Пламя Силаны
Шрифт:
— Лиам, — кивнула ему Илана, а Рейз не поверил своим ушам.
— Это Лиам? — наверное, стоило бы промолчать, но не получилось.
— А ты против, папаша? — пацан паскудно усмехнулся, и в наглости он явно мог дать фору тому мужику, с которым Рейз сцепился на входе.
Илана снова улыбнулась и даже не подумала одернуть щенка.
Что она там про него врала? Лучше обучен, да?
Кажется, недоверчивый взгляд Рейза она истолковала правильно, потому что сказала:
— Лиам очень юн. Пока я прощаю ему некоторые
Ирбис с ними, с вольностями. Чем она думала, выставляя сопляка на поединок? Его же угандошат в первом же бою. И главной его вольностью станет пюре и манная каша, когда зубов не останется — Рейз собирался их выбить. Хотя бы парочку.
— Да и плевать, тетенька, — в какой-то момент показалось, что щенок и правда сплюнет прямо под ноги своей хозяйке. — Ты, главное, выполни уговор, а там разберемся.
— Многие, кто недооценивал его, поплатились за это, — спокойно, словно бы ничего не замечая, сказала Рейзу Илана.
— Да, я уже вижу.
Больше всего Лиам напоминал Рейзу излишне смазливую помесь ангела с одуванчиком. Если там, под рукавами туники и под доспехом и были мускулы, разглядеть их не получалось.
— Побольше уважения, папаша. Как бы потом хныкать не пришлось.
Кажется, Рейз в его возрасте не был таким наглым. Или был, но его хотя бы за это били.
— Ну и дети пошли, — сказал он Илане, намеренно игнорируя ее гладиатора, потому что глупо было собачиться со щенком.
— В бою мне это повтори, — буркнул Лиам. — А то языком чесать много ума не надо.
— А это смотря кому и где чесать, — бездумно ответил Рейз и заткнулся, вспомнив мужика у входа. — Нет, знаешь, а ты прав. Лучше я просто размажу тебя на Арене.
— Размазывалка отвалится.
К счастью, на этом щенок и заткнулся, и Илана повела их дальше. В Белый Зал.
Мелеза встретила их у входа, рядом стояла Силана и держала в руках ошейник и поводок.
Почему-то именно этот ошейник Рейз и заметил первым — тяжелую, утыканную шипами кожу, прочный широкий ремень, массивное железное кольцо. Будто на волка.
Под ложечкой противно заныло, захотелось развернуться и уйти.
И Силану было не узнать. Мелеза одела ее в красное, уложила волосы и вплела в них причудливые железные украшения — как корону из клинков. Накрасила глаза, и они казались неестественно яркими.
Получилось красиво, Рейз это признавал. И все равно хотел подойти и сорвать с Силаны всю эту наносную дрянь.
Ты не такая. Это же не ты.
Мелеза сделала из нее типичную хозяйку из Парной Лиги.
И перед этой хозяйкой Рейзу полагалось становиться на колени, от этой хозяйки принимать поводок и ошейник.
Рейз думал об этом, и его трясло от злобы.
Он напрягся, заставил себя успокоиться и вспомнить: Силана вылечила Джанну. Только это имело значение. Не поводок, не ошейник.
Не полный зал народу, который
— Мелеза, — Илана кивнула, подходя ближе, и Лиам последовал за ней, встал за левым плечом. — Я так понимаю, это Силана.
Та поклонилась, низко, на жреческий манер — крохотные колокольчики в прическе тихо звякнули.
И Рейз подумал, что если бы завалил ее такую на кровать, если бы имел Силану как шлюху, они бы тоже звякали в такт каждому толчку.
От этих мыслей было одновременно и легче, и поганей.
Легче пережить унижение.
Поганее, потому что Рейз на самом деле не хотел иметь ее как шлюху. Успел увидеть в ней что-то кроме высокомерия и упрямства. Она умела быть другой.
— Да, госпожа. Бой с вами честь для нас с Рейзом.
Илана оглядела ее с головы до ног:
— Удачный образ. Видно руку мастера.
Силана выпрямилась, нервно сжала ошейник в руках:
— Благодарю вас.
— Не благодари. Этот комплимент не тебе, а тому, кто все это, — она показала на платье и прическу, — сделал.
— Не сомневайтесь, содержание не уступает, — Мелеза вежливо улыбнулась. Она была одна, по крайней мере Грея Рейз нигде не видел.
— Это я решу сама. Идемте.
Перед тем как зайти в Зал, Силана осторожно коснулась Рейза, совсем невесомо, будто пыталась предложить поддержку. Но в другой руке она держала ошейник и поводок. Рейз дернул плечом, обрывая прикосновение.
Илана заметила это, вопросительно вскинула бровь, но ничего не спросила. Да и времени не было. До боя оставалось совсем немного.
***
В Зале яблоку негде было упасть — Рейз ни разу в жизни не видел столько зрителей сразу. На трибунах теснились, жались друг к другу. Благородные женщины, влиятельные аристократы делили скамьи. И воздух, казалось, закипал вокруг.
Они ждали не Рейза, он это чувствовал, но что-то внутри все равно отзывалось ликованием. И чужое внимание накрывало океанской волной, поднималось внутри привычной эйфорией.
Рейз запрещал себе смотреть на Силану, знал, что иначе это радостное чувство разобьется об ошейник и поводок у нее в руке. Она больше не трогала его, ничего не говорила.
Белый Зал был действительно очень старым — он был меньше Зала Шипов и в нем не было ничего кроме арены и трибун. Если бы не весь этот спектакль с привязыванием гладиаторов, как собак, Рейзу бы там понравилось.
Мастер Арены объявил их с Силаной первыми. Кто-то хлопал им — немногие и, скорее всего, просто из вежливости. Рейз зло думал про себя, что еще добьется их признания. Заставит их смотреть, боясь моргнуть и пропустить хотя бы мгновение. И весь этот Зал — мраморные статуи гладиаторов, белые скамьи, похожий на снег песок арены, каждый человек, даже сам воздух внутри — будут вибрировать его именем.