Пламя Силаны

Куранова Ольга Алексеевна

— С ним… все в порядке? — осторожно спросил Рейз, подходя ближе. Скат выглядел намного лучше, чем в день, когда его забрали.

— Да. Они так поют, — Силана мягко улыбнулась. — Вы поздно. Господин Орам вас задержал?

Можно было бы соврать, что да. Она ведь все равно никогда не стала бы проверять.

— …Не совсем.

Все-таки не настолько Рейз был мудаком, чтобы ей врать. Да и не умел он этого делать.

— У меня новости, — добавил он. — Не самые лучшие.

Она села ровнее, перестала

улыбаться, и сцепила пальцы в замок.

Рейзу сразу захотелось сжать ее ладони в своих. Почему-то казалось, что Силане холодно.

— Со мной говорил Каро.

— Почему он пришел к вам, а не ко мне?

— Потому что ты не станешь его слушать.

— Вам тоже не стоит, — тихо отозвалась она. — Господин Каро способен на невероятную жестокость. Мне не хотелось бы, чтобы его интриги вас коснулись.

— Он может быть полезен, — Рейз опустился на пол у ног Силаны, уткнулся головой в ее колено. Почувствовал, как нерешительно и легко ладонь Силаны коснулась его волос. — Каро сказал мне за тобой следить.

Рука в его волосах замерла.

— И что вы ответили?

— А что я мог ему ответить? Я согласился, — он поднял на нее взгляд, заглянул в глаза. — Я за тебя боюсь. Боюсь, что не смогу защитить тебя сам. Не знаю, что нужно этому Вейну. Мне не нравится Каро, но если он поможет…

Силана помолчала, убрала руку, но не злилась, и не пыталась уйти. Не прогоняла.

Для Рейза этого было достаточно.

— Я могу защитить себя сама. А если не смогу, не хочу, чтобы пострадал кто-нибудь еще.

— Ты даже не знаешь, от чего. Выслушай меня хотя бы.

Она помолчала немного, потом кивнула:

— Это ведь он сказал вам меня переубедить?

— Я сам с этим согласился. Хотя мне ведь еще ни разу это не удавалось. Я же говорил, ты невероятно упрямая.

Она промолчала, и Рейз продолжил — рассказал ей и о визите Каро, о разговоре, и о Калебе.

А потом о том, что поехал к Калебу домой.

— Вы не должны были так поступать, — Силана разозлилась. Рейз и не ожидал от нее иного. Наверное, сам на ее месте был бы в ярости. — Вы не имели права.

— Да, не имел.

— Это касается только меня и Калеба… и он. Он станет ненавидеть меня еще сильнее.

— Ты ни в чем не виновата. Уж тем более в том, что я поперся к нему. И дело ведь не только в этом, кто знает во что его втянет Вейн. Он может использовать Калеба против тебя.

Она отодвинулась, уткнулась лицом в ладони, порывисто, Рейзу даже показалось, что Силана вот-вот расплачется, но она только выдохнула:

— Знали бы вы как я это ненавижу.

— Ты не виновата, — он уже не раз ей это говорил. И ни разу не смог убедить.

— С тех пор, как я стала алой жрицей, все чего я касаюсь…

Она искренне в это верила. Рейз знал, что нельзя ее трогать, и

все же не удержался, притянул Силану к себе, удержал насильно, когда она попыталась вырваться:

— Это не ты. Это Вейн, ублюдок Вейн, который хочет тебя использовать. И раньше на войне… не ты ее начала. Силана…

Что-то обожгло его руку выше локтя, неожиданно и больно, словно Рейз случайно коснулся раскаленного железа голой кожей. Он отпрянул совершенно инстинктивно, и Силана вырвалась. Замерла, словно попалась на преступлении, а потом неверяще посмотрела на собственную ладонь.

С кончиков ее пальцев, как от костра, вверх срывались крохотные алые искры.

Глава 12

***

Позже, оглядываясь назад, Рейз понимал, что просто перепугался. Глупо и совершенно по-детски — не того, что Силана причинит ему вред, а того, что станет ненавидеть себя еще сильнее.

Он схватил ее за руку, не обращая внимания на искры, принялся дуть на них, как идиот и, кажется говорил: о том, что это ерунда, ему совсем не больно. Это не имеет значения, Силана. Правда не имеет значения.

Силана молчала, смотрела на него совершенно потрясенными глазами и даже не вырывалась. Ее пламя пропало, как и не было.

В конце концов замолчал и Рейз, стоял, смотрел в ответ, и не знал, чего ждать.

— Простите, я вас обожгла, — наконец, выдавила она.

— Ты не хотела, — поспешно ответил он. — Я знаю. Я наговорил лишнего, вот и получил по заслугам. Это ерунда, правда, меня каждый день на тренировке хуже бьют.

Она не вырывалась, и он наконец-то выдохнул, повторил твердо:

— Ты не виновата.

— Почему вы меня защищаете? — спросила Силана так, словно это все еще ее изумляло. — Вы всякий раз пытаетесь меня утешить. Я же ранила вас только что.

Она не понимала, что для него значила, как сильно Рейз был ей благодарен и как неотвратимо его к ней тянуло, как многое теперь было с ней связано.

— Если ты станешь себя винить, мне будет намного больнее.

— Почему?

— Потому что я твой гладиатор. Нравится тебе или нет, но я должен тебя защищать. Что я за мужик, и что я за боец, если не могу даже помочь, когда тебе плохо?

Он протянул руку, медленно, чтобы не спугнуть, положил Силане на плечо и привлек ее ближе, погладил ладонью по волосам.

— К тому же, я ведь и правда заслужил. Поперся к твоему брату, договорился с Каро за твоей спиной. Я даже не сожалею. Видишь? Я мудак. Такого точно можно пару раз прижечь искрами.

Силана выдохнула, долго и протяжно, и ее напряженное, как струна, тело расслабилось.

— Я все еще злюсь на вас. Вы не имели права.

— Да.

— А мне не стоило терять контроль. Простите.