Пламя свечи

Холл Линда

Машина затормозила перед ее домом. Жан-Люк заглушил мотор и повернулся к Натали.

— Если бы ты рассказала мне обо всем, что тревожило тебя тогда, я бы вел себя иначе, — печально проговорил он.

— Я знаю, что ты попытался бы.

Жан-Люк всегда был рядом, когда ей требовалась помощь. Но в этой ситуации она должна была принять решение сама, а не перекладывать свои проблемы на чужие плечи.

— Неужели ты ничего не замечал? — тихо спросила она.

— Я видел, что

ты подавлена. Мне и самому все это не очень нравилось. Но я считал, что вмешиваться в женские дела… Эти недели перед свадьбой были сумасшествием. Тот азарт, с которым родители пытались превратить интимное дело в самый занимательный аттракцион года, был невыносим. У нас действительно не было времени друг для друга.

Он замолчал, внимательно вглядываясь в лицо девушки.

— Но тебе не следовало молчать, — продолжил он. — Если ты чувствовала себя несчастной, то должна была прийти ко мне. Вместе мы обязательно бы выбрались из замкнутого круга.

Да, он бы сумел осторожно и искусно провести ее через рифы сомнений и тревог. Всю свою жизнь Натали ощущала б его надежное плечо и крепкие руки. Но она решила, что должна сама научиться справляться со сложными ситуациями, которые подкидывает ей жизнь. Она хотела научиться жить ни на кого не опираясь.

— Я должна была разобраться во всем сама, — упрямо сказала Натали.

— Достаточно экстравагантным способом, однако, — процедил он сквозь зубы.

Его лицо побледнело, глаза горели, губы сжались в твердую линию. Натали поняла, что он сдерживается из последних сил, чтобы не обрушить на нее всю накопившуюся за эти годы злость. Жан-Люк пытался разобраться в том, что произошло, но они с Натали не понимали друг друга. Он не был женщиной. Ее аргументы ему казались мелкими и убогими. Какие-то волнения души и сомнения не должны были разрушать хорошо спланированную судьбу.

— Прости меня, — сказала Натали. — Я виновата в том, что выбрала именно этот способ. Но другого у меня просто не было.

Она открыла дверцу машины и опустила ноги на тротуар.

— Спасибо, что подвез меня, — улыбнулась Натали и покинула машину.

Она надеялась, что мучительная встреча подошла к концу, но ошиблась. Жан-Люк вышел из машины вслед за ней и подошел к воротам.

— Похоже, что твои еще не вернулись. Не пригласишь меня? — спросил он.

Всем своим видом он демонстрировал, что для него разговор не закончен. Натали вздохнула и стала доставать ключи. Ей не хотелось, чтоб кто-то из прислуги увидел их вместе, поэтому решила, что будет лучше, если она тихо войдет в дом. Жан-Люк проводит ее и удалится.

Когда они открыли дверь в гостиную, Натали замешкалась в поисках выключателя. Она вдруг поняла, что именно так нервирует ее. Темная большая фигура Жан-Люка заслоняла дверной проем. Он был совсем рядом. В тишине спящего дома она слышала его тяжелое

дыхание. Ее спутник подошел ближе, пытаясь помочь. Их пальцы встретились…

Жан-Люк сжал ее руку, оторвал от стены и потянул Натали к себе. Они стояли в дюйме друг от друга в темноте и безмолвии. Натали чувствовала тепло и мощь его тела. У нее закружилась голова.

Похоже, он хочет поцеловать меня, подумала девушка.

У нее сбилось дыхание и пересохли губы. И в этот момент его рот жесткий и безжалостный завладел ими.

Это было совсем не похоже на их прежние поцелуи. Голова ее запрокинулась, тело обмякло. Он яростно атаковал ее чувства, и ответное желание, смешанное с ужасом, волной пробежало по ее телу, вызывая дрожь.

Натали напряглась, пытаясь освободиться. Робкая попытка бегства произвела обратный эффект. Жан-Люк еще крепче прижал ее к себе. Она вдруг поняла, что одежда, которая должна бы защищать, не является преградой: они чувствовали бы тела друг друга и сквозь скафандры.

Манто упало к ее ногам. Тонкая шерсть платья была горячей. Жан-Люк понимал, что может сейчас сделать с ней все, что угодно. Натали была в его руках, в его власти. Она не могла противиться зову природы, самому естественному и абсолютно искреннему.

Его губы спустились к шее, затем он стал целовать ямочку под ключицей. Рука тяжело и уверенно легла на грудь.

— Так ты говоришь, я не хочу тебя? — как сквозь вату, услышала Натали его горячий шепот.

Люби, люби меня! — кричало все ее существо, но она напряглась и вырвалась из его рук.

Но тут начался кошмар, словно все демоны ада вырвались наружу.

Натали не сразу сообразила, что этот душераздирающий визг издает сигнализация.

Жан-Люк выругался, убрал руки и отступил на шаг, оставив ее совершенно растерянной, еле стоящей на ногах.

— Где, черт возьми, распределительный щит? — спросил он, пробуя перекричать рев сирены.

Натали заставила себя собраться и найти выключатель. На этот раз ее рука нащупала его моментально. В доме стало светло.

— Сразу за дверью, — громко крикнула она, и они оба выскочили в холл.

Натали лихорадочно ввела код.

Вой немедленно прекратился, и наступившая тишина показалась равносильной грохоту — так же давила на уши. Натали перевела дух и повернулась в Жан-Люку:

— Я забыла ее отключить.

При ярком свете его лицо показалось девушке незнакомым и пугающим. Щеки запали, а зрачки расширились. Он коротко хохотнул:

— Чудесное спасение, не правда ли? Мы были у края пропасти.

— Может, ты и у края. — Она вздрогнула от холода, просквозившего в его голосе. — Тебе не приходит в голову, что меня это не касается?

Взгляд его стал еще резче и остановился на расстегнутых пуговицах ее блузки. На этот раз ее смех разозлил его: