Пламя страсти
Шрифт:
Дейн наконец оторвался от губ Мариэль и несколько мгновений пристально изучал ее лицо.
— Я вернусь вечером, — пообещал он. — Ты и не заметишь моего отсутствия.
— Хорошо. Поторопись, ты уже опаздываешь на самолет. — На секунду Мариэль показалось, что они прощаются как уже давно женатая пара, и по ее лицу скользнула горькая усмешка. — Счастливого полета.
— Я тебе позвоню.
За прошедшую неделю им не слишком часто удавалось побыть вместе, ведь им обоим нужно было много работать.
Если они вечером выходили в свет, за ними по пятам следовала пресса. Они были самой популярной парой наступившего года, их фотографии постоянно мелькали на страницах газет и журналов. Репортеры продолжали вопрошать, как долго Дейн сможет сохранять статус Холостяка Года, но он лишь таинственно отмалчивался, никак не отвечая на их вопросы об их с Мариэль отношениях. Они ходили на ночные прогулки по пляжу, расслаблялись в бассейне, много разговаривали. В общем, занимались тем, чем занимаются обычные влюбленные пары.
А каждую ночь он приходил к ней в комнату, и они любили друг друга со всей страстью, на которую были способны и которая совершенно не угасала с течением времени.
Периодически Мариэль посещала мысль о том, что однажды эта прекрасная сказка подойдет к концу и их пути разойдутся, но она гнала ее от себя, стараясь наслаждаться каждым днем, проведенным вместе с Дейном.
Еще ее волновало, что Дейн не может преодолеть свои детские страхи и отворачивается от своей семьи. Она знала, что раньше у них с отцом были сложности, но при их последней встрече в глазах Даниэля читалось искреннее раскаяние, так почему же Дейн не хочет дать ему еще один шанс?
Однажды ночью Мариэль лежала в постели, смотрела в потолок и не могла заснуть. Она встала, накинула халат и отправилась на кухню. Там Мариэль налила себе стакан молока и вышла в сад подышать прохладным ночным воздухом и подумать. Дейн — сильный, гордый и независимый мужчина. И очень упрямый. Слишком упрямый, чтобы признать, что ему необходимо то же, что и всем остальным простым смертным, — семья.
— Что ты там делаешь?
Обернувшись, Мариэль увидела стоящего в дверном проеме Дейна.
— Думаю, — ответила она, подходя ближе и кладя голову ему на плечо. — Просто думаю.
— Мне тоже не спится.
Его руки сомкнулись на ее талии. Еще с детства Дейн легко угадывал настроение Мариэль, но сегодня. Что привело ее сюда в такое время? Может быть, он чем-то обидел ее вчера? Нет, Мариэль не из тех, кто может надолго затаить обиду, — если бы что-то случилось, она бы сказала ему об этом. Он нежно прижал ее к себе. Его чувства к Мариэль не были похожи на то, что он испытывал к женщинам, с которыми обычно проводил время. Словно они стали чем-то большим, чем просто любовниками.
Нет, это невозможно! Он не хотел ранить Мариэль, она слишком много для него значит.
Сквозь
Дверь автомобиля открылась, и оттуда показались две хорошенькие ножки в желтых туфлях на высоком каблуке. При одном взгляде на них по телу Дейна пробежала сладостная дрожь. Черные волосы Мариэль были забраны в хвост и перевязаны желтой резинкой. Со стороны казалось, что машину она подбирала к сегодняшнему наряду, еще одному коротенькому летнему платьицу, вместе с остальными аксессуарами. В руках она держала большую коробку из кондитерской «Шоколадный выбор» и выглядела такой сладкой и притягательной, что Дейн почувствовал, как в нем разгорается желание отложить ее сюрприз на потом, отвести ее в спальню.
Но все игривые мысли покинули его, когда он увидел собственного отца, вылезающего из машины. Господи, а он-то что здесь делает? Замерев в дверном проеме, он смотрел, как Даниэль и Мариэль идут к нему по дорожке. У Дейна было такое ощущение, словно в его груди застрял огромный ком чего-то холодного и вязкого. Заставив себя успокоиться, он открыл дверь перед Мариэль, попуская ее и гостя в дом.
— Дейн, — Мариэль начала говорить еще до того, как он успел вставить хоть слово, — я встретила в городе твоего отца. Я помню, как сильно вы оба любите шахматы, и подумала, что ты будешь не против сыграть с ним пару партий. Может, сможете узнать друг друга поближе.
Взгляд Дейна медленно переместился с умоляющего лица Мариэль на отца.
— Папа.
— Здравствуй, Дейн. Мариэль пригласила меня зайти, но, если ты против, она тут же отвезет меня домой.
Избегая смотреть в глаза Мариэль, Дейн пытался побороть искушение сказать, что так им и следует поступить. Но это бы разбило ей сердце.
— Что ж, раз ты уже здесь. Ты еще пьешь или уже бросил? — спросил он отца, садясь на софу.
— Я бы не отказался от пива, спасибо.
Пытаясь разрядить атмосферу, Мариэль включила тихую музыку, а затем растерянно огляделась:
— Что ж, пожалуй, я оставлю вас наедине.
— Не так быстро. — Дейн поймал ее за руку и утянул за собой на кухню. Когда они оказались вне пределов слышимости Даниэля, он развернул ее лицом к себе. Ее яростный взгляд обжигал. Она на него злилась? — Что это ты делаешь? — прошипел он.
— Я забочусь о тебе, Дейн. Отец нуждается в тебе, и ты нуждаешься в нем не меньше. Я подумала, что дружеская игра в шахматы может стать неплохой попыткой возобновить родственные отношения.