Пламя над бездной
Шрифт:
В отсеке для экипажа Синяя Раковина занял место пилота. Его ветви рассыпались по подставкам и приборам управления. Автоматические дисплеи он отключил, только главное окно давало естественный вид с носовой камеры шлюпки. На несколько сот метров выше парил «Внеполосный», то вплывая, то выплывая из кадра, пока модуль скользил назад и вниз.
Нервные движения Синей Раковины — суетливые, как казалось Фаму, — сменились уверенностью, когда он повел шлюпку. Голос из вокодера звучал сурово и по-деловому, а края ветвей вертелись среди ручек управления — упражнение,
— Спасибо вам, сэр Фам… я докажу, что мне можно доверять.
Нос шлюпки нырнул вниз, и теперь они смотрели почти прямо на изрезанную фиордами береговую линию в двадцати километрах ниже. Пять минут они свободно падали, а ветви наездника ерзали на подставках. Увлекся или?.. Нет…
— Простите, простите… — И ускорение. Фама вдавило в обвязку нагрузкой, колебавшейся от десятой доли g до невыносимых ударов. Шлюпка вертелась, и перед глазами мелькнул «Внеполосный», теперь не больше мотылька.
— А разве необходимо убивать, сэр Фам? Может быть, просто наше появление над полем боя…
Нювен скрипнул зубами.
— Ты только спусти нас вниз.
Этот тип Булат был тверд как алмаз насчет того, что надо сжечь весь склон холма. И, несмотря на все подозрения Фама, в этом стая могла быть права. Против них была шайка убийц, которая не побоялась напасть на звездолет. Этим резчикам надо всерьез показать силу.
Шлюпка отсчитывала километры вниз. Даже в естественном виде уже были ясно видны укрепления Булата: грубо выложенный многоугольник вокруг сбежавшего корабля и куда более грандиозное строение через весь остров несколькими километрами на запад. Интересно, так ли выглядел замок моего отца с посадочных модулей Кенг Хо? Стены были высоки и отвесны. Явно Стальные Когти не имели понятия о порохе, пока не услышали о нем от Равны.
Долина к югу от замка была пятном темного дыма, клубившегося в сторону моря. Даже без фильтрации данных были видны горячие точки, языки оранжевого, вгрызавшиеся в черное.
— Вы на высоте две тысячи метров, — донесся голос Равны. — Джефри говорит, что он вас видит.
— Свяжи меня с ними.
— Попробую, сэр Фам. — Синяя Раковина зашевелил ветвями, и лишенная его внимания шлюпка сделала почти полный круг. Даже не всякий падающий лист летит так хаотично.
Пискнул детский голос:
— Как вы там? Только не падайте!
А потом голос Булата, как гибрид голоса ребенка и Равны:
— Идти на юг! Идти на юг! Огненное ружье, сожгите их быстро!
Синяя Раковина уже ввел шлюпку в дым. Несколько секунд они летели вслепую. Просвет в пелене дыма вдруг открыл перед ними склон холма всего в двухстах метрах, и он быстро приближался. Фам не успел выругаться, как Синяя Раковина уже повернул и вывел шлюпку в более чистый воздух. Потом завис, чтобы можно было смотреть прямо вниз.
После тридцати недель разговоров и планов Фам впервые увидел стаи Стальных Когтей. Даже отсюда было видно, что они очень отличаются от всех знакомых Фаму разумных существ: группы из четырех, пяти или шести элементов
В полумраке блеснула пушка. Стая, бывшая ее расчетом, двигалась как единая координированная рука, откатывавшая ствол и забивающая в дуло новый заряд.
— Но если это противник, сэр Фам, где же они взяли пушки?
— Украли.
Заряжающиеся с дула?
Но у Фама не было времени додумывать эту мысль.
— Вы над ними, Фам! Я вижу, как вы выныриваете из дыма. Вас сносит к югу на пятнадцать метров в секунду, и вы теряете высоту.
Это говорил ребенок, снова со своей невероятной точностью.
— Убейте их! Убейте их!
Это Булат.
Фам вывернулся из паутины и подполз к люку, где они смонтировали лучевое ружье. Это была единственная вещь, уцелевшая после пожара в мастерской, но с этой вещью он, видит Бог, умел обращаться.
— Держи нас ровно. Синяя Раковина! Если ты меня перевернешь, я сожгу тебя вместе со всем остальным.
Фам вытолкнул люк и закашлялся от едкого дыма. Антигравы Синей Раковины вынесли их на открытое место, и Фам навел лучемет на позиции стай.
Резчица сначала потребовала, чтобы Джоанна осталась в базовом лагере. Джоанна в ответ взорвалась, да так, что даже теперь еще сама себе удивлялась. С самых первых дней на планете Стальных Когтей она не была так близка к тому, чтобы напасть на стаю. Никто и никогда не удержит ее вдали от места, где она может найти Джефри! В конце концов был заключен компромисс: Джоанна будет всюду ходить под охраной Странника. Она может следовать вместе с армией, пока подчиняется его приказам.
Джоанна вглядывалась в плывущий дым. Черт побери, ведь Странник всегда был таким беззаботным шутником! По его собственным словам, его столько раз убивали за годы его жизни, а теперь он не дает ей даже подойти к пушкам Тщательника.
Они вдвоем бежали по террасе холма. Несколько часов назад здесь прошел низовой пожар, и вокруг держался пряный запах горелого мха. А с этим запахом возродились воспоминание о пережитом здесь же год назад ужасе…
С обеих сторон от них в двадцати метрах бежали доверенные стаи-охранники. Здесь можно было не опасаться разведчиков противника, и ответного огня свежевателей тоже уже не слышалось. Но Странник категорически отказался подходить с ней ближе.
Все не так, как в том году. Тогда было солнечное голубое небо и чистый воздух — и убили ее родителей. Сейчас она вернулась сюда со Странником, и голубое небо стало желто-серым, и мшистые полосы на склонах почернели. И теперь с ней были стаи, сражающиеся с нею заодно. И теперь был шанс…
— Да пусти же меня ближе, черт подери! Что бы со мной ни случилось, у Резчицы останется Олифант!
Странник встряхнулся — жест отрицания у стай. Один из его щенков высунулся из куртки и поймал Джоанну за рукав.