

— Траулер нас подсвечивает?

— Это не радар ЗРК, это просто…

В этот момент они услышали громовое БАХ! заставившее задрожать весь самолет — очень резко, словно неожиданная турбулентность посреди ясного неба.

— Экипаж, доклад! — Скомандовал пилот, натягивая на лицо кислородную маску. — Все на кислород!

— Ударное, зеленые горят.

— Оборонительное, зеленые горят.

— Второй пилот, зеле… Стоп, падение давление во втором фюзеляжном баке, — доложил второй пилот, считывая показания приборов. — Давление упало до десяти килопаскалей… Уровень топлива падает. Начинаю перекачку в основной фюзеляжный и главный крыльевой баки.

— Повреждения?

— Никак нет, но давление в топливоной…

В этот момент раздался еще один оглушительный удар. Воздух в кабине мгновенно затянуло, словно из ниоткуда образовался густой туман. Пилот услышал, как его дыхание стало звучать похоже на собачий лай.

— Что это было?! Проверка! Доклад!

— Господи! — Закричал оператор РЭБ. — О, господи!

— Что такое? Доклад!

— Игорь, бомбардир…. Боже, в него попало…

Господи, все его тело взорвалось! — Кричал оператор РЭБ по ВПУ. — Я услышал второй удар, посмотрел, и… О, господи, его пополам разорвало! Что-то ударило в нижнюю часть кабины и разорвало Игоря на куски!

— Второй?

— Взрывная декомпрессия, два генератора переменного тока отключились, ощущаю вибрацию фюзеляжа, — ответил второй пилот.

— Самолет мой, — сказал пилот. — Ухожу на север. — Он переключил гарнитуру. — Второй, это ведущий, похоже, нас достали зенитным огнем. Начинаю маневр уклонения на север.

— Ведущий, мы в тридцати секундах от зоны пуска, — ответил пилот второго «Блэкджека». — Угроз не наблюдаем. Остаемся на курсе и выходим в точку встречи после…

В эфире стало тихо.

Пилот подался вперед в кресле, чтобы посмотреть влево настолько, насколько мог — и увидел, как второй «Блэкджек» опрокинулся хвостом вперед. Пламя охватило бомбоотсек, горящие крылья начали разваливаться. — Твою мать, второй сбит! — Крикнул он. — Он горит! — И дернул ручку управления вправо. — Уходим!

* * *

— Он разворачивается, Топ — не дай ему уйти, — радировал Хэл Бриггс.

— Вижу, сэр, — сказал мастер-сержант Крис Уолл. Он стоял на крыше реактивного конвертоплана MV-32 «Пэйв Дашер», покачивающегося на волках Берингова моря в девяноста километрах к северу от острова Симия. Уолл, вместе с еще одним спецназовцем в броне «Железный дровосек» и еще восемь в передовой обычной броне находились в грузовом отсеке конвертоплана, мчавшегося над Беринговым морем к точке, где, по их расчетам, они могли перехватить российские ударные самолеты, возвращающиеся с Аляски для удара по Симии. Затем MV-32 развернул аварийные спасательные плоты, напоминающие один гигантский плот, окружающий всю нижнюю часть самолета, и опустился на поверхность Берингова моря.

Уолл четко отслеживал цель в электронном визоре брони «Железный дровосек», показывающий, как российский бомбардировщик «Блэкджек» заложил крутой левый доворот. На дисплее также появилась отметка, указывающая расчетную точку встречи с целью гиперзвуковых электромагнитных снарядов рельсовой пушки. Экзоскелет с микрогидравлическими приводами, встроенный в силовую броню «Железный дровосек» позволял ему легко следить за бомбардировщиком, держа в руках оружие массой двадцать шесть килограммов. Он навел оружие на радарное изображение бомбардировщика, такое же четкое, как обычный солдат в прицеле основного боевого танка «Абрамс».

— Выстрел, пять! — сказал он и нажал на спуск. Электромагнитный импульс отправил аэродинамический снаряд из обедненного урана массой три килограмма на скорости свыше шести тысяч метров в секунду. Тепло, выделяемое при движении снаряда в атмосфере, превратило его в сине-желтую струю раскаленного металла, но воздушный поток, возникающий при движении на гиперзвуковой скорости, удерживал комок единым целым, оставляя за снарядом длинный след горячего пара. От удара в «Блэкджек» поток расплавленного урана охлаждался и тормозился. Удар привел к тому, что снаряд распался, ударив по фюзеляжу тысячами красных гранул раскаленного урана, словно огромный заряд дроби.