Пламя страсти
Шрифт:
— Крысы уже забрались в зерно.
— И вы полагаете, что сможете их прогнать оттуда?
Разгладив ладонями подол юбки, хозяйка Эшлингфорда смущенно посмотрела на Лайма.
— Если мешки отодвинуть от стены, то крысам негде будет прятаться. Именно так я сохраняла припасы в Розмуре. И, разумеется, при помощи дюжины котов.
Взгляд мужчина остановился на ее губах.
— Хорошая мысль, — задумчиво проронил он. — Но зачем передвигать тяжести самой? Я пришлю сюда слуг.
Джослин не отводила глаз от
— И еще мне понадобятся коты, — стараясь скрыть волнение, поспешила добавить она.
Завороженно глядя на нее, Лайм согласился.
— Уверен, их найдут без труда. — Почти не осознавая, что делает, барон поднял руку и провел кончиком пальца по ее нижней губе. — Вы работали слишком усердно. — Он показал ей грязное пятно, оставшееся на пальце.
Убедившись в том, что намерения у мужчины совсем другие, нежели она полагала, Джослин чуть не рассмеялась. Она бы, пожалуй, засмеялась, но в следующее мгновение ее осенила догадка.
— Вы уезжаете? — вполголоса спросила вдова.
Лорд Фок бессильно опустил руку.
— Да. Уезжаю.
— Но ведь вы провели в Эшлингфорде чуть больше дня.
— Да. Но сейчас я нужен в Торнмиде. Если известие о чуме еще не достигло пределов баронства, то достигнет в ближайшее время.
Женщине хотелось закричать, что он нужен и здесь, в Эшлингфорде. В ее душе бушевала буря возмущения.
— Надвигается ночь. Вы могли бы покинуть замок утром, — с притворным спокойствием сказала она.
Лайм печально покачал головой.
— Нет, мне следовало отправиться в дорогу еще несколько часов назад.
Он уезжает! Джослин ощутила ноющую боль в груди. Но, возможно, так будет лучше. Лучше для них обоих. В противном случае она нагрешила бы еще больше.
— Я вернусь через пару недель, — успокоил ее лорд Фок. — Если потребуется передать мне письмо, вы можете сделать это через гонца, которого посылает сэр Хью.
— Хорошо. Я так и поступлю, — согласилась она, не представляя, что могла бы написать в письме Лайму.
Тем временем рыцарь отвязал от пояса кошелек.
— Сэр Хью сейчас спит. Когда он проснется, передайте ему, пожалуйста, деньги.
Хозяйка Эшлингфорда взяла кошелек из его рук.
— Этих монет хватит на месяц, — объяснил Лайм.
Джослин перевела взгляд на кошелек. Судя по весу, в нем находилась приличная сумма.
— Я обязательно передам деньги сэру Хью.
Наступившую напряженную паузу первым нарушил мужчина.
— Вы напуганы?
Вдова тяжело вздохнула. Она никогда не умела скрывать свои чувства и мысли. Подняв голову, женщина мужественно встретила его взгляд.
— Вы же знаете, что у нас даже нет священника, чтобы, согласно обычаю, исповедовать и хоронить тех, кому суждено умереть.
— Я приказал сэру Хью послать гонца за отцом Уорреном. Я уверен, что как только
Джослин почувствовала некоторое облегчение. По крайней мере, хоть одной заботой меньше.
— Благодарю вас, — заставив себя улыбнуться, проронила она.
Нахмурившись, Лайм несколько минут напряженно вглядывался в ее лицо, затем взял ее за руку.
— Дайте мне обещание, Джослин.
Встрепенувшись, она заглянула ему в глаза. Нежность, которую они излучали, потрясла ее до глубины души. И привела в смятение. Что он имеет в виду?
— Какое обещание?
Мужчина наклонился к ней.
— Обещайте мне быть сильной. Не позволяйте жителям Эшлингфорда увидеть, что вы боитесь. Иначе они потеряют голову от страха. Теперь вы — их госпожа, и, как только у подданных возникнут малейшие сомнения или неуверенность, они обратятся за поддержкой к вам. В их глазах вы должны выглядеть сильной. Это важно и для Оливера. Вы обещаете мне?
Чувствуя, что любовь к Лайму сильнее страха смерти, Джослин согласилась.
— Я сделаю то, о чем вы просите.
Он прочел на ее лице то, что она старалась прятать глубоко в душе.
— Вы любите меня, Джослин? — прямо спросил рыцарь.
Женщина осознавала, что ей следовало стыдиться подобного вопроса, однако она не испытывала стыда. Напротив, вопрос Лайма казался ей вполне естественным. Не вымолвив ни слова, она медленно кивнула головой.
Глубоко вздохнув, лорд Фок нагнулся и нежно поцеловал молодую вдову в щеку.
— Не забудьте о данном обещании, — напомнил он и, повернувшись, удалился.
Лайм оглянулся назад. Впервые, покидая Эшлингфорд, он сделал это. Соблазн был настолько велик, что даже старая примета, в которую верили ирландцы (а именно их кровь текла в его венах) не смогла удержать рыцаря.
Одна-единственная мысль не давала ему покоя, пока он выезжал за ворота замка: смотрит ли Джослин ему вслед. Видит ли она из окна своей спальни, как он в сопровождении рыцарей пересекает двор и покидает замок? Или, может, она все еще находится в подвале, где, дав волю чувствам, безутешно рыдает?
Испытывая непривычную щемящую боль в груди, лорд Фок направил коня по дороге в Торнмид.
Глава 20
Чума пришла в Англию с юга, куда отправились в надежде на лучшую жизнь большинство людей из Торнмида. Теперь, подгоняемые страхом, они с готовностью возвращались обратно в баронство, думая найти там спасение от смертельной болезни.
Однако их надежды не оправдались, потому что эпидемия с быстротой ветра распространялась на север. Лайм ожидал появления первых больных в поместье со дня на день. Ему предстояло удержать людей там, где они родились и жили, и не позволить им уйти дальше на север.