Пламя души
Шрифт:
Несколько Платформ были разбиты, осыпались осколками. Я Блинком сместился чуть в сторону, отсёк ударом пару щупалец — и приземлился одной ногой на самое остриё когтя.
Вряд ли Королева способно офигевать, конечно. Но, если могла бы — точно офигела. Мне не пробило ногу, чёрный кривой клинок стал прекрасной точкой опоры, спасибо Невесомости — и удар просто подбросил меня вверх.
Там, уже вне досягаемости щупалец, из покрытой серой дрянью стены торчал здоровенный корень. Частично подрубленный моим выбросом маны, его здоровенный кусок болтался на соплях.
Блинк! — и я переместился ближе. Подошвы опустились на платформу, и несколькими мощными ударами я заострил конец корня, превратив его в гигантский кол. Кол, длинной почти в пять метров, и в пару центнеров весом.
Размерчик — как раз под Королеву, эту даму пятнадцатью сантиметрами не впечатлишь.
Тварюга, к сожалению, смотреть за моими приготовлениями, сложив без дела тентакли, не стала. Я бросил на неё быстрый взгляд: щупальца были опущены, да, и больше достать меня не пытались. Но, она снова ударила охваченными чёрных дымом крыльями — и в меня ударило здоровенное лезвие, состоящее будто из концентрированной тьмы.
И, когда я говорю «здоровенное» — именно это я и имею в виду, оно было больше меня. Попадёт в корень — похерит весь план.
Блинк!
Вниз головой я вынырнул из телепортации под корнем, перед собой выставил Клементину. Нужно принять удар — и принять так, чтобы не сдохнуть, если скилл не сработает.
Зеркало!
Под наконечником глефы вспыхнула синяя линза — и через миг в неё вмазало огромное лезвие тьмы. Вспышка! Грохот! Ударная волна приложила меня, как влетевший на всей скорости грузовик, главный друг попаданцев. Вверх меня швырнуло, как невесомую пушинку.
Клементину из рук я не выпустил, и даже увидел, как в матку возвращается её же клинок — пусть и ослабленный, потускневший. Удар пришёлся поперёк огромной королевской задницы, разломом открылась широченная рана, из которой ударила жёлтая слизь.
Отрубленные щупальца полетели в стороны, матка мерзко заверещала. А рана… Она была прямо под заточенным корнем. Между краями уже потянулись чёрные жгуты, явно собираясь стянуть их и отрегенерировать все повреждения.
— Да хрен тебе! — рыкнул я сквозь зубы.
Сейчас — идеальный момент. Упускать его я не собираюсь.
Ураган!
Злое пламя!
Блинк!
Первым делом, я метнулся к заточенному концу корня — и поджёг его своим классовым огнём. Распространялся он стремительно, тёмная древесина и мох полыхнули, как сухой порох.
Блинк!
Я телепортировался вверх, встал на Платформу — и метнул один за другим Алые серпы в место разлома корня. Перемычку перебило четвёртым скиллом — хотя, трещать и деформироваться древесина начала ещё после первого.
Я не терял времени.
Кузнечик! — меня бросает вверх. Переворачиваюсь в воздухе, ногами
Ноги в тяжёлых сапогах ударили в корень, когда пылающее остриё входило в наполовину затянутую рану. Чёрт его знает, придал ли я дополнительное ускорение — но вошёл кол глубоко, жёлтая слизь ударила фонтанами.
Меня же — мощно швырнуло вверх. Разогнанное восприятие позволило оценить с высоты все последствия моих действий.
Королева верещала — отчаянно, злобно. От Геры пришла картинка — остатки шмелей летят к гигантскому пню, а единорог — потрёпанный и израненный, но вполне себе живой — несётся следом.
Ох, что-то сейчас будет…
Отрубленные щупальца уже превращались в Пустотников, а вот сама матка…
Во-первых, покрывающая её слизь таки загорелась, полыхнула багровым пламенем — и тварюга снова скастовала что-то крыльями. Ударила густая дымная волна, слизнула огонь… Вместе со шкурой, и в стороны опять разлетелась слизь, а вой Королевы стал ещё надрывнее.
Во-вторых — её удар попал и в корень, дёрнув его, покоцав, и частично вывернув из раны — вместе с какими-то тошнотворными жёлтыми внутренностями, среди которых проглядывались чёрные яйца.
В-третьих, тварь хотела вырвать кол окончательно, рванулась щупальцами к нему — и щупальца тоже загорелись. Да, мать её!
Королева ударила магией — и сама же посрубала свои когтистые тентакли. Я довольно оскалился, а она поняла наконец, что корень — не главная её проблема.
Главная проблема — я.
А я, когда в меня одно за другим полетели чёрные лезвия, сообразил, что стоило так то отрубить заразе крылья — и всё стало бы куда проще. Сцуко! Впрочем, даже это можно использовать себе во благо.
Зеркало!
Снова вспышка и бабах, ударная волна швырнула меня вверх — а ослабленный клинок обратился вспять.
Зеркало!
Зеркало!
Зеркало!
Отразив последний чёрный клинок, я облегчённо выдохнул и приземлился на Платформу, тут же рухнув на одно колено. Отражение заклинаний (или что это вообще) далось охренительно непросто.
Рот был полон крови, горячим потоком кровь фигачила из носа, сбегая по шее и впитываясь в футболку. Перед глазами остались фантомы вспышек — как бывает, если долго смотреть на лампочку или на солнце. В ушах отчаянно звенело, шумело в голове. Желудок сошёл с ума, будто обратив желудочный сок азотной кислотой — которая теперь жгла изнутри.
Я сплюнул красным, выдохнул:
— М-мать…
Итак, что хорошего?
Три отражённых в Королеву клинка расширили рану на заднице твари и добавили одну новую. Последний отлетел в голову, оставив в чёрной склизкой шкуре ещё одну прореху, из которой теперь хлестала слизь.