Пламя Авроры
Шрифт:
– Интересно, что за кровь течет по твоим венам?
– Если мы вскоре не выберемся с этого корабля, - говорю я ей, - у тебя появится возможность лично исследовать мою кровь. Потому что она будет размазана по полу.
На её губах медленно появляется улыбка.
– Ммм.
Еще один удар сотрясает корабль, Саэди соскальзывает с меня, садится на корточки и собирает разбросанные части украденного снаряжения. Я делаю глубокий вдох, затем сажусь и беру необходимое мне снаряжение, всё это время сирены воют, не замолкая. Пока мы одеваемся, я бросаю на нее
– Судя по звукам выстрелов этого оружия, - говорит Саэди, склонив голову набок, - на атакующем нас корабле от четырех до шести батарей импульсных пушек.
– Ага, - киваю я.
– По-крайней мере, класс Эйдолона. Отличный корабль.
– В битве подобного масштаба, хаос станет нашим другом. Если мы сможем добраться до спасательных капсул, я смогу настроить блок связи на передачу на непрерывных аварийных частотах. Если повезет, мой экипаж сможет подобрать нас.
– Если только ЗСО не разнесут нас вместе с капсулой на мелкие кусочки, - говорю я.
Саэди пожимает плечами:
– Воин или червяк, Тайлер Джонс?
Я поднимаю винтовку павшего морского пехотинца и устанавливаю её на режим "Оглушение".
– Давай пошевеливаться.
37
Скарлет
На наших голографических дисплеях бушует настоящая битва - это самое безумное, в чем мне доводилось принимать участие за всю свою жизнь. И я говорю это даже после того, как пробралась через шесть уровней охраны, чтобы сорвать вечеринку по случаю запуска мультиплатиновой межвездной рок-группы Envied Dead; эскапада, включавшая в себя двенадцать ящиков Ларрасианского семптара, купание нагишом на вулканической планете, шестьдесят один арест и краткое, но довольно романтическое крушение поезда. (Ники Ганц. Бойфренд #34. Плюсы: Рок-звезда. Минусы: Барабанщик).
Темнота вокруг нас просто кишит кораблями: Сильдрати, Земляне, Бетрасканцы. Выстрелы импульсных пушек и рельсовых орудий; во мраке змеятся ракеты, над пустотой беззвучно разрываются ракеты. Десятки тысяч людей сражаются, убивают и умирают. И мне еще никогда в жизни не было так страшно.
– Осторожно!
– кричит Финиан.
– Прошу, можно потише, - просит Зила, выкручивая руль.
– Повышение громкости не способствует успешному пилотированию.
– Ну, извините меня за...
– Финиан, заткнись!
– кричу я.
Зила склонилась над панелью управления пилота, пальцы двигаются как в тумане. Фин позади неё, мы бок о бок сидим за вспомогательными станциями, над нашими консолями плавают голографические изображения сражения. Наш корабль довольно близко к Оружию, но далеко от передовой с её кровавыми сражениями, честно говоря, это чудо, что мы всё еще летим. Воздух кишит истребителями, сила заняла оборонительную позицию, не отстреливая тех, кто не открывает огонь по нам, надеясь что тысячи кораблей будут более заинтересованы в уничтожении тех, кто хотя бы отдаленно выглядит опасно. Но рано или поздно наша удача иссякнет.
Оружие как-будто бы... мерцает. Это происходило два или три раза, но никто из нас не уверен, почему. Оно похоже на фонарь во мраке, словно хрустальное сердце, которое бьется посреди кровавой бойни. И эта
– Думаешь, с Аври всё в порядке?
– шепчет Финиан, глядя на него.
– Надеюсь, что так, - вздыхаю я.
– Прошу, пристегните ремни безопасности, - произносит Зила.
– Ты шутишь?
– усмехается Фин, искоса поглядывая на нее.
– Если мои ремни натянуть еще сильнее, я смогу выйти замуж за..
Фин вскрикивает, когда Зила нажимает на акселератор, уворачиваясь от огня из рельсовой пушки. Ракета беззвучно разрывается рядом с нашим крылом, а другая прямо перед нами, инерционные гасители изо всех сил пытаются компенсировать то, как Зила выкручивает руль, пикируя по спирали. Взглянув в наши прицелы, я понимаю, что у нас появились преследователи - довольно сердитые на вид бойцы ЗСО. Я не могу винить их за то, что стреляли в нас, мы на корабле врага. Но все же..
– Четверо плохих парней прямо по курсу, - докладываю я.
– Корма!
– вскрикивает Фин, когда рядом взрывается еще одна ракета.
– Это называется корма, Скар!
– Проклятье, я же говорила, что ничего не знаю об этих дурацких космических кораблях!
– кричу я.
– Они у нас на заднице, ладно? Четыре очень враждебных корабля на нашей очень стройной заднице, Зила!
– Я их вижу, - отвечает Зила.
– Держитесь.
– Стройной заднице?
– переспрашивает Фин.
– Не говори мне, что ты не заметил, де Сиил.
Мы кружимся и несемся сквозь хаос, мрак снаружи озаряется , словно фейерверк на день Федерации. И Зила, вне сомнения, устраивает впечатляющее шоу, оно на далека от опытного пилота, и даже при помощи системы автоматического наведения, мне интересно, как долго это будет продолжаться. За пределами наших экранов темнота становится алой от крови и огня. Земляне бросают всё чт могут на флот Сильдрати, но эти Сильдрати непобедимы. Они всю свою жизнь готовились к войне. Фанатично преданные своему предводителю-психопату настолько, что они сидели на задницах ровно, аплодируя, когда он уничтожил их родную планету. И сердце замирает в груди, потому что мы принимаем участие в самой масштабной битве. Направляясь к самому сердцу солнечной системы. Мы уже миновали пояс Койпера, неумолимо приближаясь к Нептуну. И мне неизвестна дальность стрельбы этого Оружия, но с каждой минутой флот Несломленных приближается к моей родной планете и солнцу, на орбите которого она вращается.
Солнце, которое они собираются уничтожить.
Оружие снова вспыхивает, словно внутри него пульсирует сердце, сотканное из чистого света. Свечение исходит из задней части корабля, но реагирует всё Оружие, вспыхивая, словно новогодняя гирлянда.
– Почему оно так делает?
– шепчет Фин.
– Не знаю, - отвечаю я.
– Это довольно страшно..
Я ахаю, когда меня откидывает на спинку стула, пока Зила исполняет сложный вираж между двумя кораблями Сильдрати. Бойцов ЗСО у нас на хвосте засекают, и двоим приходится отколоться от строя, чтобы вступить в бой. Но двое продолжают преследование, словно мы отняли у них деньги на обед. Оружие снова пульсирует. Едва я успеваю сощурится, то понимаю, что свет концентрируется в одной точке. Эти абстрактные формы на носу корабля (Ха! Я не совсем безнадежна!) похоже, они светятся все ярче с каждым импульсом.